тот момент у дедули проснулся дар провидца, не иначе. У нас родился чудесный… мальчик. Спасти картины Виолы от ритуального сожжения дедом удалось чудом. Как оказалось, не зря старались.

Следом за белобрысым шкодником и баловнем деда и Барта у нас появились русоволосая красавица и рыжая любимица духов.

Некоторые из событий на рисунках художницы сбылись не буквально. Например, тому, где я сидела с мужем и старшей дочкой в спальне суждено было исполниться через пять лет и не совсем так, как было нарисовано…

* * *

Сидя на мостике рядом с Эвом, я с улыбкой следила за марой и нашим старшим. Ана учила его чувствовать магию. Пять лет – не тот возраст, когда нужно начинать обучение, но разве это остановит няню, соскучившуюся по детям?

Малыш, устроившийся на руках мары, совершенно ее не слушал, пытался поймать стрекозу. Ана хмурилась, но не сдавалась, продолжала напевать ему о нитях, в которые сплетаются чары. Ее мягкий голос успокаивал, убаюкивал.

Наша средняя красавица уже дрыхла, положив русую головку на колени Эва, у ног мелкой свернулся калачиком Опал. Цербер не отставал от малышни ни на шаг, охранял, но чаще ловил, не давая наставить шишек. Пригодилось умение пса аккуратно разносить по домам кошек.

– Ма! – Младшая подпрыгнула у меня на руках, покрутила кудрявой огненной головкой, беззубо улыбаясь стрекозам, облачком окружившим маленькую чародейку.

– Да, моя хорошая. – Я подманила стрекоз, малышка восторженно пискнула, растопырила ручки, на которые тут же сели две большие стрекозы.

Младшая завороженно замерла, глядя на золотое чудо на своих пальчиках.

Я прислонилась щекой к руке мужа и тихо шепнула:

– С годовщиной тебя, любимый!

Конец