Сколько лет ты мучил её? – крикнул Клим, его пламя теперь било мощными струями. Радость от возвращения магии придавала ему сил. – Теперь называешь меня вором? Это ты украл её свободу выбора!

Искры летели во все стороны, заставляя девушек прижаться к стене. Орина вскрикнула, готовая броситься Климу на помощь, но Дарина крепко схватила её за руку: вмешательство означало бы смерть под ударами смертоносной магии. Одна из искр попала Дарине на руку, и она вскрикнула от боли.

Северан, шипя от ожога на груди, метнул новое заклинание. Тёмная магия ударила Клима в плечо, прожигая рубашку и оставляя дымящуюся рану. Но Клим только рассмеялся – дико, восторженно.

– Что, не нравится? Я больше не беспомощен! Годы твоей власти закончены.

Он швырнул в Северана огненный шар. Тот едва успел увернуться – пламя опалило ему волосы и бровь. Северан взревел от ярости и боли. Братья тяжело дышали, опираясь на стены.

– Ты не просто крутился вокруг моей жены! – взревел Северан, и в его голосе прозвучала такая боль, что девушки вздрогнули. – Ты посмел… посмел осквернить мой дом! Мою постель!

Велирима побледнела как полотно и отвернулась, прикрыв лицо руками. Её плечи затряслись – не от страха, а от стыда перед дочерями, которые теперь узнали семейную тайну.

– Мама… – едва слышно выдохнула Орина.

Клим шагнул вперёд, заслоняя Велириму от яростного взгляда брата.

– Она нуждалась в утешении, которого ты ей никогда не давал! Ты превратил её жизнь в ад своими побоями и унижениями!

– Не смей оправдываться! – Северан сжал кулаки до хруста костяшек. – Она была моей женой! Моей!

– По принуждению! – огрызнулся Клим. – Ты никогда не любил её – только владел, как вещью!

Велирима всхлипнула и проговорила, не поднимая глаз:

– Прошу… не при девочках… они не должны слышать это…

Но было слишком поздно. Дарина и Орина стояли, потрясённые, понимая наконец, почему мать так долго скрывала правду об их отце.

– Заткнись! – прокричал Северан и бросил в Клима магический заряд, сопровождаемый запахом серы. – Я дал ей дом, достойную жизнь! А ты всего лишь мой жалкий братец, которого давно следовало уничтожить!

Клим сумел отразить магический залп огненным щитом, однако его собственная магия уже проявлялась с трудом – у него было слишком мало сил.

– Северан! Клим! Прекратите! – закричала Велирима. – Вы же братья, хватит!

Северан резко обернулся, его лицо исказила горькая ухмылка.

– О, благоневерная супруга! – В его голосе звучали насмешка и скрытая обида. – Ты стала моей женой по воле родителей, но сама бегала за моей спиной к этому жалкому огненному магу!

– Наш род… издавна жил в Яснице и владел магией, – вмешался Клим, глядя на потрясённых дочерей. – Мы происходили из древней семьи магов-камнерезов.

– Заткнись! – взревел Северан и снова кинулся в атаку, но Клим продолжал говорить, уворачиваясь от ударов:

– Наши предки веками находили самоцветы… обрабатывали их силой стихий… От этого шло наше богатство…

Фиолетовый луч пролетел в дюйме от его головы.

– Но, когда родители внезапно умерли… – Клим перекатился, избегая нового заклинания, – всё наследство досталось Северану! В нашей семье никто не болел теми хворями, что свалили их за седмицу!

– До сих пор не можешь смириться с волей судьбы? – Северан презрительно усмехнулся, на мгновение прекратив атаку.

Девушки воспользовались передышкой. Орина упала на колени от переживания, Дарина помогла ей подняться, не сводя глаз с разъярённых мужчин.

Велирима сжала кулаки, в глазах заблестели слёзы:

– Я никогда не хотела замуж за тебя, Северан! Переехать к тебе меня заставили родители!

– Переехать? – переспросила растерянно Дарина. – Но ты же…

– Я жила в соседней деревне, – быстро объяснила мать, поглядывая на готовящихся к новой схватке братьев. – Родители говорили: «Он богат, властен, обладает магией. Живи с ним в Яснице, и всё будет хорошо». Но рядом с тобой любая женщина стала бы рабыней!

– А почему ты никогда толком не рассказывала нам о магии? – крикнула Дарина, перекрывая начинающийся грохот новой битвы.

Велирима торопливо заговорила:

– В детстве я мягко учила вас чувствовать природу, помните? Но чем старше вы становились, тем больше я боялась… После того что произошло шестнадцать лет назад… люди винили магов в гневе горы…

Петрий, прислонившийся к стене и вытиравший кровь с рассечённого лба, тяжело вздохнул.

– Я приказал ей молчать о ваших способностях. Если бы люди узнали, что в деревне растут новые колдовки… они бы вас уничтожили. После всех несчастий народ был готов растерзать любого, кто хоть как-то связан с магией.

– Поэтому я и молчала! – всхлипнула Велирима, поглядывая на братьев, которые снова готовились к схватке. – Я видела, как соседи косо поглядывают, шепчутся о «двойниках»… Но пока вы сами не знали о своих дарах, они дремали. Я думала… я надеялась, что так будет всегда.

– А сама ты тоже из магического рода? – крикнула Орина.

– Мою магию пробудил Загрий, когда я была совсем юной! – ответила мать, пригибаясь от пролетевшего заклинания. – Тогда духи ещё свободно общались с людьми. У родителей магия слабая, можно сказать, домашняя…

Северан скривился.

– Как трогательно! Целая династия «великих» магов!

Он снова ринулся в бой. Магическое противостояние достигло пика – стены загудели, между ладонями братьев замелькали искры. Дарина и Орина инстинктивно закрыли уши.

– Ты жаждал власти… срывал ярость на мне… – кричала Велирима сквозь грохот битвы.

– Замолчи, женщина! – Северан бросил особенно мощное заклинание.

– Ты бил её, унижал, запирал в доме! – Клим с трудом отразил удар. – Она нашла утешение лишь рядом со мной… Мы полюбили друг друга на почве ненависти к тебе!

Оба мага пошатнулись от истощения. Северан опустился на одно колено, Клим держался за стену.

Дарина и Орина с трудом сглотнули подступивший к горлу ком. Они росли, не подозревая, что в прошлом родителей разворачивалась такая драма. Теперь всё встало на свои места места – обрывки слухов, недомолвки, странное поведение матери каждый раз, когда речь заходила об их отце.