не мог приказывать демонам, не мог убивать, прикрываясь подвигами, не мог забирать детей, превращая в тени, не мог рисковать жизнью чужого народа по своему желанию.

Черный и Белый камни неожиданно откликнулись. Сизый туман окутал нас с королем. Темной вспышкой осветила зал магия Души. И чары исчезли.

Злой рев дракона заставил вздрогнуть. Я заморгала, с удивлением глядя, как тает огромная лапа. Ящер словно сжимался, усыхал. Становился меньше. Вскоре лапа на груди стала размером с обычную мужскую ладонь. Когти исчезли, их заменили безобидные чешуйки. Клыки зверя тоже стали мелкими. А крылья за спиной превратились в два лоскута кожи. Сомневаюсь, что на таких удастся взлететь.

Превращение завершилось, когда дракон стал ростом с обычного человека. Трясущийся, обессиленный, он отполз от меня, в желтых глазах с вертикальными зрачками плескались гнев и непонимание. Дракончик попытался призвать магию, но, кроме сердитого, не особо громкого шипения, у него ничего не вышло. Магия не откликалась, я вообще ее в нем не чувствовала.

Тени дружно зашипели в ответ, озадаченно переглянулись…

Я вдруг поняла, что они больше не связаны чарами, не должны беспрекословно подчиняться правителю. Одна за другой тени начали превращаться в женщин и мужчин в форме. Перешептывались, в недоумении смотрели на озверевшего короля, старающегося вернуть себе человеческий облик.

– Даяна. – Мой демон упал на колени, обнял, прижал к себе.

Я с блаженством прислонилась к нему и тихо, до сих пор не веря, что у меня получилось, прошептала, кивнув на сердито рычащего на собственный хвост дракона:

– Я обратила его силу против него же, всю его силу…

– Ты его зациклила на самом себе! – довольно хохотнул Барт в демоническом облике. – Так бывает, если обратить силу до последней капли.

– Я всего лишь хотела, чтобы он не причинял другим вреда. – Я вложила в ладонь Эва камни. – Не знаю, почему так вышло, но все три камня: и наши, и ваш… они… Они словно откликнулись.

– Да, на твою магию откликнулись дары богов. Я не знаток, но, думаю, всему виной незаконченный обряд инициации тени. – Мой демон погладил меня по щеке. – Теперь Оллистер точно не сможет никому причинить вреда. Изворачиваться и обманывать в зверином облике проблематично.

– Пусть попробует. – К нам подошел дед Ариес, подмигнул и кивнул на дракона. – Тут все просто: ты чародейка, вот и смогла обратить его силу против него же. Да еще как обратила, а камни и Душа закрепили результат на зверином облике, послушались тебя, внучка, потому что в тебе осталась сила чародеев, а в нем – нет.

– Но Белый камень ведь расколот? Он не до конца восстановился? – нахмурилась я.

– Поэтому Оллистер застрял в зверином облике и вряд ли у него когда-нибудь выйдет обернуться человеком, – пожал плечами демон. – Будь камень цел, он бы вернулся в человеческий облик. А теперь даже если Белый камень полностью восстановится, Оллистеру это уже не поможет.

Похоже, король получил по заслугам. Он расколол камень, чтобы стать бессмертным. И именно расколотый камень навсегда оставил его драконом. Недодраконом. Зверем без магии.

Я провела кончиками пальцев по Душе, припаянной чарами к Белому камню. Если бы было время и Белый камень восстановился, чародеи снова получили бы крылья и силы стихии. И возможно, даже научились бы превращаться в драконов. Не в бескрылых змеев, тени, а в настоящих драконов. Но демоны так долго искали Душу…

– А ваш правитель не мог бы немного подождать? Оставить… Пока камень заживает? – едва слышно прошептала я.

– Скоро узнаем. – Эв громко хмыкнул, наклонился и накрыл мои губы поцелуем.

– Мог бы! – донеслось откуда-то слева. – И оставлю!

Но это было уже не важно.

Я таяла от пьянящих прикосновений, забываясь в сладком, дурманящем поцелуе.

* * *

Не выпуская Даяну из объятий, Эв шагнул в портал. После угрюмой простоты Главного храма чародеев гостиная в его доме выглядела настоящим праздником света и цвета. Опустив устало улыбающуюся Даяну на диван, он не удержался и снова поцеловал невесту.

– Сейчас сообразим тебе что-нибудь бодрящее, – пообещал Эв, борясь с диким желанием просто сесть рядом и целоваться до темных кругов перед глазами. Но он прекрасно знал: Даяна захочет узнать, что случилось, пока король пытался сделать из нее тень. – Жди!

Эв быстро вышел в коридор и только там стиснул кулаки, спрятал показавшиеся когти. Даяну… В тень?! Повезло Оллистеру, что он стал зверем, а то бы темный лично устроил ему экскурсию в Межмирье. Но чародей – ящерица. Неопасная, лишенная речи и поддержки теней ящерица. Весьма удобная для всех ящерица.

– Где? Что с ней? – Туя и мара накинулись на Эва, едва он шагнул на кухню, подскочили с табуреток, окружили, словно собирались взять штурмом.

– Все хорошо. Даяна немного устала, но все обошлось, – успокоил он.

А могло бы и не обойтись…

Когда Даяна ушла с помощником посла, Барт тут же отрапортовал Эву. Но темный еще до появления паутинки брата почувствовал: творится что-то неладное. Опасности для невесты не было, но беспокойство охватывало все сильнее, опутывало липкими щупальцами.

Вызвал деда. Старший Ариес не пытался его остановить. Лишь сказал, что есть магия куда сильнее чар, – имя ей любовь. И она куда больше, чем все обряды и дары богов.

Именно она привела Эва в главный храм как раз в момент вызова демона. Даяна умница, приказала рогатому закрыть рот чародею. Эв с дедом тут же присоединились к нему. И выяснилось, что король-то дракон! Видимо, еще до того, как расколоть Белый камень, он пробудил в себе спящего ящера.

Хорошо, что дед озаботился подмогой. Его братья, сыновья, внуки. Почти все Ариесы прибыли во дворец чародея. А Оллистер тоже подготовился – собрал теней. Свалка в храме вышла знатная. Демонам не хотелось калечить змеев, вынужденных защищать короля. А у чешуйчатых просто не было выбора.

Но ответ богов помог – Даяна увидела Душу. Срезать реликвию с шеи дракона вышло не сразу. Потом вмешалась Даяна…

Эв забрал у Туи поднос, отрицательно покачал головой на умоляющий взгляд мары:

– Потом, Ана. Даяне сейчас не до рассказов.

Мара поморщилась, вздохнула и кивнула.

Паутинка спланировала точно в руку Эва. Внутри оказались отличные новости от деда. Оллистер старательно создавал себе образ героя. Героем ему и придется остаться! Только радости королю от этого будет мало.

Открывая портал в гостиную, Эв негромко хмыкнул, вспомнив, как храбро бросилась защищать его невеста. Она почти превратилась в тень, человеческими были только глаза, полные страха за него. За демона. Она не знала, что он успеет, увернется. Рисковала. Тогда Эву хотелось рычать на нее,