— Отныне я — Резонансный маг…

Я стиснул зубы и продолжил осыпать монстра Дисбалансом. Рядовые упыри избрали меня приоритетной целью, следуя команде Раньеги. Темный колдун сразу понял, от кого исходит главная угроза. К счастью, я сражался не один. Союзники прикрывали меня, уничтожая лезущую нечисть.

Мы постепенно отступали по улице вглубь города. Гора Плоти продвигалась, уничтожая все строения на своем пути. В основном сделанные из камня, но твари было наплевать на их крепость.

— Мрадиш! Уничтожь проклятого монстра! — взревел конунг, разрубая топором очередного несущегося упыря. — Действуй, маг!

— Не все так просто… — хмуро откликнулся я.

Мне удалось серьезно ранить химерообразную темную амебу, но до уничтожения было далеко. А мана быстро подходила к концу. Дисбаланс — прожорливое заклинание, особенно когда бьешь им по площади.

И это при том, что я почти сразу понял, что в Нирдхолде особый магический фон. Осколки входили в Резонанс намного легче и быстрее. Высокая мощность печати не требовалась. Тем не менее даже средней насыщенности Дисбаланс пожирал ману как не в себя. И употребленный осколок не спас ситуацию. Энергия восстанавливалась слишком медленно.

— Что тебе нужно, чародей? Осколки⁈ — вопросил Бьярнум, видя, что мои атаки происходят все реже.

— Хоран, да придумай уже что-нибудь, во славу огня! — воскликнула Ниуру.

— Да что я могу придумать, во славу огня! — ответил я напряженно и меня внезапно осенило. — Во славу огня? Во славу огня! Босс, тащи мне все осколки, но только тех существ, кто повелевал огнем!

Бьярнум вышел из активной битвы, оставив упырей стражникам, и начал копаться в своем пространственном хранилище. Вообще редко можно увидеть, чтобы правитель города или государства сражался на передовой наравне со всеми. Это выглядело донельзя храбро и круто, но глупо и недальновидно. Если руководитель падет в критический момент, воцарится хаос. Но жителям Вольного Города было наплевать на подобные нюансы. Они бросались на нечисть аки степные буйволы на хищников.

— Используй камни, чтобы защитить город! — передал мне несколько осколков правитель.

По грубым прикидкам я получил в свое распоряжение парочку осколков желтого ранга и россыпь оранжевых. Недолго думая, я запустил первый камень в сторону Горы Плоти. Тварь почуяла осколок и, как и предполагалось, пожрала переливающийся камешек одной из своих многочисленных зубастых пастей, коими терзала плоть и активно поедала трупы.

— Ты что делаешь, маг⁈ — впал в ступор Бьярнум.

— Увидишь. Не мешай!

Один за другим я разбросал осколки перед Горой Плоти, после чего сразу же принялся активировать печати Дисбаланса. Времени оставалось мало, ведь осколки быстро вступали в реакцию с телом и аурой живого существа и перерабатывались.

Первая волна Резонирующего заклинания врезалась в костяной щит примерно в том месте, где исчез желтый огненный осколок. Молниево-звуковые искры и вибрации охватили участок бескрайней туши. Прогремел монументальный разрыв. Гейзер мощного желтого пламени выстрелил наверх, разорвав черную плоть и вырвав костяную броню с мясом.

Пламя бросилось во все стороны, пожирая монстра изнутри. Несколько темных осколков также срезонировали и разорвались. Тьма потекла рекой, смешиваясь с магическим огнем от осколка. А ведь эта субстанция неплохо горела сама по себе.

Полыхнуло знатно. Огонь распространился по телу, ушел вглубь туши и даже задел еще несколько черных осколков Горы Плоти. Лишь затем застопорился.

На монстре образовалась рана огромных размеров.

— Во славу огня! — восхитилась Ниуру.

— Воистину, — отметил я и продолжил закидывать тварь Дисбалансом.

Метил я в те места, где пасти проглатывали брошенные мной осколки. Печать отработала все вложенное в нее время и старания. Камни Резонировали один за другим. Как темные осколки, так и сожранные огненные. Раны множились, Гора Плоти слабела.

Пока, наконец, огненные сполохи и детонация не разорвали монстра на три неравные части, уничтожив немалую часть плоти. Твари резко поплохело. На нее принялись лить масло и добивать огненными заклятьями. Монстр распался, уменьшился в размерах. Сражаться с ним стало в разы проще. Даже Воители получили возможность нанести ему повреждения зачарованным оружием.

Я поглотил один из подаренных Бьярнумом осколков и продолжил закидывать нечисть Дисбалансом. Критическая фаза миновала. Гору Плоти изрубили на куски и пожгли. На улицах городах остались ползать жалкие темные ошметки. Казалось, весь Нирдхолд провонял нечистыми миазмами.

— Раньеги! — взревел конунг. — Ты поплатишься за свои прегрешения, темный фанатик! Нирдхолдцы, в атаку!

— Да-а! — взревели соратники вождя.

Вокруг Бьярнума собрался большой отряд бойцов. Группа выступила через пролом из города и понеслась прямо на темного колдуна, окруженного упырями-телохранителями. Мне помогли забраться на крепостную стену, с которой открывался прекрасный вид на зарубу. Местные жители справлялись и сами. Теряли бойцов и получали ранения, но их это не волновало. Просить помощи у нас они не стали. Разобраться с предателем Раньеги стало для них делом чести.

— Прощай, старый друг! Тьма больше не будет довлеть над тобой!

Израненный и дымящийся от темных выстрелов конунг самолично прорвался к темному магу и отсек тому голову. Раньеги пал от рук нирдхолдцев. Упыри продолжили атаковать людей, поскольку это было заложено в их природе. Отдельных приказов им не требовалось. Разве что стали это делать более хаотично, не единым строем.

В любом случае основную массу нечисти перебили. Остатки можно оставить на местных, благо они умели сражаться с порождениями Гиблой Ночи. Да и в целом воевали отлично. Более воинствующее племя еще попробуй отыскать на Шимтране и Алгадо. Разве что Степные эльфы приходили на ум.

— И никаких трофеев… — грустно осмотрел я развалины в месте вторжения нечисти.

Даже темные осколки канули в лету. Не только те, которых я Резонировал насильно, но и с погибших тварей. Резонанс в городе имел высокую мощность, поэтому после гибели живых существ практически все осколки выходили из строя. Околонулевая добыча.

— Мы помогли людям, а это главное, — отметила Лейна.

— Оказали услугу городу. Связи порой важнее ценностей материальных, — добавила Кшанти.

— Еще посмотрим, что скажет конунг. Это же мы привели нечисть к Нирдхолду… — пробормотал я со скепсисом в голосе.

Бьярнум вернулся в город. Бойцы добивали остатки сопротивляющейся нечисти. Конунг проверил, как обстоят дела на разных участках фронта и не требуется ли кому-либо помощь. Лишь затем двинулся ко мне.

Здоровяк спешился со своего потрепанного в бою гурда. Выглядел Бьярнум неважно. Волосы частично опалены, на коже ожоги и свежие раны. Доспехи изрядно повреждены ударами и темными едкими сгустками. Слегка прихрамывал на одну ногу, весь