преклонить колено и принять тебя. Ты наполовину древняя, Авеа, и тебе нужна помощь твоего рода.

— Но как вообще найти древнего? Более того, зачем им помогать нам? Есть причина, по которой они отступили. Да, они создали Богов и более могущественны, но они всегда были дикие, — шиплю я.

— Однажды это говорили и обо мне. — Он ухмыляется, и мое сердце смягчается. — А теперь посмотри на меня. Авеа, ты можешь все. Это наш единственный шанс, поэтому мы должны попытаться. Если ты хочешь просто подождать здесь прихода Богов, тогда я буду с тобой до самого конца, но поверь мне, добром это не кончится, и этот мир не выдержит разрушения. Нет, нам нужен план получше; нам нужно победить их в их же игре. Нам нужно начать все с чистого листа и напомнить им, что они не самые могущественные существа в этом мире или любом другом. Мы должны напомнить им, каково это - бояться.

Выдыхая, я смотрю в его темные глаза, видя, насколько он серьезен. Я должна доверять ему, и мы должны найти выход, потому что я не буду причиной смерти Морса. Я не откажусь от этой жизни теперь, когда я только что нашла его.

— Хорошо, — шепчу я. — Так как же нам найти древнего?

Открывая глаза, я упираю кулаки в бедра. — Это не работает, — ною я.

— Продолжай пытаться, — призывает он, садясь напротив меня.

Мы сидим перед очень знакомым озером, я скрещиваю ноги и закрываю глаза, когда я посылаю свои силы, надеясь найти древних. — Это не работает, — снова бормочу я.

— В тебя есть их кровь, так что ты сможешь их найти; я знаю, ты сможешь. Верь в себя, Авеа. Попробуй еще раз. — Он накрывает мою руку своей и сжимает.

Выдыхая, я расправляю плечи и расслабляюсь, стараясь не фокусироваться на магии, а вместо этого позволяю ей перекатываться по мне и наружу, в поисках чего-то похожего на меня.

— Копай глубже. — Голос Морса проникает внутрь меня, уговаривая ту часть меня, которую он помогал тренировать. Он помог добиться успеха, и он никогда не боялся этого, даже когда боялась я. — Прими каждый дюйм себя. Стань тем, кем ты всегда должна была быть. Твоя сила в том, кто ты есть. Ты - их часть. Найди их.

Используя его голос как руководство, я отдаю себя силе внутри себя - той, которую я так крепко держала взаперти до него. Это одновременно и чуждо, и знакомо, но это помогало мне выжить, несмотря ни на что. Я вручаю себя ей и впускаю ее в свою душу с извинениями.

Я становлюсь ею без страха, вины, оговорок или ужаса. Я позволяю ей тащить меня через лес, глубоко в скопления магии, которая обитает здесь, мимо костей древнего магического существа, которое я когда-то победила. Какая-то искорка напоминает мне, что это было не простое существо.

Кости до сих пор отмечают то место, куда я никогда не возвращалась, как визитную карточку, и именно здесь я чувствую правду.

Древние не могут умереть по-настоящему.

Мои глаза резко открываются.

— Я знаю, куда нам нужно идти.

Мне требуется целый день, чтобы добраться до той части леса, которую я ищу, - места, которое я посетила всего один раз и которое было одарено шрамами на спине.

Я знаю, что время идет, и чем дольше мы медлим, тем больше у них остается времени, чтобы собраться с силами и прийти за нами. Время сейчас не на нашей стороне, поэтому я почти бегу навстречу воспоминаниям об этом месте. Моя нога ступает по траве, и магия проносится по ней, вызывая покалывание внутри меня, и я знаю, что нахожусь в нужном месте, когда спешу сквозь деревья.

— Здесь, — говорю я Морсу, не объясняя, что происходит или план. Нет времени. Он просил меня доверять ему, и теперь я ожидаю от него того же.

На поляне солнце освещает полукруг мертвой травы, где я чувствую кости, погребенные глубоко в земле и ожидающие, когда их позовут. В глубине души я знаю, что должно быть сделано, даже не осознавая, откуда я это знаю. Это изначальное понимание магии, взывающей ко мне.

Мне нужно снова вдохнуть в них жизнь.

Я останавливаюсь за пределами круга костей, выпуская руку Морса, прежде чем упасть на колени. Повернув голову, я поднимаю запястье и кусаю его, позволяя моей крови капать на землю. Она достигает костей, погребенных внутри, и впитывается внутрь со слышимым лязгом.

— Я добровольно предлагаю свою жизненную силу. Я предлагаю покаяние и прихожу за советом. Я ищу себе подобных. Я взываю к тебе, древний.

Мгновение ничего не происходит, и я боюсь, что он отвергнет меня. Я с шипением сжимаю руку, заставляя кровь течь быстрее. Середину круга раскалывает трещина, зазубренный край проникает глубоко в кости.

Изнутри доносится рев древнего зверя.

— Авеа, — предупреждает Морс, пытаясь оттащить меня назад, но я застываю на месте, не в силах освободиться, пока это не будет сделано. Это ритуал, который я знаю глубоко в своих костях, в своей крови, но никогда этого еще не делала.

— Я взываю к тебе. Я вдыхаю в тебя жизнь. Я предлагаю ее добровольно. Приди ко мне, — громко зову я, когда птицы взлетают.

Кости торчат из земли, когда я стою на коленях, Морс стоит у меня за спиной. Они поднимаются в воздух, словно подхваченные собственным ветром, и начинают светиться и вращаться, превращаясь в скелет рычащего зверя. Я с благоговением наблюдаю, как кости покрываются мышцами и кожей, и жизнь возвращается в древнее животное, решившее упокоится здесь.

Того, кого, как я думала, я убила. Я ошибалась.

Они не могут умереть.

Когда его лапы касаются земли в нескольких дюймах от меня, его открытая пасть рычит так громко, что у меня лопаются барабанные перепонки, я знаю, что оно может затаить обиду.

Склонив голову от стыда, я вытягиваю руки перед собой, моя кровь все еще течет рекой. Я чувствую, как Морс напрягается, но он опускается рядом со мной, а не передо мной, доверяя мне справиться с этим, но я чувствую его раздражение из-за того, что он не в состоянии защитить меня.

— Я приношу извинения. Я не знала правды.