Он только успел привести в порядок бумаги на столе, когда появились двое.

— Привет! Эрик! — сказал парень с микрофоном. Карл приветствовал его локтем, пока оператор устраивался поудобнее.

— Мы немного торопимся, — сказал репортер, суя микрофон Карлу в лицо.

Карл сосредоточился на красной лампочке записи и увидел логотип над ней: Lorry.

— Роза, зайди-ка на минутку, — крикнул он, поворачиваясь спиной к камере.

— Мне не мерещится, Роза, или ты пригласила Lorry? Местную копенгагенскую телестанцию?

Она в замешательстве посмотрела на двух парней.

— Насколько мне известно, нет.

Карл повернулся к ним и попытался изобразить извиняющийся вид, хотя знал, что это не сработает.

— Спасибо, что пришли, и спасибо, что так быстро уходите. То, что мы хотим сказать, имеет общенациональное значение.

— Но наши репортажи иногда показывают и другие региональные... — попытался репортер, но оператор уже все понял.

Пять минут спустя они уже спешили обратно через парковку с наводкой, что отдел Q сделает официальное заявление два часа спустя на площади перед старым полицейским управлением.

— Ты уверен, что это правильное решение, Карл? — спросила Роза.

— Уверен, как в том, что ночь сменяет день.

— Что ты собираешься сказать?

— Ну, наша дилемма в том, что мы не можем сказать, что ищем человека, подходящего под описание «подонок». Но кроме этого, я скажу всё как есть. Что у нас есть подозрение, что очень деятельный и, вероятно, успешный человек, который некоторое время не выходил на связь со своей семьей, находится в непосредственной опасности. Так что если кто-то думает, что это может касаться их семьи, они должны связаться с тобой напрямую, Роза.

Она выглядела недовольной.

40 СИСЛЕ

Пятница, 18 декабря 2020 года, поздний вечер

Она получила звонок, когда уже в темноте ехала домой. Последние несколько дней были суматошными, но годы закалили Сисле. И что бы она ни встретила на своем пути, она твердо стояла на ногах. Дебора, когда звонила, звучала расстроенно, но она была не Сисле. Многие годы Дебора была преданной и верной служительницей. Но она имела привычку терять самообладание. Без твердой руки Сисле, контролирующей ее и жизнь ее мужа, они, несомненно, погибли бы много лет назад. Как и большинство людей, переживших подобные несчастья.

Сисле была в сотню раз сильнее и никогда не сомневалась в себе или своей миссии. Судьба направляла ее путь. И пока ее инстинкты и решимость помогали ей на этом пути, зачем ей было колебаться?

Теперь она снова стояла перед дверью дома Деборы, где за эти годы потушила столько пожаров.

Дебора открыла дверь, бледная.

— Ты должна увидеть то, что мы только что видели, — сказала она. — Это нехорошо, Сисле. Совсем нехорошо.

Адам стоял в гостиной с пультом в руке. Казалось, он был в шоке, и Сисле уже чувствовала, что он нервничает из-за того, что должен ей сказать, — поэтому он с трудом мог перейти к сути.

— Ты должна посмотреть пресс-конференцию, которую мы только что смотрели. Сейчас TV2 News почти только об этом и говорит. Нам нужно обсудить, что нам делать.

Он нажал на пульт. Целых пять минут они смотрели новости на экране, и Сисле чувствовала, что Дебора и Адам постоянно оценивают ее реакцию. Но Сисле сохраняла спокойствие.

Карл Мёрк, начальник отдела Q, стоял перед старым полицейским управлением в окружении моря микрофонов и камер. Было так холодно, что его дыхание было видно, а плечи припорошены снегом. Выражение его лица было мрачнее, чем в тот день, когда он приходил к ней на работу. И каждый раз, когда кто-то из репортеров пытался его перебить, он отворачивался. По лицам репортеров было видно, что его методы явно выходили за профессиональные рамки. Если это была попытка привлечь всю страну к его расследованию, она определенно сработала.

После заявления полиции ведущий TV2 News появился с серьезным выражением лица, которое, несомненно, означало, что эта история не сойдет с экранов в ближайшее время. Пройдет немного времени, и пригласят множество экспертов, чтобы они высказали свое мнение о расширенных ресурсах, которые, безусловно, будут задействованы в расследовании.

Сисле и другим не нужно было такое внимание.

— Может быть, нам стоит убить ван Бирбека немедленно. Что изменится от нескольких дней? — спросил Адам.

Наконец-то он высказал то, что думал.

Сисле незаметно посмотрела на него. «Слабак. Следи за словами», — подумала она.

— Может быть, Адам прав, Сисле, — сказала Дебора, приближаясь к ней на диване. — Не то чтобы мы не обсуждали это раньше. Если они подойдут слишком близко, мы оборвем все связи и...

Сисле перестала слушать. За последние несколько дней всё происходило слишком быстро, но это было чистое совпадение. Табита и Рагнхильд вышли из-под контроля независимо друг от друга. Они не могли этого предвидеть. Теперь Табита мертва, что решило проблему того, что с ней делать. Но это также сделало необходимость остановить Рагнхильд еще более срочной. Они поступили правильно, убив ее. Но кто мог знать, что ее тело найдут так быстро? Адам поклялся, что достаточно хорошо закопал ее, но он, очевидно, ошибался. А потом была эта идиотка Паулина, которая немедленно начала ей угрожать. Не следовало ей этого делать. Никто не угрожает ей. И хотя у этой женщины никогда не было ничего конкретного, что связывало бы ее со смертью Палле Расмуссена, ее намеки все же могли заставить этого бульдога из отдела Q вернуться с новыми вопросами.

Сисле глубоко вздохнула.

— Ты абсолютно уверен, что тебе удалось убрать из квартиры Паулины Расмуссен всё, что могло бы нам навредить, Адам?

— Ты сама видела, как тщательно я всё сделал. Бумага из ее сумочки и обувная коробка с письмами из ее спальни — вот здесь. — Он указал на то, что лежало на столе. — Это всё, что я смог найти. К тому же мы были в перчатках, и никто нас не видел, Сисле.

— Надеюсь, ты не начнешь совершать ошибки сейчас. — Сисле смотрела на них, пока они не опустили глаза. — Послушайте. Этот Карл Мёрк ничего на нас не имеет. Вы слышали его заявление. Его отдел, очевидно, знает, что кто-то умрет во второй день Рождества, но это всё. Они не знают, кто это, и понятия не имеют, где его держат. У меня нет намерения менять свои планы или принципы