Потом стоит найти новое укрытие для машины.

Короче, если мне понадобится проследить за кем-то, у меня были все возможности для этого. А ещё у меня есть мясо и вино. Вечер сегодня удастся точно. Ну а потом проверить, что ещё там есть, и как это может мне пригодиться.

Сессию сдавать с такими приспособами будет проще, ха!

Глава 22

«Давай ко мне, — написал я Наташе. — Вечером приготовлю кое-что топовое».

В ответ прилетел смайлик с глазами-сердечками, а следом:

«Буду через два часа)))».

Хорошо, что она не упирается, не спорит, не говорит, что занята или что у неё плохое настроение, как постоянно делала Даша. Ну так это и не девочка уже, понимает больше.

Наташа вообще более прямая в повседневной жизни, чем многие девушки, кого я знал. Если ты ей не нравишься, отошьёт без полунамёков, а если нравишься, то держится рядом. Но она и постарше их будет.

А вот по работе таится и многого не говорит, мне только навыки Тумана помогают понимать примерную картину, чем занимается она и «Контур», этот странный сплав частной охранной компании и спецслужбы с большими связями в ФСБ.

Но об этом буду думать позже, сегодня вечером я праздную получение наследства от Тумана, и надо думать об ужине. Целое наследство, можно сказать, о котором знаю только я и больше никто.

Туман в свои собственные методы никого не посвящал. Он мог передать наверх позывные агентов и какие-то намёки, но его работа даже для нанимателя оставалась тайной. Вот доктору Ланге и приходится отправлять агентов, которые идут по следам Тумана. Вот только эти следы заканчиваются на мне, поэтому мне и приходится крутиться.

Приложение с музыкой запустило другую песню, не «Сектор Газа», но тоже было в тему:

— Ели мясо мужики, пивом запивали…

Надо подготовить вино заранее, ведь десятилетнее Barolo надо подавать особым образом. Ну, посмотрим, понты это, или и правда можно улучшить вкус вина. Я-то не спец в таких делах, и мог пропустить бокальчик-другой пива, а тут такое вино.

Я вскрыл пробку недавно купленным штопором и медленно-медленно перелил вино в стеклянный кувшин с большим горлышком, чтобы оно насытилось воздухом и избавилось от осадка. У меня не было особого декантера, но и кувшин подойдёт.

Здесь, конечно, не Средиземное море, чтобы вино насытилось морским воздухом, но и я не такой уж привереда и любитель вина. Сойдёт. А вот насчёт мяса я заморочусь.

Кувшин я оставил в стороне и занялся стейками. Снаружи этот кусок покрыт толстым слоем твёрдой засохшей корки, и есть её нельзя, надо убирать целиком.

Срезать пришлось много, сухой корки было не меньше трети. Но это обычное дело в таких случаях, а учитывая, что мясо само по себе дорогое, ценник за такой стейк выходит конский.

Но я не парился, не думал, а просто резал. Расслабился даже, руки сами делали, будто я уже приготовил сотни этих стейков.

Ножик наточил на камне, проверил остроту, подцепив ногтём, резал лишнее и выбрасывал. Понимал, что раз убрал корку, то мясо уже не будет храниться долго. Так что я выбрал два самых аппетитных толстых куска аж по пять сантиметров, и положил их на тарелку на бумажные полотенца.

И тут зазвонили в дверь, но звонили необычно, долгими трелями с перерывом. Наташа звонит не так, менты вообще ломятся, их манеру я давно запомнил. Пошёл посмотреть, кто это явился, выглянул в глазок и узнал нашего почтальона, Андрея Ивановича, живущего в соседнем подъезде.

Склочный мужик, ещё и голос высокий, въедливый. Он носит кучу бумаг по социалке и знает, что я сирота, и от этого не любит. Как и многие другие.

Но он что-то притащил, и лучше узнать сразу, а не откладывать на потом.

— Вам повестка, — объявил он, подозрительно смерив меня взглядом.

— Я в институте учусь, какая армия? — удивился я.

Нет, это другая повестка. Хотя, признаться, я её ждал как раз на завтра. Но Андрей Иванович решил вдруг повозмущаться.

— В институтах вам ещё дают учиться, — пробурчал почтальон, хмуря брови. — И квартиры на халяву, и учёба, и…

— И в детдоме ещё на халяву кормили, представьте себе, — отмахнулся я. — Любите вы этим попрекать, будто я у вас эту квартиру забрал. Давайте уже письмо, — я протянул руку. — У меня вино стынет. Халявное, кстати.

Он нахмурил брови ещё сильнее, но протянул письмо, я поставил подпись и спровадил его подальше.

Это не армия и не полиция. Это заказное письмо, что Лебедеву Вадиму Александровичу надлежит явиться для дачи показаний… в следственный отдел управления ФСБ по нашей области.

Ну, эти-то бы меня нашли, даже если бы я это письмо не взял. И самое интересное, что явиться надо не к майору Холодову, а какому-то капитану Гриневичу, причём рядом с должностью капитана стояли другие три буквы — УСБ.

Это управление собственной безопасности ФСБ, их, можно сказать, инквизиция, которая расследует дела против сотрудников спецслужбы. Сами фейсы их сторонятся, и если УСБшники за кого-то взялись, то просто так не отпустят. Но зачем один из них зовёт меня?

Пу-пу-пу… но ведь Холодов застрелил агента, и следователь, возможно, приезжий, копает против него, а я же свидетель. Интересно как всё вышло.

Но выясню всё завтра сам. С опытом Тумана можно понять даже невысказанные вещи.

А пока… ну, чего тянуть? Надо готовить. Следак только завтра, а есть уже хочется. Вот только его фамилия меня зацепила. Будто я её слышал или слышал что-то на неё похожее.

Ладно, скоро увидим. А пока продолжим.

Я поглядел на стейки и достал свою любимую чугунную сковороду. Подойдёт идеально.

Наташа скинула скриншот из приложения, что поехала на такси. Мясо лежало при комнатной температуре, я его обсушил бумажными полотенцами и заранее посолил крупной морской солью.

Тут тоже момент важный, надо солить минут за сорок, потому что соль вытянет влагу, но затем она впитается обратно. Или сразу перед жаркой, чтобы влага не вытянулась. Если посолить минут за 10, то мясо может свариться, а не пожариться, и это будет совсем другое блюдо. А вот поперчить лучше позже.

Сковороду нагрел так, что капля воды при попадании на дно не шипела, а испарялась. Масло не лил, а помазал кисточкой само мясо.

Теперь стейки. Быстро положил оба. Зашипело так, что заглушило музыку, а я прижал оба куска лопаткой