Наверное, поэтому Хранящие долго не живут. Они просто жертвуют собой ради других. Пожалуйста, постарайся так больше не делать. Я не хочу, чтобы ты погибла, — попросил мальчик, заглянув в её глаза.

— И я не хочу! — воскликнул Всеслав.

— Можно подумать, я этого сильно желала. Так уж получилось, — повела плечом девочка. — Как твоя матушка себя чувствует?

— Ещё не оправилась от потрясения, но телесно она здорова. Лекарь говорит, что признаков того страшного недуга он пока не наблюдает.

— Ну и ладненько, — кивнула Света и рванула вперёд, потому что увидела дракона.

Она добежала до него и повисла на шее, прижимаясь щекой к жёсткой броне.

— Листик, у нас получилось, — прошептала девочка и всхлипнула. — Спасибо тебе. Если бы не ты, то у меня не хватило бы сил остановить мага. Ты всех спас.

— Если бы ты так бездумно не расходовала свой резерв, то не провалялась так долго в постели, — ответил дракон сердито, скрывая этим своё смущение от накрывших его эмоций девочки. — Между прочим, это ты всех спасла. Если бы ты не догадалась накрыть детей защитным куполом и не влила в него столько Силы, то амулет затянул бы их души, и я уже ничем не смог бы помочь. Маг получил бы Силу, намного превосходящую мою. Свой магический резерв у него средненький, а с амулетом возрос бы многократно. Так что ты всё сделала правильно.

Эрик и Всеслав специально шли медленно, единодушно решив дать этим двоим побыть наедине. Они понимали, что Света прошла через такое, что даже сильному мужчине не по силам. Ей сейчас требовались поддержка и утешение, а рядом не было ни мамы, ни папы, ни даже близкой подруги — никого, кто может обнять и прижать к сердцу, успокаивая и давая возможность просто выплакаться. И как бы им ни хотелось сделать это, существовал барьер, через который ребята не могли переступить — они же не девочки! А дракон — это дракон. Ему позволительно накрыть её крылом, прижав к своему боку, и осушить горячим дыханием слезинки на щеках.

Мальчики присели на валун, не решаясь приблизиться. Они молчали, снова окунувшись в свои воспоминания того дня, когда всё могло закончиться для них очень печально. Из задумчивости их выдернул изумлённый возглас Светы, которая уже успокоилась и выбралась из-под крыла Листика. Оказывается, она только сейчас заметила цепи, до сих пор не убранные по просьбе Всеслава. Царевич хотел, чтобы девочка сама на это посмотрела и, может быть, выпытала у дракона то, что ни Эрику, ни ему не удалось узнать, как бы они ни старались.

— Вы это видели? — спросила она, с трудом поднимая один из замков до уровня колен.

Следом потянулась тяжёлая цепь. Выше поднять сил не хватило. Замок соединял петлю, по размеру подходящую, чтобы обвить шею дракона. Второй такой же замок соединял другой конец цепи, обмотанной вокруг толстого дерева. Два остальных скрепляли отрезки цепи между собой, потому что до дерева было далеко, и одного отрезка цепи не хватало, чтобы дотянуться до ствола, способного удержать дракона. Цепи и замки остались целыми, а дракон оказался на свободе. Вот какую загадку мальчики пытались разгадать.

— Листик, ты обещал рассказать нам, что с тобой произошло, как только Лана очнётся, — попросил дракона Всеслав.

— Да уж, сделай милость! Мы-то тебе всё-всё рассказали из того, что ты пропустил, — поддержал царевича Эрик.

— Мы внимаем, о Великий и Ужасный, — загнула высокопарным слогом девочка, глядя смеющимися глазами на Листика, усаживаясь на скамью и чувствуя, что совсем неспроста мальчики затеяли этот разговор. Их высочества чинно устроились с левой и с правой стороны от Светы.

— А что тут особо рассказывать? Пришёл поварёнок с ведром травяной настойки, что лекарь прописал. Поставил в отдалении, как обычно, и ретировался восвояси, чтобы не стать закуской для ужасного меня. Я лизнул отвар несколько раз. Интересно же — отличается он по вкусу от прошлого или нет. Оказывается, совсем не отличается. И по запаху — тоже. Но больше рисковать не стал. Проверил, есть ли кто любопытный рядом, да и вылил в травку. Ведро аккуратно обратно поставил и лёг отдыхать. Через некоторое время слышу — крадутся храбрецы. Издалека камешек кинули, а я — вроде сплю. Они поближе подошли. Попинали немного. А я — сплю. Слышу — цепями загремели, но осторожничали, даже ругались друг на друга шёпотом. Сначала к дереву цепь присоединили, а затем начали ко мне её тянуть. Потом двое самых бесстрашных на меня вскарабкались, цепочку замкнули, слезли так тихонечко, чтобы мой сон не потревожить, да и удалились. А я остался ждать сигнала. Как услышал — сразу прилетел.

— С этого места, пожалуйста, поподробнее, — попросила Света. — Как ты от цепей избавился? Они не порваны, замки все целые, а голова твоя больше, чем петля. Да ещё шипы. Значит, выбраться ты не смог бы, просто вытянув голову из петли. Нестыковочка!

— Не «нестыковочка», а драконья магия, — поправил Листик.

— Покажи! — попросил Эрик.

Дракон отрицательно покачал головой и бросил короткий взгляд на Свету.

— Им нельзя говорить? — догадалась девочка.

— Да.

— А мне?

— Не сейчас, прости.

— Ну, вот что вы надулись, словно маленькие детишки, которым конфетку не дали перед обедом? У каждого может быть своя личная тайна, — вышла из неудобного положения девочка.

— Кстати об обеде… Нам пора, Лана, — встрепенулся Эрик, вставая со скамьи. — Прости, Листик, что пытались узнать твою тайну.

— Ага. Любопытство — не порок, а источник знаний, — примирительно прошептала Света, обнимая дракона за шею. — Не обижайся, ладно?

— Я не обиделся. Приходи, когда сможешь. Полетаем.

— Обязательно. Хочу многое обсудить. Мне скоро домой возвращаться надо, я по родителям очень скучаю. И даже по братику-вредине.

* * *

Переодеваться к обеду не стала, только освежила лицо и помыла руки. Свету слегка потряхивало, хотя волноваться, вроде бы, уже было не о чем.

Король на этот раз вёл себя более естественно и не впадал в прежнюю задумчивость. Он тепло поздоровался с девочкой и поинтересовался, как она себя чувствует. Королева молчала, почти не притрагиваясь к пище и думая о чём-то своём. Мальчики сидели тихо, с интересом наблюдая за происходящим. Говорили о погоде и видах на урожай. Даган пожаловался, что в последнее время урожаи сильно упали, крестьяне уходят в лес и промышляют на дорогах разбоем, нападая на редких путников и делая набеги на плохо защищённые селения. Кругом развелась нечисть, с которой не справляются летучие отряды из отборных воинов королевства. Эта информация уже была Свете знакома из давнего разговора с королевой.

— Сегодня я