Шрифт:
Интервал:
Закладка:
Теперь он здесь свой, а не чужак. И отношение к нему, соответственно, будет среди местных старожилов совершенно другое. Да, доверие серьёзных людей сразу ему завоевать не получится – это понятно. Нужно будет много труда приложить, чтобы завязать здесь хорошие надёжные связи. Но он как раз на это и будет тратить кучу свободного времени.
Тем более отдел у него неплохой, тяжелой промышленности. И обязанности не слишком тяжелые, несмотря на название с этим словом. Всего-то – на вакантные места по пять кандидатур на должность директоров подбирать, чтобы начальник отдела из них подходящего выбирал и на утверждение посылал в министерство.
Да и при правильной работе с этого тоже можно поиметь свои выгоды и с этими директорами. Он же вполне может делать вновь назначенных директоров себе обязанными. Намекать, что лично их продвигал начальству.
Но самое главное, что теперь он здесь и может общаться со всеми этими людьми на равных – не заискивая, и не глядя им в рот.
А ведь, кроме того, у него же есть куча свободных денег. Да, несмотря на тот разгром его группировки, который устроил Захаров со своими людьми, после чего, само собой, о прежних финансовых потоках, поступающих к нему, можно было забыть, они превратились скорее в тонкий ручеёк, у него ещё осталось больше двухсот тысяч рублей.
Вот часть из этого капитала он и пустит на то, чтобы сколотить новую группировку – такую, что к ней уже ни один Захаров не осмелится подкатить с какими‑то претензиями или вопросами. И более того, надо расстараться и добиться того, чтобы со временем превзойти группировку Захарова по связям и влиянию.
И вот тогда для него, Володина, и наступит момент триумфа. Тогда Захаров вернёт всё, что забрал, и компенсирует все потери. К этому и надо стремиться.
А ведь потом с него же можно ещё и виру взять – забрав его самые лакомые предприятия, да и добраться до того же самого Гончарука. Пожалуй, Захаров, чтобы получить более выгодные условия капитуляции, согласится уволить Гончарука, отстранив его от всех своих дел. А уж он, Володин, позаботиться о том, чтобы Гончарук попал в такой чёрный список, что никогда в жизни уже больше в Москве не устроится. Пусть уезжает куда‑нибудь в провинцию и там остаток своей жизни вспоминает о том, как не разобрался в потенциале его, Володина, сделав самую главную ошибку в своей бессмысленной жизни.
Теперь бы ему главное найти толкового помощника, чтобы он со всеми его делами разбирался, пока он будет связи налаживать и искать нужных людей.
Вот тот же самый Гончарук, если бы не ушёл, прекрасно бы подошёл для этого. Болван он все же, не смог потерпеть немного. Сейчас бы вместе с ним разделил его триумф. При всей его обиде за предательство, Володин признавал – Гончарук был реально очень толковым. Пожалуй, самым толковым из всей его команды.
Ну не Диму же в этой роли рассматривать, который, кстати, уже сидит вовсю. И пусть сидит, толку с него было мало…
Самедов ещё кое‑что соображал, но где сейчас тот Самедов? Очень уж далеко, наверное, книги сейчас пересчитывает от скуки в своей библиотеке в Тикси.
Да, у него налицо кадровый дефицит, и важно не ошибиться с выбором новых кадров, как вышло с Гончаруком. Помощника, конечно, можно поменять потом, если он не справится. Но если он завалит что‑то в своей работе, это будет плохим стартом его карьеры в ЦК КПСС.
Ну и если придется избавляться от неудалого помощника, то еще же и слухи поползут о том, что он слишком часто меняет помощников, значит, в кадрах не разбирается.
У Володина не было ни малейших сомнений по поводу той среды, куда он попал. Тут та ещё банка с пауками, конечно. Тут же огромная власть, а где власть, там и огромные деньги. Нет, в этих коридорах ему нужна абсолютно безупречная репутация. С тем, кто совершает серьёзные ошибки, никто тут завязывать серьезные отношения не будет.
Одно плохо, конечно: в курилках придётся торчать чёртово количество времени. Там лучший способ познакомиться с новыми людьми в совершенно непринуждённой обстановке. Никто и не заподозрит, что ты только ради этого туда и пришёл.
Да, информации там просто кладезь, которая поможет быстро ему влиться в то, что происходит в ЦК.
А плохо то, что лёгкие у него слабые, и врач ему не рекомендовал курить. Надо будет овладевать искусством не затягиваться, чтобы одну сигаретку смолить минут по десять – пятнадцать.
Махнув рукой, что уж тут поделать с этими курилками, Володин вернулся к мысли о помощнике. А что, если ему, пользуясь новой должностью, того самого Кожевникова, что тут же работает, уговорить Самедова простить? Времени-то сколько прошло, может, он подостыл уже… Ценный подарок сделать, объяснить, что тот все осознал.
***
Москва
Римма решила своему мужу сюрприз сделать в пятницу, наведавшись к нему неожиданно на работу, для того, чтобы хоть немного успокоиться. А то всю эту неделю она сильно нервничала, вспоминая о предупреждении своего отца о том, сколько хороших браков было разрушено, когда человек какую-то серьезную административную должность в университете получал.
Вот же отец, – думала она, – поднял мне нервы по полной программе. А теперь Сатчан в самом деле в этот университет устроился. И как мне теперь с этим жить? Он-то меня, конечно, начал уверять, что у мужа нет другого выхода, если уж сам Тяжельников Павла заставляет эту должность принять, поскольку, обидевшись на его отказ, он может ему карьеру разрушить. А как мне теперь забыть про его предостережение о том, что эта карьера Павла может разрушить наш собственный брак?
В общем, измотанная постоянными размышлениями на эту тему, Римма решила наведаться неожиданно к мужу на новую работу и посмотреть, как у него тут все устроено.
Дома она уже заранее, потихоньку его расспрашивая про работу, узнала, где его кабинет находится. Заверил он ее и в том, что в секретари себе уже парня подобрал вместо девушки, что была у Гусева. Мол, в понедельник он уже и выйдет вместо