— Отбивать начнем сразу, поставив автомобильный завод на границе.

Он захохотал.

— Кто о чем, а Петя о своих автомобилях. Как будто это самое важное.

— Конечно, самое важное, — удивился я. — Без своего княжества нам не дадут нормально работать, вот и приходится выкручиваться. Вон, Болдырев тридцать процентов запросил за имя. Это же грабеж чистой воды.

— Грабеж, — согласился отчим. — Была бы от него хоть какая-то польза, а то ведь деньги берет за то, что не будет создавать проблемы.

— Итак, вы согласны на княжество, Юрий Владимирович? Да или нет? Работать мне в этом направлении?

— Куда же я денусь, — вздохнул он. — Угораздило же Лёню влюбиться в столь неподходящую личность… А с магией — это точно?

— Берете сына и приезжаете к нам в поместье. Сразу и проверим, — предложил я. — В поместье, потому что нужен целитель, а у нас там Даньшина опытная и под клятвой.

— Но в случае если всё сложится, третий источник действительно придется открывать Щепкиной, — решил Юрий Владимирович. — Твоя супруга права. Но только после свадьбы, чтобы избежать в дальнейшем возможных коллизий. И хотя мне, разумеется, Нина куда ближе, но она рано или поздно уйдет в чужую семью.

И унесет свою магию с собой, в то время как магия, выданная Щепкиной, в семье останется. Довод, как сказал бы Валерон, сейчас храбро караулящий нас на улице.

Глава 28

Отчим предложил пообедать у него дома, но я отказался, потому что хотели сохранить визит в тайне, что было бы невозможно, узнай о нем маменька. Ну и само по себе плотное с ней общение в мои планы не входило. Нет, я ее однозначно люблю, но предпочитаю делать это на расстоянии. Большом расстоянии, потому что на маленьком ее сразу оказывается слишком много.

— Мотя спрашивала про свои улучшения, — намекнул отчим, который после ночного происшествия стал относиться к моей поделке с куда большим уважением.

— Не до этого пока, — признался я. — Немного разгребу проблемы, приеду к вам ставить защиту, тогда и ее улучшим тоже. А пока вы с Лёней в ближайшее время должны приехать ко мне.

— Честно говоря, Петя, мне продолжает казаться, что это розыгрыш. Это слишком… невероятно звучит.

— Пока не приедете — не узнаете. Официально вы едете смотреть нашу экспериментальную мастерскую по производству автомобилей. Лёня тоже может по этому же поводу приехать. Идеальное прикрытие.

— Щепкина может увязаться. Ее очень интересует автомобильное производство.

— Ее будет где разместить. Наверное.

Я начал вспоминать, сколько у нас осталось нормально меблированных комнат для размещения гостей, и пришел к выводу, что нам бы не помешало нападение кого-то с хорошо обставленным домом. Похоже, поведение Валерона заразительно.

— В любом случае Щепкину разместим, — решил я. — Но без особых удобств, сразу предупреждайте, что у нас почти полевые условия. Может, и передумает.

Разговор получился не слишком долгим, потому что я постоянно держал в голове, что Наташа с Валероном — на улице, а скверники очень заинтересованы в том, чтобы со мной разобраться до того, как я вернусь в защищенное поместье. Да и принципиальное согласие отчима было уже получено, за чем в принципе я и приезжал. Не тот это разговор, который можно проводить по телефону, а нужного артефакта, пока нет.

По всей видимости, Наташа с Валероном обсуждали этот же вопрос о нападениях, потому что стоило мне выйти, как помощник тявкнул:

— Мы подумали, что неплохо было бы пожить неделю в Святославске. На тебя непременно кто-то попытается напасть, и мы со всех сторон окажемся в плюсе.

— Он за Хикари переживает, — пояснила Наташа.

— А ты не переживаешь? Она же на голодном пайке. У нее так скоро все запасы энергии выйдут.

— В принципе… — я задумался. — У нас ничего особо срочного нет. Хотя алхимический рецепт я бы опробовал.

— Это можно и в Святославске сделать, — обрадовался Валерон. — Все условия есть.

До вечера, когда отправлялся дирижабль до Святославска, мы сняли номер в гостинице, чтобы не светить физиономиями на улицах, потому что знакомых у нас в городе хватало: кто-то заметит, скажет маменьке, а та обидится. Не поверит, что это был кто-то похожий. Так что и пообедали мы тоже, не выходя из номера, а к причальной башне ехали не по центральной улице, а закоулками.

Чужого внимания я не чувствовал, но это говорило только о том, что мной не интересуются добропорядочные граждане, поскольку внимания скверника, запланировавшего на меня нападение, я не ощущал. Скорее всего, у него был скрывавший это навык.

В дирижабле первым делом Валерон проверил всех на предмет Скверны и, к своему огромному огорчению, не нашел никого подходящего для ограбления.

Перед вылетом я купил пачку газет и сейчас, в ожидании чая, начал просматривать. Было интересно, обнаружили ли пропажу пассажира на дирижабле. Но все заметки выглядели на редкость мирно. Если не считать выявления подпольной алхимической лаборатории, при захвате которой были жертвы. Что производила лаборатория, указано не было, но мне казалось, что зелья по типу тех, что не так давно добыл Валерон. Церковь выступила против Скверны, а значит, ее сейчас начали планомерно вычищать отовсюду. Если такие зелья под запретом, их все равно станут производить, разве что цену задерут.

У того же Базанина непременно должна быть и своя лаборатория. На базе под Камнеградом? Там не вскроешь с наскока, да и вообще нескоро найдешь. Не там ли и сам Базанин? Отбивающие нюх порошки на Валерона, похоже, тоже действуют.

— От вчерашнего скверника Базаниным не пахло? — спросил я Валерона, когда нам уже наконец принесли чай, а помощнику я выделил огромный кусок яблочного пирога со сладкой посыпкой.

— Нет, я бы сразу сказал, — оскорбился он. Немного невнятно оскорбился, потому что пасть была занята.

— Нужно нам придумать, где и как его искать. Он нам даже не сам нынче интересен, а выход на осколки заварзинской реликвии. А то я отчиму практически пообещал заварзинское княжество, а наводок как не было, так и нет. Наташа?

Она покрутила головой.

— Он для меня скрыт. Я уже неоднократно пыталась выяснить, где его искать, но единственное, что могу сказать: он не очень далеко от нас. В пределах пары дней на пролетке.

— А обломки реликвии?

— Божественные предметы,