Ревизор: возвращение в СССР 53 - Серж Винтеркей

Ревизор: возвращение в СССР 53

Глава 1

Москва, квартира Ивлевых

Даже если расслабиться полностью не получается, то горячая ванна всё же есть горячая ванна. Тщательно вытерся махровым полотенцем, закутался в халат, который я использую крайне редко, исключительно после водных процедур, и пошёл к Валентине Никаноровне наводить справки по поводу того, кто мне звонил.

Вряд ли это кто‑то Галие звонил. Учитывая, что все знают, что она сейчас на работе. А все её близкие подруги телефон её рабочий знают, чтобы с ней прямо на рабочем месте связаться и поболтать. Морозова, как и в целом обычно начальство, особенно не свирепствует, если человеку нужно минут пять-десять по-дружески поговорить с кем-то…

Валентина Никаноровна сказала мне то, что я и сам, в принципе, ожидал:

– Павел, вам Румянцев Олег Петрович звонил. Сказал, что через полчаса перезвонит.

Ну, оставшиеся пять минут до звонка я времени зря не тратил. Феном волосы подсушил, а то мало ли – машина меня ждёт, и надо уже минут через десять после звонка на улицу выходить…

Румянцев, позвонив, сообщил мне:

– Завтра, Паша, в шесть двадцать машина тебя будет ждать у того же подъезда. В шесть двадцать утра, учти, не вечера.

– Очень хорошо, – обрадовался я.

Ну да, есть чему радоваться, мне ж с утра на стрельбище еще надо ехать. Если в шесть двадцать меня в комитет повезут, то, значит, встреча с Андроповым будет около семи.

А человек он очень занятой. Ну, полчаса, ну час мы с ним пообщаемся по максимуму. Значит, дальше меня домой закинут, и мы с Галией можем, в теории, на стрельбище ещё успеть.

Да, просто идеально всё складывается. А самое важное, что наконец мы разберёмся уже с этим визитом, и можно будет спокойно на стрельбище своими делами заниматься и не ждать, что в назначенных мной точках будет стоять машина с непохожими на кгб-шников офицерами, как я сам и просил.

Суббота превращается снова в обычный день, когда можно пострелять, а потом и на лыжах в компании с Сатчанами покататься спокойно. А затем завезти Галию домой и на радио поехать выступать. В общем, очень даже неплохо ситуация складывается…

***

Москва, квартира Макаровых

Вернувшись домой, Макаров-старший тут же позвал сына в кабинет переговорить. Дверь он, конечно, за ним закрыл, чтобы жену не тревожить: разговор всё‑таки будет специфический.

– Ну вот, сын, пошла уже волна от действий твоей подруги Маши на французском приёме, – сказал он ему. – Меня сегодня Громыко вызывал. Ему настучали, что я якобы сам тебя отправил с ней на этот приём. Ну и, к сожалению, рассказали про то, что она там напилась и приятно проводила время в компании какого‑то иностранца.

– И что, у Маши теперь будут серьёзные проблемы? – тут же встревожился сын.

– Надеюсь, что нет. Я ловко увёл разговор в сторону, объяснил министру, что вовсе не давал тебе никакого приглашения. Удачно вышло, что это приглашение тебе дал именно Павел Ивлев. Андрей Андреевич очень интересуется твоим другом после всех этих кубинских событий, так что он тут же и думать забыл про всё это происшествие и даже фамилии не спросил девушки твоей. Что очень хорошо, потому что Шадрина он наверняка знает: тот слишком давно в МИД работает и много раз уже попадался на глаза Андрею Андреевичу. Хотя, все же, есть вероятность, что фамилию эту ему все же в доносе назвали…

– Но папа, то, что ты сказал про Павла Ивлева, это ему не создаст проблем, я надеюсь? – тут же снова встревожился Витька.

– Поверь, не создаст, – улыбнулся Макаров. – Твой Ивлев не имеет никакого отношения к миру дипломатии. Да и вообще, это его право как распоряжаться полученным приглашением на иностранный приём. Имеет возможность поступить так, как ему захочется. Хочет – может вообще отказаться и выкинуть это приглашение в мусорку, хочет – кому‑то отдаст.

Может, это, конечно, французов не обрадует – то, что он так свободно распоряжается выданным ему приглашением. Но для Громыко, поверь, никакого компромата в отношении Ивлева это не даёт. Напротив, он его только уважать больше будет.

– Правда? – удивленно спросил сын.

– Поверь мне, сын, на приём в иностранное посольство в Москве попасть достаточно сложно, а для многих и рискованно – в особенности в западные посольства. Я знаю многих, кто очень хотел бы оказаться на таком приёме, а также многих, кто хотел бы, но даже если получит приглашение, туда точно не пойдёт, опасаясь, что попадётся на глаза КГБ, и его карьера на этом и закончится. Твой Ивлев – студент и журналист, занимающийся международными делами. Его никто не осудит, если он эти приёмы будет посещать. Ну, конечно, в том случае, если не возникнет подозрений, что он там какой‑то антигосударственной деятельностью может заниматься.

– Ну папа, ты что, какой антигосударственной деятельностью?! – замахал руками Витька. – Ивлев очень любит Советский Союз, постоянно говорит, что мы не ценим все те возможности, которые есть у нас в СССР.

– Сын, не надо меня убеждать, – усмехнулся Макаров. – Я ничего плохого о твоём друге не пытаюсь сказать, тем более это не в моей компетенции или в компетенции Громыко такие вопросы рассматривать. У нас КГБ для этого есть. Просто объясняю тебе ситуацию, чтобы ты не боялся, что то, что я про Павла Ивлева сказал министру, каким‑то образом на нём плохо скажется. Да и с КГБ то же самое, вряд ли там будут думать плохо о человеке, который отказался от похода на приём в посольство западного государства. Не побежал же он туда, сверкая пятками, желая попасть на прием к французам во что бы то ни стало, верно? А отдал приглашение своему другу, чтобы его порадовать.

– Да нет, папа, Ивлев мне сказал, что он в пятницу будет просто очень занят вместе со своей супругой и не сможет посетить этот приём, – попытался напомнить Витька отцу то, что он ему уже рассказывал. Но отец, покачав головой, сказал:

– Сын, пора тебе