— Я не первый, — его взгляд метнулся в сторону Ретта, прежде чем вернуться ко мне. — Верно, Лия?

Я проигнорировала его слова и с удивлением увидела, что столик Ретта почти пуст, остались только Ретт и Кайя, остальные ушли.

— Давай уйдем отсюда.

Хайс положил на стол деньги и одной рукой взял моё пальто и перчатки, а другой схватил меня за запястье, почти вытаскивая меня из ресторана.

Та часть меня, которая не хотела продолжать видеть Кайю и Ретта, была настолько сильной, что я не сопротивлялась и просто последовала за ним.

После нескольких минут тихой ходьбы по заснеженной тропинке, Хайс свернул с неё на тропинку между кустами, и во мне сработала тревога — куда она меня ведёт? Однако я не остановилась, если Хайс каким-то образом был причастен к тому, что случилось с Натальей, я была не прочь подвергнуть себя опасности, чтобы это выяснить.

Между высокими деревьями и парой огромных валунов мы вышли на расчищенную площадку, и я увидела перед собой небольшое замёрзшее озеро. Весь вид навевал меланхолию и грусть, белизна земли, сухие ветви деревьев, ледяной покров, покрывавший озеро. Солнца не было видно, было пасмурно.

Хайс сел на огромный валун, лицом к озеру. Его видимое дыхание вырывалось изо рта от холода, мы были ненормальными, что находились здесь при такой температуре. Я взобралась на валун и села рядом с ним, потирая руки, прежде чем надеть перчатки. Хайс не отрывал взгляда от озера.

— Зачем ты привёл меня сюда? — спросила я.

— Почему ты плакала? — он повернул лицо, чтобы посмотреть на меня. Цвет его глаз казался таким ясным при дневном свете: эта смесь синего и серого. И на мгновение я почувствовала, что Хайс принадлежит этому месту и его цветам.

— Я не плакала.

— Это из-за Натальи? — он сделал паузу на секунду. — Или из-за Ретта?

Может быть, и то, и другое?

Я ничего не сказала и смотрела прямо перед собой.

— Мы одни, Лия, тебе не нужно притворяться, что всё в порядке, — сказал он мне, однако что-то было не так, его голос не был игривым или насмешливым, он был... грустным?

— Я не притворяюсь.

Он вздохнул.

— Тебе не нужно прятаться в уборной, чтобы поплакать, — я снова посмотрела на него, его глаза смотрели на озеро. — По крайней мере, не сегодня, сегодня ты можешь сделать это здесь.

— Даже самый глупый знает, что не должен показывать тебе свои слабости, с чего ты взял, что я буду плакать перед тобой?

Хайс на секунду опустил взгляд, прежде чем его глаза встретились с моими.

— Я уже знаю все твои слабости, Лия, — сказал он мне, грустно улыбаюсь одним уголком губ. — Именно твои слабости, а не твои сильные стороны так сильно привлекают меня в тебе.

Глава 27

ИСТИННЫЕ КРАСКИ

ХАЙС

Молчание.

Лия ничего не сказала, её глаза смотрели на озеро, и хотя она вела себя так, как будто мои слова её не трогали, она беспокойно играла руками на коленях. Я продолжал смотреть на неё, потому что знал, что в какой-то момент ей придётся заговорить, и я хотел увидеть выражение её лица, когда она это сделает.

Зимний холод залил её щеки румянцем, её дыхание было видимым, когда слетало с её губ. На ней была чёрная шерстяная шапочка, коса её длинных волос спадала на одну сторону шеи. Она выдохнула, прежде чем заговорить.

— Нам не следует здесь находиться.

— Ты просто собираешься игнорировать то, что я только что сказал?

— Да.

Это заставило меня улыбнуться.

Её способность справляться с вещами, которые доставляли ей дискомфорт, была минимальной, она предпочитала вести себя так, как будто ничего не произошло, подавлять это. Вот почему мне так нравилось доставлять ей дискомфорт, заставлять её сталкиваться с тем, чего она не хотела.

Каждый раз, когда я видел её, я вспоминал, что уже раскрыл один из её великих секретов. Воспоминание о том, как я получил эту информацию, пришло мне в голову.

Мы были в гостиной дома Лии. Мы только что вернулись из школы после того, как стали свидетелями самоубийства Джесси. Наталья спала, положив голову мне на колени. Лия лежала на другом диване, беспокойная и нервная.

— Перестань так много думать и отдохни, Лия, — посоветовал я, слегка откинувшись на спинку дивана, осторожно, стараясь не слишком тревожить Наталью, и закрыл глаза.

Я чувствовал на себе взгляд Лии, затем услышал, как она встала, и открыл глаза, чтобы увидеть, как она идёт к двери. Я достал свой телефон и немедленно позвонил Фрею.

— Мне нужно, чтобы ты увёл Лию подальше от её дома, она сейчас на крыльце.

Мой брат даже не задавал вопросов.

— Хорошо.

И он повесил трубку.

Я осторожно убрал голову Натальи со своих колен и встал. Я быстро поднялся по лестнице, я знал, что у меня не так много времени. Я вспомнил, в каком окне всегда видел Лию, и понял, что это её комната. Я не удивился, увидев, какой белой была вся её комната: простыни, занавески, картины.

Я не собирался проверять её тумбочку или ящики с одеждой, мне нужно было подумать о местах, где она могла бы спрятать что-то важное. Наталья не хотела мне ничего рассказывать, за исключением одного раза, когда я напоил её, и она рассказала мне некоторые подробности о Лии, но ничего конкретного.

Мне нужны были доказательства. В случае, если моё слово было против её слова, Лия всегда выигрывала, в конце концов, она была любимицей города. Я проверил под её матрасом, кроватью и даже прошёлся по всей комнате в поисках каких-либо глухих звуков на случай, если там есть какое-нибудь потайное отделение. Я уже собирался сдаться, когда увидел цветочные горшки на краю окна. Я подошёл к ним и поднял их, чтобы потрясти возле уха, и что-то услышал в одном из них. Осмотрев его, я понял, что под ним есть секретное отделение.

Как умно, Лия.

Я открыл его и вытащил содержимое, подробно рассмотрев всё. На моих губах заиграла победоносная улыбка.

Бинго.

Я использовал свой мобильный телефон, чтобы сфотографировать содержимое, и вернул всё на свои места, она не могла понять, что я уже знал. Я оставил всё как было и вернулся в гостиную, осторожно положил голову Натальи к себе на колени, она немного пошевелилась и открыла глаза.

— Где ты был? — спросила она в полусне.

— В ванной, продолжай спать.

Я поцеловал её в лоб.

— Хммм.

И