помощи, — зло процедил он, готовясь уклониться от следующего броска.

— Ты послал? Или он улетел, как только пропала связь? — уточнила я, на этот раз взяв сразу два бокала.

Пусть попробует увернуться от такого.

— Я бы послал, — на мгновение запнулся Дарий.

Он посмотрел на стаканы и протянул руки вперёд.

— Не заставляй связывать тебя магией, — угрожающе зашипел он, ступив ещё ближе.

— Флороморф ты трухлявый, а не принц! — выплюнула я оскорбление и кинула в принца сразу оба бокала.

От одного он уклонился, а второй отбил рукой. Стекло разбилось о стену, осколки хрустнули под его сапогами.

Жаль.

В следующий раз буду целиться в голову и грудь — пусть уклонится от такого.

— Прекрати! — закричал Дарий, проследив за моим взглядом, словно читая мысли.

Явно вычислив, что следующий предмет полетит ему в голову, непутёвый родственник резко подлетел ко мне, обхватил плечи и заглянул прямо в глаза.

— Я облажался, Амелия! — зло зашипел он, сжав пальцы так, что стало больно. — Я знал, что Дерек спасёт тебя, даже ценой собственной жизни. А вот других спасать было некому!

Он встряхнул меня, заставив дыхание сбиться.

— Я не знал, сколько волков и зачем они пришли. За тобой? Посеять хаос? Перебить детей советников, чтобы устроить восстание? — перечислял он, усиливая хватку для убедительности.

Глаза брата сияли магией, которая на мне не работала, но он об этом забыл. Маска принца спала. Сейчас он был просто напуганным мужчиной, которого прижали последствия.

Вот только, он снова смотрел совсем не туда.

— Ты хоть можешь представить, что могло быть? — голос кронпринца дрожал, но он продолжал, впиваясь взглядом в мои глаза. — Ты в лапах оборотней — самое меньшее из того, что нам грозило. Мы бы всё равно нашли тебя раньше, чем они пересекли границу. На тебе метка Дерека, они бы не смогли тебя спрятать! Он бы пришёл за тобой, неважно, пришлось бы спустить шкуру с одного альфы или со всех. Мы бы за тобой пришли!

Голос Дария звенел напряжением, а во взгляде то и дело мелькала паника.

Да уж, расхлёбывать последствия собственной самоуверенности принцу не понравилось. А попытки взывать к моей совести выглядели почти убедительно. Выглядели бы, если бы не тот ужас, который я с трудом пережила.

Но я хорошо помнила всё, что пришлось вынести из-за высокомерия брата. Стиснула зубы и зло прищурилась.

— Это для тебя я — меньшее из зол, Дарий. Для королевства — меньшее. А себе я очень даже нужна! — я сжала его запястья, впиваясь ногтями в кожу. — И голый оборотень, который около часа светил передо мной своими волосатыми прелестями, расписывая, как поставит мне метку, совсем не казался мне меньшим злом! — зашипела прямо в лицо брату и попыталась огреть его магией.

Несмотря на искры, что плясали на ладонях, принц даже не сдвинулся с места.

Он долго смотрел мне в глаза, будто осмысливая сказанное, а потом выдохнул и сжал меня так крепко, что стало сложно дышать.

— Я идиот, — медленно проговорил он, склонив голову ближе. Его дыхание обожгло мне висок. — Но он ещё больший идиот… Как он допустил, чтобы ты так долго оставалась нетронутой?

Дарий шептал это, поглаживая меня по волосам, как в детстве, когда я плакала из-за разбитых колен.

— Причём тут Дерек? — удивилась я.

Попыталась отстраниться, но кто бы меня отпустил?

— Это ты устроил прогулку с флороморфами, чтобы вернуть меня во дворец! — напомнила я, гневно глядя на брата.

Хватка Дария стала железной, его пальцы сжались на моей спине, дыхание сбилось, и он прижал меня ещё крепче, словно боялся, что я исчезну прямо у него в руках.

— Я бы ни за что не стал рисковать, увёл бы тебя силой, если бы знал… — голос брата дрогнул, и он опять вздохнул.

Кажется, обсуждать этот, почему-то популярный, вопрос моей невинности ему было неловко. Он отвёл взгляд, пальцы чуть дрогнули на моих волосах.

— Когда узнал о том, что на тебе метка, я решил, что… — Дарий запнулся, словно не решаясь продолжить.

Я закатила глаза, почувствовав, как сквозь злость пробивается усталость.

— Ты решил, что её поставили в процессе, Дарий. Да, я уже поняла. И давай не будем это обсуждать, — я перебила брата, раздражённо выдохнув.

— Прости, сестрёнка. Я облажался даже крупнее, чем думал. Отец убьёт меня, если узнает, что я так тобой рисковал… — выдохнул принц и устало провёл рукой по моим волосам.

— Это с одной стороны. А с другой — как король он тебя похвалит: ты раскрыл предателя, который годами шпионил для оборотней, — раздался строгий голос дракона, и мы с Дарием одновременно обернулись.

Дерек уже стоял в гостиной, облокотившись на дверной проём, и наблюдал за нашей семейной сценой, скрестив руки на груди.

— Ты дурак. Ты должен был сказать мне! — рявкнул Дарий, отступая и резко вскидывая руки, словно собирался отпинать друга по-старому, без магии.

Но дракон лишь шире улыбнулся.

— И что бы это изменило? Ничего. Стало бы ещё хуже, учитывая то, где сидел предатель, — его улыбка померкла, а взгляд обратился ко мне.

— Ты нашёл Диону… — догадалась я, заметив, как темнеют его глаза.

— Не я. Мои люди. Ты просто подсказала, что искать и где, — подтвердил он ровно. Потом перевёл взгляд на принца, и голос стал жестче: — Она спряталась в Ковене. Там бы мы искать не стали.

— У Ванессы? — Дарий нахмурился, удивлённо вскинув брови.

— У её сестры — Аманды. Они раньше дружили с дочкой лорда. Вот молодая ведьма и решила помочь подруге детства, — голос Дерека был сухим, но под поверхностью чувствовалось раздражение. — Бретон ждала, что за ней придёт оборотень. Он так и не пришёл.

Напоминание о Верховной снова кольнуло, и на этот раз я не стала молчать.

— Ты так хорошо знаком не только с Верховной, но и с её семьёй? — не удержалась я от шпильки.

Дарий с Дереком переглянулись, подтверждая мои подозрения. Какие бы отношения ни связывали дракона и ведьму, мой брат был в курсе. И, вероятно, даже прикрывал дракона от слухов.

Но Дерек решил играть до конца.

— Я служил на севере, малыш. Сложно не заметить внучку Верховной в доме лорда, — уверенно соврал он.

Ревность кольнула под лопаткой, но я слишком устала, чтобы устраивать ещё один скандал.

— Допросите Диону. Она знает куда больше меня, — сдавленно сказала я и направилась к креслу.

Говорить больше не хотелось. Глаза закрывались сами собой. Опустив голову на руку, я начала клевать носом, засыпая прямо сидя.

Но где уж там.

Братец перестал изображать сурового принца. Подошёл, присел