что я не заиграю, выйдут в большой футбол другие ребята». А я ему так же, шутя, отвечал: «Я тебя стимулировал, пытался вытащить на другой уровень, разозлить и заставить прибавлять. Получилось, что все правильно делал». Сейчас портрет Радимова висит в «Смене».

– Давай я тебя на фоне вот этого парня сфотографирую, ты на него похож, – смеюсь я, когда мы с Владом встречаемся на улице Верности.

– Да как-то не очень! – смеется в ответ Радимов.

– Улыбка такая же, как у тебя была в молодости, поэтому похож, давай позируй!

Вячеслав Малафеев, заслуженный мастер спорта, выпускник «Смены»:

– Влад вместе с моим братом Сергеем и другими одноклассниками 1975 года рождения «травили» меня в 473-й школе, по нынешним меркам это тянет на буллинг, ха-ха! Действительно, когда старшаки видели карапузика Славу, они начинали мною в буквальном смысле слова играть в футбол. Я пытался искать спасения у Сережи, но и он туда же! Тогда мне было не до веселья, но это точно не психологическая травма, так, детские шалости. Сейчас с Владом вспоминаем наши школьные времена с улыбкой.

Елена Янбухтина, одноклассница Владислава Радимова:

– С Владом Радимовым мы учились в первом классе, гордо восседали вместе за партой. Благодаря доброте и щедрости души нашего классного руководителя Екатерины Павловны мы стали отличниками, думаю, некоторая амбициозность и желание стать первыми в нас укрепились именно тогда. Мы жили в одном доме рядом с театральным институтом, ныне Российским государственным институтом сценических искусств, на той же улице, где находилась школа, часто вместе ходили домой. В один прекрасный день рыцарский порыв Влада по завоеванию моего сердца не преминул выплеснуться в парадной в виде поцелуя. К своему разочарованию, Влад получил отпор, схлопотал оплеуху, несмотря на мою безусловную симпатию. Влад побежал домой «зализывать раны», а я, смущенная, но довольная, получила подтверждение симпатии первого красавчика в классе. Этот инцидент не разрушил нашу детскую дружбу, однако наши жизни разделились: Влад увлекся футболом, я перешла в английскую школу. Мы нашли друг друга спустя много лет. У нас обоих была насыщенная жизнь, разный опыт, но по-прежнему осталось что-то приятно объединяющее, детское и теплое. Сложно представить, какими титаническими усилиями, упорством и волей дались Владу его успехи. От всей души желаю ему всегда быть полным новых интересов в жизни, бешеной энергии и ощущения детской радости!

Алексей Комаров, одноклассник Владислава Радимова:

– Мы знакомы с Владиславом со школьной скамьи, учились в 473-й школе, сидели с ним за одной партой, вместе занимались в «Смене». С тех пор сохранили теплые отношения. Влад не зазвездился и, несмотря на свои успехи, для нас, школьных товарищей, всегда остается тем же простым парнем из девяностых. Наш класс до сих пор поддерживает связь, у нас даже есть общий чат, после выпуска в 1992 году мы регулярно встречаемся. Владислав мой очень хороший товарищ. Я знаю, что могу позвонить ему в любую секунду, он всегда ответит, мы прекрасно пообщаемся.

Я думаю, он стал великим футболистом во многом благодаря тому, что в ту пору мы все жили футболом. У нас не было гаджетов, свободное время посвящалось спорту. Мы настолько любили футбол, что даже между двумя ежедневными тренировками умудрялись гонять мяч, а зимой в школьной форме с галстуками играли на льду. Детство было великолепное, мы постоянно были на улице, физически развивались, это и воспитало Владислава как футболиста. Он компанейский парень, с большим чувством юмора, естественно, спортсмен до мозга костей. Я уверен, что эти качества помогли ему добиться успеха не только в футбольной карьере, но и после ее окончания.

Глава третья. ЦСКА. «Живу в номере с дядей Валерой Брошиным»

– В 1992 году в «Зените» играли воспитанники «Кировца», «Электросилы», СДЮСШОР «Зенит» – Зазулин, Кулик, Боков, Олег Дмитриев. Меня в главную команду города не приглашали, но я не расстраивался – не берут и не берут, окончу школу, дальше видно будет. Бизнесмен Леонид Шкебельский создал команду мастеров «Смена-Сатурн», в которую по протекции Рубина попал и я. На первых порах меня все устраивало, оклад превышал зарплату моих родителей вместе взятых, при тренере Виноградове я выходил в тройке нападающих вместе с Борей Матвеевым и Денисом Зубко. Меня вновь пригласили в юношескую сборную России, в чем большую роль сыграл Евгений Наумович Шейнин, уговоривший Александра Александровича Кузнецова посмотреть меня на сборе.

К шестнадцати годам я научился прилично играть левой ногой. Жарким питерским летом выходил в коробку и два часа колотил мячом в сетку левой ногой, без тренажеров и приспособлений: ударил, сходил за мячом, снова ударил, вновь сходил, и так бесконечное количество повторений. Первого сентября пришел в школу и так засадил с левой, что пацаны схватились за головы! Тогда я в очередной раз убедился в том, что добиваться успеха можно только через работу. За лето я здорово прибавил физически, но Кузнецов на первом же собеседовании, оглядев меня с головы до ног, уничижительно бросил:

– Ну что, все такой же хилый?

– Какой есть, – отвечаю.

– Сможешь с правой ноги сделать пас на сорок метров?

– Легко.

– А с левой?

– И с левой могу.

– Проверим.

– Проверяйте.

Играли в манеже с ЦСКА, выигрывали 3:0, я забивал два, один Димка Хохлов. Армейцы на год старше, но я был на таком кураже, что, находясь рядом с тренерской скамейкой сборной, переложил мяч с правой ноги на левую и метров на сорок сделал диагональ левому защитнику. Повернулся к Кузнецову с немым вопросом: «Видели?»

После игры нас с Хохловым ждал тренер ЦСКА Костылев, сменивший на тренерском мостике армейцев Павла Федоровича Садырина. Геннадий Иванович как две капли воды похож на Кирилла Лаврова. «Узнаешь?» – спросили меня. «Кто ж не знает Кирилла Юрьевича Лаврова!» – чуть было не выпалил я.

Геннадий Иванович и пригласил нас с Хохловым в ЦСКА: «Хотим вас видеть в команде, поначалу будете жить на базе и работать с дублем, потом, если будете готовы, переведем в основной состав». Сели в автобус сборной, на Ленинградском шоссе увидели большие буквы «ЦСКА». Саня Липко засмеялся: «Выходите, ваша остановка!» Я вернулся в Ленинград, но мама поначалу слышать ничего не хотела: «Какой ЦСКА в шестнадцать лет?!» К счастью, ее все-таки удалось уговорить.

Перед отъездом в Москву на стадионе «Светлана» по ходу очередного матча первенства города помощник Шкебельского Сергей Афонин в течение двух часов уговаривал меня остаться в Санкт-Петербурге, обещал повысить зарплату, рисовал сказочные перспективы, упирал на ленинградские корни. Но я уже и слышать ничего не хотел: сам Садырин