class="p1">— Оцепить двор! — проорал Киреев, не заметив меня. — Проверить каждый угол, каждый куст! Найдите мне этих ублюдков!

Александр Зубов с улыбкой наблюдал за действиями командира гвардии, находясь в стороне от дверей. Мы переглянулись и хмыкнули, а потом Зубов вышел вперёд и прочистил горло. Киреев резко вскинул автомат и обернулся.

— Зубов, — прорычал он, опуская оружие. — Я ж тебя чуть в решето не превратил.

— А по сторонам смотреть не пробовал? — серьёзно спросил Зубов. — А если бы тут засада была?

— Да смотрел я, — недовольно прошипел Киреев. — Не было тебя тут ещё секунду назад.

— Егор Васильевич, — негромко позвал я его. Командир гвардии побледнел и уставился на меня удивлённым взглядом. Похоже, Сердце Феникса ещё и на слабую маскировку расщедрилось. — А скажите-ка мне, почему во время нападения моя гвардия почти полным составом отдыхала в родовом особняке?

— Ваше сиятельство… — на Киреева было страшно смотреть. Посеревшее лицо потеряло всякие краски, а в глазах мелькнула обречённость. — Мы не знаем. Нас будто заставил кто-то… поддались чужой магии и послушно вошли в дом.

— Занятно, — я склонил голову набок и усмехнулся уголком губ.

— Меня можете наказать, можете в отставку отправить, уволить, казнить, — сдавленно сказал командир гвардии. — Но ребята не виноваты, они действовали по моему приказу.

— Разберёмся, — кивнул я и махнул рукой, отпуская Киреева. — Проверьте тут всё.

Я шагнул в дом и сразу же почувствовал, как слабнет внимание Сердца. Артефакт выдохся и отдал последние силы на защиту своего гнезда. Мне было жаль, что эта отчаянная мера откинет его развитие на месяцы, а то и годы назад, но пополнение моего резерва не могло не радовать.

В конце концов, моё тело ещё не готово к тому, чтобы принять силу Сердца, как и силу феникса. Так что всё к лучшему — будет больше времени на подготовку.

Навстречу мне выбежал Борис. Мальчик тут же бросился ко мне и крепко обнял меня. Он уже не был таким бледным, как накануне, даже наоборот — посвежел и стал энергичнее.

— Я слышал голос, — прошептал он мне на ухо, когда я склонился и обнял его в ответ. — Он просил защитить.

— И ты защитил? — спросил я, погладив Бориса по голове.

— Не смог, — он пожал плечами и отстранился. — Но я был рядом с Викой и бабушкой, их ведь тоже нужно защищать.

— Молодец, — похвалил я его и улыбнулся. — Ты всё правильно сделал. Мужчины должны защищать слабых.

— Бабушке стало плохо, — мальчик шмыгнул носом и опустил голову. — Она сказала, что это от старости, но я не верю. Маги живут долго и почти не болеют.

— Я проверю, можешь отдыхать.

Обогнув Бориса, я направился в гостиную. Юлия Сергеевна лежала на диванчике, а рядом с ней сидела Вика, опустив плечи и сгорбившись всем телом. Надо будет заняться сестрой, пока она не довела себя до полного истощения, — сейчас моих сил должно хватить.

— Юлия Сергеевна, как ваше самочувствие? — спросил я, приблизившись.

Старушка прерывисто дышала, со свистом втягивая воздух, её щёки впали, а вокруг глаз наливались чёрные круги.

— Пока жива, — хрипло сказала она, а потом положила руку на колено Виктории. — Пойди погуляй, деточка. Нам с Костиком надо поговорить.

Легко ей сказать «погуляй» ребёнку, который даже с тростью передвигается с трудом. Будто издёвка, а не просьба побыть наедине со мной. Но комментировать эти слова я не стал, лишь сжал челюсти и проводил взглядом Вику.

— Костик… — она снова запнулась на моём имени. — Что-то назревает. Прямо в этом доме.

— Поделитесь впечатлениями? — спросил я, оставшись стоять в двух шагах от женщины.

— Нас накрыло чем-то тёмным и опасным, — тихо сказала она. — Будто сама тьма пробудилась и окутала нас. Её воля была такой сильной, что даже у меня кровь носом пошла.

— Плата была получена, — спокойно кивнул я.

— За что я заплатила кровью? — спросила Юлия Сергеевна, гулко сглотнув.

— За защиту, — коротко ответил я и улыбнулся. — Потому вы и остались живы. Тьме была нужна жертва, как и всегда.

— Как и всегда… — медленно повторила она. — Костик… а ты справишься? Со всем этим?

— Вариантов всего два, Юлия Сергеевна, — я рассмеялся. — Либо справлюсь, либо нет. Но я бы на вашем месте не сомневался в своём будущем главе.

— И мне уже будет нельзя называть тебя Костиком? — лукаво спросила старушка, изо всех сил пытаясь показать, что не лежит тут при смерти.

— А это от вас будет зависеть, — я пожал плечами и сделал шаг вперёд.

Положив руку на влажный от пота лоб женщины, я увидел в её глазах отблеск страха. А ведь с самого начала она что-то подозревала. Может, даже знала наверняка. Неужели эта старушка причастна к моему появлению в этом мире?

— Сосредоточьтесь на ощущениях, которые испытывали под давлением тьмы, — тихо сказал я. — Вам нужна полная концентрация.

Юлия Сергеевна несколько раз моргнула, а затем крепко зажмурилась. Я почувствовал в её источнике отклик тьмы — он потянулся ко мне. Сердце Феникса коснулось сознания женщины, и она не смогла совладать с этой энергией.

Я никогда не любил поглощение, но за последние сутки мне уже во второй раз пришлось к нему прибегнуть. По-другому я не смог бы помочь ни Борису, ни Юлии Сергеевне. А впереди ещё Виктория…

Слова старушки о том, что она почувствовала тьму, меня не удивили. Но вот то, как она это сказала, заставило задуматься. Опытный тёмный маг за долгую жизнь должен был не раз сталкиваться с тьмой, но мне показалось, что для Юлии Сергеевны это было впервые.

Сгусток тьмы в энергоканалах женщины оказался мелким, но цепким — как заноза, впившаяся в самое сердце. Я переместил руки на запястья женщины и сжал их, ощущая под пальцами дрожь чужой энергии.

— Не дёргайтесь, — сквозь зубы пробормотал я. — Иначе вырву с мясом.

Старушка кивнула и стиснула челюсти. Её тьма не была чем-то чужим — скорее она походила на грязь, прилипшую к сапогам после долгой дороги. Я думал, что будет так же, как с Борисом, и мне придётся тянуть этот липкий комок с силой, но всё было иначе.

Боль кольнула меня в грудь. Острая, но знакомая — будто вытаскиваешь ржавый гвоздь из подошвы. Тьма вышла легко, оставив после себя лишь тонкую ниточку чёрного дыма между моими пальцами и запястьями женщины.

— Всё, — хрипло сказал я, разжимая ладонь. На моей коже остался едва заметный след в виде тёмного пятна, который я тут же стёр большим пальцем.

Юлия Сергеевна судорожно вдохнула, потирая грудную клетку.

— Спасибо, — прошептала она и потеряла сознание.

Я смахнул с рук остатки энергии