— Они мешают мне думать, — вполголоса повторил маршал. — Но ошибка есть.

Андроид придвинул стул и уселся рядом. Слева монитор, справа широкий прямоугольник окна. На подоконнике стояла снайперская винтовка. Вместо свинцовых пуль она была заряжена ампулами снотворного с инжектором. Батти поймал себя на мысли, что лучше бы это были настоящие пули. Снег сыпался все гуще, размывая жиденький фонарный свет. Плохая видимость беспокоила андроида, несмотря на инфракрасный прицел винтовки. Ему очень не хотелось промазать.

— Я не вижу ошибки, сэр, — спокойно проговорил он. — Конечно, мисс Корриган подвергается риску, но мы знали об этом изначально. Вы утверждаете, что Мартин наблюдает за нами…

Может, тому виной был недавний разговор с девушкой, но андроид почувствовал, что ему неприятно называть Си-двадцать пять именем погибшего друга.

— И, несомненно, он предпочтет выбрать жертву, как-то связанную со мной. В этом есть логика. Мы тщательно наблюдаем за квартирой и домом. Он не сможет подобраться к Дженис незамеченным. Если у вас болит голова, вам следует принять обезболивающее — любое недомогание сейчас увеличивает риск.

Маршал Мэттьюс жутковато ухмыльнулся. Его и без того тощее лицо стало похоже на череп.

— Логика есть в том, что стотысячная орда монстров наваливается на город, и спасение зависит от одной маленькой девочки. Логика есть в том, что огромные белые медведи уничтожают поселок на Дальнем Севере, и людям помогают трое убийц, ни одного из которых нельзя назвать человеком. Логика есть в том, что всякое событие ложится на одну из нитей сети. Во всем есть логика, андро. Даже в Фермопилах.

Андроидам незнакомо такое чувство, как страх, — генетики достаточно постарались, чтобы добиться этого, — однако сейчас, глядя в блестящие, расширенные глаза маршала, сержант Батти ощутил непривычную внутреннюю дрожь.

— Вы плохо себя чувствуете, сэр?

Мэттьюс отвернулся, и сержанту осталось только пялиться в его русый с проседью затылок.

* * *

Через три дня сержант Батти начал сомневаться в прогнозах маршала. Они сидели в съемной квартире, как приклеенные, наблюдая за жилищем мисс Корриган. Маршал утверждал, что беглец конечно же засечет ловушку, но это лишь усилит его желание поднять ставки в Игре. Мэттьюс вообще часто упоминал эту Игру, хотя никак не мог — или не желал — растолковать андроиду ее правила. Единственный вариант игры, знакомый сержанту, а именно военные учения, никак не походил ни на их терпеливое ожидание, ни на беспорядочные убийства, совершаемые Си-двадцать пять.

Иногда Батти выходил из дома и, по колени погружаясь в снег, направлялся в ближайший продуктовый магазин. Там он закупал еду по списку, продиктованному Дженис, складывал ее в бумажный пакет и относил девушке. Та поила его кофе, а однажды даже накормила незнакомым блюдом из мяса со сладким перцем, но больше ни о чем не расспрашивала. Только однажды вдруг охнула и прижала руку к животу. Батти, мгновенно напружинившись, спросил:

— Вызвать «скорую»? Вам плохо, мисс?

Девушка, покачав головой, широко и мечтательно улыбнулась.

— Нет. Она пошевелилась. Хотите потрогать?

Дженис взяла его ладонь двумя руками и приложила к своему большому животу. Там и правда как будто вздулся маленький бугорок, вздулся и тут же пропал.

— Вам больно? — серьезно спросил андроид, глядя на хозяйку дома снизу вверх.

— Нет. Это очень приятно.

Тут она вдруг перестала улыбаться и виновато захлопала ресницами.

— Извините, Рой. Я, наверное, не должна говорить вам такое.

— Почему?

— Потому что вы… Потому что…

— Потому что у меня не было матери, и я появился на свет взрослым, из инкубаторного чана? Это неважно. Вы можете говорить мне все.

Отчего-то щеки Дженис порозовели, хотя в комнате было совсем не жарко.

* * *

Он появился на третий день. Все три дня снег валил стеной, но к концу третьего к нему прибавился ветер с озера. Завеса, медленно и степенно опускающаяся на город, превратилась в шквал, пожиравший машины, деревья и дома, словно куски праздничного пирога. Маршал с утра потирал висок, а андроида переполняло смутное чувство тревоги. Батти был опытным солдатом и привык доверять своим инстинктам. К пяти вечера, когда небо окончательно слилось с землей в белом неистовстве шторма, он развернулся к дежурившему у монитора Мэттьюсу и сказал:

— Я пойду к ней.

Мэттьюс криво усмехнулся:

— Хочешь посидеть под елочкой, попеть рождественские песни и угоститься сладкими пирожками? Или сразу угостишься хозяйкой? Вы, андро, все повернуты на беременных телках?

Сержанта Батти оскорбляли довольно часто, поэтому он просто пожал плечами и, накинув куртку, шагнул к двери.

— Стой! — повелительно прозвучало из-за спины.

Батти оглянулся. Мэттьюс был уже у окна. Отодвинув занавеску, он глядел вниз. Сержант мгновенно очутился рядом.

Из белой круговерти вынырнул тяжелый черный джип и, разбрасывая колесами снег, подрулил к дому Дженис. Машина остановилась как раз напротив ступенек, ведущих к входной двери. Маршал успел приоткрыть створку и сейчас припал к прицелу винтовки. Андроид сдернул с подоконника инфракрасный бинокль.

Водительское сиденье отсюда разглядеть было почти невозможно, но когда Батти переключился на обычный режим, ему показалось, что в окне машины мелькнул рукав красной лыжной куртки.

Сержант резко развернулся к монитору. Дженис сидела в кресле у камина и читала старую бумажную книгу. Облегченно выдохнув, андроид начал снова разворачиваться к окну, и тут маршал у его плеча приглушенно выругался.

Не веря своим глазам, андроид смотрел, как дверь дома открывается, и на порог выходит Дженис в своем бордовом пальтишке. Новых перчаток девушка так и не купила, поэтому комм держала в голой руке.

Батти снова оглянулся на монитор. Та же картина — камин, кресло, мирно читающая девушка.

— Он хакнул наш видеолинк, — зло прошипел маршал. — Заменил трансляцию записью. И, похоже, не только. Какого хрена ты не сказал мне, что парень сечет в технике?

Дверца джипа распахнулась, и снова на мгновение показался рукав красной лыжной куртки, такой же, как у Батти. Девушка, прикрывая лицо от снега, сделала пару шагов к машине.

— Он хочет выдать себя за меня? — выдохнул сержант.

— Он уже это сделал, — откликнулся маршал. — Позвонил ей с твоего номера. Нацепил такую же куртку. Выманил наружу, не подставляясь нам. Сучий выродок.

Говоря это, Мэттьюс поспешно набирал полицейский участок. Когда на экране комма появилось заспанное лицо О'Брайана, маршал прокричал:

— Большой черный внедорожник «Тойота Ленд Крузер», номера 710-WRT. Наш псих взял заложницу.

О’Брайан на экране выпучил глаза и отвесил челюсть,