мысли ещё больше усиливают мою нервозность. Это всегда работало. Знакомые слова и захватывающий сюжет помогали хотя бы на время забыть о страшном.

Проходят часы, солнце садится, и в какой-то момент я откладываю книгу в сторону. Город светлеет в сумерках, звуки жизни возвращаются. Мой телефон всё ещё лежит выключенным на журнальном столике, и я хочу, чтобы он оставался таковым на данный момент. Мой желудок урчит, поэтому я готовлю себе лёгкий ужин, сажусь в своей маленькой гостиной с тарелкой и наслаждаюсь закатом.

Моя квартира — это моё убежище, моё маленькое убежище в этом беспокойном мире. Когда я открываю дверь, меня сразу охватывает знакомое, успокаивающее тепло. Гостиная, моя любимая комната с её уютной атмосферой, кремовый диван, который стоит посередине, всегда приглашает сесть и расслабиться. На противоположной стене висит плоский экран, окружённый двумя полками, заполненными множеством романов, научно-популярной литературы и памятных вещей, фотографий семьи и друзей.

Кухня небольшая, но функциональная. Обеденный стол стоит рядом с большим окном, через которое я могу смотреть на оживлённую улицу внизу, как и сейчас.

Моя спальня — это моё святилище. Большая кровать с мягким серым изголовьем является центральным элементом комнаты. В целом, всё это создаёт атмосферу спокойствия и защищённости. Здесь я могу отключиться, расслабиться и полностью сосредоточиться на себе.

Однако сегодня эта уверенность превратилась в обманчивую иллюзию. Тот факт, что кто-то проник в мой дом и нарушил мою личную жизнь, не даёт мне покоя. Тем не менее, я стараюсь цепляться за маленькие радости своего дома, борясь с мрачными тенями своего недавнего опыта. Может быть, мне стоит просто проверить замки или попросить друзей остаться со мной на некоторое время.

Я тут же качаю головой, отгоняя тревогу. Это преувеличение. Это был просто телефонный звонок, не более того. Я не должна больше об этом думать и просто упасть в постель.

Хорошая ночь, полная отдыха, вероятно, принесёт мне необходимую ясность.

Я поспешно готовлюсь ко сну, пробираюсь в спальню, опускаюсь на матрас и натягиваю тонкое одеяло до подбородка.

* * *

Утро я провела на пикнике в парке со своими друзьями, которые смогли успокоить меня по поводу вчерашнего инцидента. Эмма вспомнила, что с ней, вероятно, тоже случилась такая шутка.

Теперь я снова дома, и меня охватывает тишина. Несмотря на то, что встреча прошла хорошо, я чувствую себя измотанной. Открывая дверь спальни, я резко останавливаюсь. На моей кровати лежит небольшая записка, которую я туда не клала, и я поспешно вбегаю, и от этих слов на бумаге у меня по спине пробегает холодная дрожь:

Ты так хорошо пахнешь, маленькая Вишенка.

Я не могу дождаться, когда наконец почувствую тебя.

Неро

Моё сердце замирает, и во мне нарастает паника. Кто оставил здесь эти строки? И как он проник в мою квартиру? Мой взгляд блуждает по комнате, как будто я могу найти ответ в тени. Откуда этот человек знает, что мои любимые духи имеют вишнёвый аромат? Как это возможно?

Я быстро подхожу к своему комоду и ищу флакон, но не нахожу его.

Мой разум мечется. Кто такой Неро? Я не знаю никого с таким именем. Сначала лилия, потом жуткий телефонный звонок и теперь это сообщение… всё это сливается в одну пугающую картину. Кто-то наблюдает за мной, находится рядом со мной, слишком близко, и страх сковывает мне дыхание.

Я поспешно хватаю свой смартфон и подумываю обратиться в полицию, но в нерешительности останавливаюсь. Что, если они мне не поверят? Но всё это было реально, таких совпадений вообще не бывает. Преисполненная решимости, я набираю номер своих друзей.

После того, что кажется вечностью, я слышу их знакомые голоса.

— Привет, Кейтлин. Ты снова скучаешь по мне? — При привычном звуке голоса я, по крайней мере, могу немного вздохнуть с облегчением.

— Эмма, — говорю я беспокойно. — Я только что обнаружила что-то действительно тревожное.

— Что случилось? — Встревоженно спрашивает Габриэль.

— На моём одеяле была записка. Кто-то положил её туда, пока меня не было. — Даже если бы я хотела оставаться сильной, мне не удалось бы скрыть от них свою неуверенность.

— Что там написано? — Голос моей подруги больше не звучит безмятежно.

Заикаясь, я читаю им вслух.

— Это ужасно, Кейтлин. Тебе следует пойти в полицию.

— Я знаю это, — говорю я, борясь со слезами. — И что мне делать, если они мне не поверят?

— Они тебе поверят, — твёрдо говорит Эмма. — Это серьёзно. С этим не стоит шутить. — Она абсолютно права в этом, но всё же что-то меня останавливает.

— Должен ли я прийти к тебе? Составить компанию? — Решительно спрашивает Габриэль.

— Это возможно? Сейчас я чувствую себя не в своей тарелке.

— Конечно, — говорит он без колебаний. — Я буду у тебя через 15 минут.

Эмма тоже хотела бы быть со мной, но ей скоро нужно ехать в аэропорт.

Пока Габриэль уходит, они продолжают разговаривать со мной по телефону, стараясь отвлечь меня любыми вопросами, но я слушаю их только вполуха. Моё сердце колотится, потому что я не могу перестать думать о произошедших событиях. Кто может делать что-то подобное? И почему? Хотя лилия меня и удивила, сочетание всех этих действий наводит на меня ужас. За этим стоит кто-то, у кого, вероятно, нет добрых намерений.

Через несколько минут в мою дверь стучат, и я осторожно открываю её. Габриэль стоит там, его глаза полны беспокойства.

— Кейтлин. — Он заключает меня в крепкие объятия. — Я здесь. — Его знакомый запах дарит мне чувство безопасности. Теперь я больше не одна. Я попрощалась с Эммой, пообещав держать её в курсе, и закончила групповой звонок.

— Спасибо, что пришёл.

Вместе мы направляемся в спальню, и я показываю ему, что меня так сильно пугает, он берет бумагу и перечитывает ещё раз.

— Это действительно жутко. Мы должны позвонить в полицию. — Он только подтверждает то, что уже приходило мне в голову.

— Что, если они подумают, что я преувеличиваю?

— Они этого не сделают, — решительно заявляет он. — Если ты ещё не готова к