Она погасила свет в кабинете, взяла сумку. Перед выходом окинула взглядом свое царство – клинику, где доктор Ланделл помогала всем, кому могла, скрывая дракона внутри. За дверью ее ждал вечер в человеческом мире, с шумом, смехом и подругой, не подозревающей о ее тайне. И это было хорошо. Это был баланс. Хрупкий, требующий вечного бдения, но ее баланс.

Вайрис выключила свет в холле, заперла дверь клиники и направилась к автобусной остановке. Лесной воздух был свеж и прохладен. Она не боялась сквозняков. Впереди был вечер у Крис, и впервые за сегодня она позволила себе легкое, почти беззаботное предвкушение. "Чешуя", подумала она с легкой иронией, "сегодня точно не застынет." Она улыбнулась настоящей, свободной улыбкой, глядя на первые зажигающиеся в городе огни.

Глава 3. Вечер огня и тени: вечеринка у Крис

Шум. Первое, что обрушилось на Вайрис, когда дверь квартиры Крис распахнулась, был именно он. Грохочущая, пульсирующая басовая линия, проникающая сквозь стены и пол, смешивалась с гамом десятков голосов, взрывами смеха, звоном бокалов. Воздух был густым и теплым, пропитанным ароматами парфюма, пота, алкоголя и чего-то жареного. После стерильной тишины и сосредоточенного спокойствия клиники, после напряженного дня контроля и скрытой силы, эта сенсорная атака была почти физическим ударом. И именно этого ей и было нужно – "встряски".

— ВАЙРИС! Наконец-то! — Крис, сияющая в коротком золотом платье, с блестками на щеках, прорвалась сквозь толпу у двери и вцепилась в нее в объятия. От нее пахло шампанским и дорогими духами. — Ты опоздала на целых… на десять минут! Ужас! Но прощаю! Идем, покажу тебе бар!

Квартира Крис, обычно просторная и светлая, сегодня напоминала бурлящий муравейник. Люди заполнили все пространство: танцевали в гостиной под мерцающими диско-шаром и лазерными лучами, теснились у огромного стола с закусками (где явно доминировали пицца, чипсы и что-то ярко-красное в тарталетках), толпились на балконе с сигаретами и коктейлями, сидели и громко разговаривали на подоконниках и даже на полу. Свет был приглушенным, основное освещение – разноцветные неоновые трубки по периметру потолка и мерцающие гирлянды. Воздух вибрировал от басов, заставляя стекла дребезжать.

Вайрис почувствовала, как под кожей что-то встрепенулось – древний инстинкт дракона, оказавшегося в тесной пещере с потенциальной угрозой. "Контроль", – мысленно приказала она себе, делая глубокий вдох. Лесные травы, хвоя, озон клиники – все это было погребено под натиском человеческих запахов. Ее драконье обоняние, приглушенное, но не отключенное, атаковали десятки чужих ароматов: горьковатый алкоголь, сладкие духи, пряный дезодорант, соленый пот, запах жареной курицы, дым от благовоний в углу. Это было ошеломляюще. Но вместе с тем… освобождающе. Здесь не нужно было быть доктором Ланделл, владелицей клиники. Здесь можно было попытаться раствориться, стать просто Вайрис.

— Вот бар! — Крис гордо указала на импровизированную стойку на кухне, где два парня в черных фартуках лихо жонглировали шейкерами. — У нас есть всё! Что хочешь? Мохито? Маргариту? Или что-то покрепче? Я закажу тебе свой фирменный «Огненный Закат»! Осторожно, бьет по ногам! — Она заливисто рассмеялась.

Вайрис улыбнулась. «Огненный Закат». Ирония.

— Мохито будет в самый раз, спасибо.

Пока бармен колдовал над бокалом со льдом, мятой и лаймом, Вайрис оглядывалась. Она узнавала несколько лиц – коллеги Крис по рекламному агентству, пара соседей. Были и незнакомцы. Ее взгляд, острый и аналитический, машинально сканировал толпу: вот девушка, слишком бледная для такого жара, возможно, анемия; вот парень прихрамывает – старая травма колена; а вот тот мужчина в углу… от него исходил едва уловимый, но знакомый вибрационный фон. "Маг. Невысокого уровня, но маг." Он ловил ее взгляд и чуть заметно кивнул – знак узнавания «своего» в толпе обычных. Вайрис ответила легким движением головы. Правила маскировки соблюдались неукоснительно.

Коктейль был освежающим, сладковато-терпким, с приятным холодком. Вайрис сделала глоток, чувствуя, как мятная прохлада расходится по телу, слегка приглушая внутренний огонь. Музыка сменилась на что-то более ритмичное, зажигательное. Толпа в гостиной зашевелилась активнее.

— Идем танцевать! — Крис схватила ее за руку, уже слегка покачиваясь в такт. — Не отлынивай!

Вайрис позволила увлечь себя в эпицентр грохота. Сначала движения были скованными, осторожными. Она чувствовала каждое нечаянное прикосновение незнакомцев, каждый толчок локтем. Ее драконья сущность требовала пространства, свободы, а не этой тесной какофонии тел. Но ритм брал свое. Басы били в грудь, синкопы заставляли тело откликаться помимо воли. Она закрыла глаза, позволив музыке унести часть напряжения. Руки поднялись над головой, бедра начали двигаться в такт, сначала робко, потом все свободнее. Она забыла о клинике, о вчерашнем провале в автобусе, о вечном контроле. Здесь, в этом шуме, под мигающими огнями, в толпе незнакомых и полузнакомых людей, она была просто женщиной, которая танцует. Жар от движения, от тел вокруг, от музыки разгонял кровь, согревал изнутри. "Никакой стынущей чешуи", – промелькнула мысль с легкой усмешкой. Она смеялась вместе с Крис над чьей-то неуклюжей попыткой станцевать тверк, ловила летящие конфетти. Это был чистый, почти детский катарсис. Встряска удалась.

Прошел час, может, два. Время в гуще вечеринки текло иначе. Вайрис уже выпила второй мохито (Крис настояла), пропотела, распустив волосы, и чувствовала приятную усталость в ногах от танцев. Она стояла у края танцпола, опираясь о дверной косяк, ловя ртом более-менее свежий воздух из коридора. Улыбка все еще не сходила с ее лица. Она наблюдала за Крис, которая с визгом пыталась научить кого-то замысловатому движению. Вот оно, простое человеческое счастье, шумное и неидеальное.

И вдруг.

Как ледяная игла в самое сердце тепла. Острое, пронзительное ощущение боли. Не физической, не своей. Чужой. Но такой ясной, такой отчаянной, что Вайрис вздрогнула всем телом, едва не уронив бокал. Ее драконье чутье, притупленное шумом, алкоголем и расслабленностью, взвилось на дыбы, как сторожевой пес, учуявший кровь. Это был сигнал бедствия. Тонкий, высокий, как сдавленный визг, но наполненный страхом и физическим страданием. Он шел… откуда-то из глубин квартиры.

Все удовольствие от вечера испарилось мгновенно. Врач в ней, глубокий инстинкт защитника и целителя, вышел на первый план, отодвинув и дракона, и веселящуюся женщину. Ее золотисто-карие глаза (линзы надежно скрывали истинный цвет и форму зрачков) сузились, сканируя пространство. Шум вечеринки превратился в гулкий фон, на котором она ловила отголоски этой боли. Источник был близко. Очень близко. И он был… "магическим". Ощущение было отчетливым – трепет искаженной энергии, сладковатый привкус страха на задней стенке горла, едва уловимый запах озона и… чего-то цветочного,