сухой. Ближе к лету, она, скорее всего полностью пожелтеет, а сейчас пока, цвет ее, на всем протяжении, куда хватало глаз, был в основном светло-зеленый, лишь едва уходящий в желтые оттенки, да и то островками, которые едва заметно, были немного повыше, чем вся остальная, ровная как стол, поверхность саванны.

Лендолас бежал вторым, и едва не пропустил поднятую вверх руку впереди бегущего, пока присматривался к очередному хищнику семейства кошачьих, который последние несколько минут, следовал параллельно их курсу, на небольшом отдалении. Это был явный житель саванны, потому что его окрас позволял ему почти сливаться с цветом травы, которая летом и вовсе стала бы идентичной его желто – золотистому цвету шкуры. Он был немного крупнее и больше ростом, чем черная кошка, но соответственно, менее гибок и быстр. Его величественная, широкая грудь и осанка, в купе с роскошной гривой, отличали его от гипертрофированной кошки, но во всем остальном, они практически совпадали по пропорциям.

Хищник бежал на отдалении сотни футов, не делая попыток приблизиться, но и не отдаляясь от нас. Его желтые глаза следили за нашими движениями и когда, повинуясь предостерегающе поднятой руке, мы все остановились, он тоже притормозил, перейдя на ленивый, грациозный шаг. Но сделав пару десятков неспешных шагов, он вдруг направил вперед свои уши, услышав то, что спустя мгновение, увидел и рейнджер. Его шаги стали плавными, а сам он пригнулся, слегка сгибая лапы, и теперь был практически не виден со стороны, скользя глазами по самым верхушкам травы. Эльфы тоже осторожно двинулись вперед, прикрываясь кромкой джунглей, а впередиидущий, обернувшись назад, шепнул одними губами Лендоласу:

– Двое подростков!

Он снова двинулся вперед, огибая небольшой язык джунглей, выдающийся вперед. Завершив вслед за ним этот маневр, Лендолас, наконец, и сам увидел двух детей, лет десяти – двенадцати, вооруженных копьями, которые явно гнали вперед, или догоняли какую-то мелкую живность, которую ему было не видно из-за высоты травы. Желтая кошка, тем временем уже делала разворот, закругляя свой путь и выходя на вектор атаки. Теперь дети и трое эльфов были между ним и джунглями, а кошка набирала скорость, метясь в подростков, которые пока не заметили ни ее, ни эльфов, увлекшись своей охотой.

– Как часто охотник вдруг оказывается жертвой, когда теряет осторожность и бдительность – Прошептал почти беззвучно Лендолас, накладывая на тетиву первую стрелу.

Три стрелы вылетели друг за другом почти одновременно, поразив хищника в оба глаза и разинутую в оскале пасть. Подростки, с разных сторон услышав треньканье тетивы и хрип умирающего хищника, не знали куда смотреть, растеряв всю свою воинственность, но, тем не менее, не выпустили свои копья. Правда, они больше озирались по сторонам, чем готовились к обороне, поэтому двум рейнджерам, не составило труда сбить их с ног и тут же обезоружить.

– Связываем и несем в лагерь! – Приказал Лендолас, внимательно осматриваясь по сторонам.

В итоге верфи так и остались за горизонтом, но зато в лагерь, наконец, прибыли те, кто мог с относительной внятностью, ответить на большинство вопросов и рассказать о местных обычаях, жизненных укладах и верованиях варваров Южного материка.

Глава 4. Южный континент. Мир Пента. 301 год. Пленники.

Для пленников отвели отдельный шатер, где у входа постоянно дежурили двое стражников. Утром Лендолас, Мериэль и еще один из воинов, вошли в шатер, где в дальней стороне, у стены, подобно забившимся в угол зверькам, сидели двое подростков аборигенов. Путы с них были сняты, но они не делали попыток убежать, предпочитая сидеть в дальнем углу, тесно прижимаясь друг к другу, и стрелять бешеными глазами по сторонам.

Воин, из тех, что когда-то давным-давно вел с южанами торговые дела, и знал их сильно исковерканный диалект общего языка, вышел вперед и обратился к пленникам:

– Мы не желаем вам зла, дети! Мы хотим только поговорить и расспросить вас об этой стране!

– Мы ничего не скажем! И мы не дети, мы – воины! – Пролаял старший из них, но на последнем слове словно споткнулся, добавив уже менее решительно, – точнее готовимся стать воинами.

– Это прекрасный выбор, быть воином и защищать свое племя – это большая честь! Мы не хотим узнать ваших военных тайн и секретов, давайте просто поговорим о вашей жизни и ваших традициях!

Эльф продолжал свои увещевания в том же духе. Пока шел их разговор, Лендолас прислушивался к речи юнцов, стараясь понять и разобраться в их диалекте. Гласные в словах, ими почти проглатывались, оставаясь едва заметными и очень короткими звуками, зато согласные наоборот выделялись и произносились излишне твердо. Звонкие согласные, прокатывались чуть дольше, чем привыкло слышать в словах общего наречия ухо эльфа. Диалект их почти не коверкал само строение слова, но их своеобразное произношение и длина звучания звуков, делали их речь практически не разборчивой, а слова получались слишком укороченными и словно рваными.

Мериэль уселась посреди шатра и разглядывала южан, краем уха прислушиваясь к их речи, и едва заметно перебирала крупные жемчужины длинных бус, которые висели на ее шее, щелкая ими, подобно четкам. Тихое постукивание жемчужин друг об друга, монотонное и образующее фоновое стаккато, действовало на Лендоласа успокаивающе. Южане, не обращающие на это никакого внимания, только слегка шевелили кончиками своих лопоухих ушей, направляя их на звук, словно звери, улавливая ритм постукивания скорее инстинктивно, на подсознательном уровне.

Выглядели ребята почти людьми, если не считать более вытянутый овал лица, легкую лопоухость и подвижность ушей, более широкий нос, глубоко посаженные глаза и слишком сильно развитые скулы, и надбровные дуги. Уже в таком возрасте, на их лицах был пирсинг. Уши были проколоты в нескольких местах и в них были продеты металлические колечки. Такое же кольцо было вставлено и в перегородку носа, свисая на верхнюю губу. Подбородок был более острым, чем даже у эльфов, а брови, либо выщипаны, либо уж больно тонкие. Оба подростка были черноволосыми и сильно загорелыми. Волосы их были собраны сзади в две косички, в которые на всю длину, были вплетены разноцветные крученые нити.

Эльфу, задающему поначалу совсем простые вопросы, удалось через некоторое время их слегка разговорить, а может причиной тому была Мериэль, продолжавшая перебирать и постукивать жемчужинами в определенном ритме. Но в итоге ребята, наконец, отбросили настороженность и уже не глядели волчатами на сидевшего перед ними на корточках эльфа, который говорил на их диалекте не хуже самих ребят. Спустя пару часов, Лендолас уже неплохо улавливал нюансы произношения и уже без перевода, пока еще не дословно, но