третий этаж, где устроил ссору с госпожой Кром. Нанес ей несколько ударов по лицу и груди, будучи сильно пьяным и не понимая своих действий. Так мне рассказала наедине сама госпожа Кром, — спокойно рассказывает Тинтум хорошо поставленным на службе голосом.

«Да, ничего не понимая, а когда осознал, что натворил, поступил настолько ужасным образом, что сиганул в окно. И кто там теперь сможет что-то понять, если не будет найдено большого количества крови в спальне Клеи. Для подобного нужно знать про скоши и артефакты невидимости, что сама Клея магиня. Еще опросить моих охранников, которые должны подтвердить, что я внезапно выходил из дома совсем один в такое же время. И то подобное ничего не докажет, мало ли куда я мог уйти по своим делам», — размышляю я, слушая Тинтума.

Я смотрю на пораженные лица тут же начавших шептаться между собой троих молодых пока еще Капитанов, понимая, что именно они качнули Совет Капитанов в еще им самим непонятную сторону. Теперь поражаются, куда вывернула задуманная ими интрига, которая должна была только дать им козыри для запрета своим женам посещать хамам вместе с остальными горожанками и даже крестьянками.

«Раз уж сам глава Совета запретил своей любимой жене туда ходить! То и вам там нечего делать!» — правильно понимаю теперь не пригодившуюся им аргументацию.

«Но, сам Кром, уже здорово уставший от непонятного для него доминирования над ним самим прежде безропотной жены, не смог справиться со своими глубинными эмоциями. Он же чувствовал, что Клея заставляет принимать странные для него самого решения, просто вкладывая их в голову уже готовыми. Не знал ведь, что она уже стала магиней, поэтому никак не мог понять ее новое, постоянное доминирование. Когда долго закручиваемая пружина распрямилась, он на какое-то время полностью потерял рассудок, дав волю рукам, и вскоре оказалось, что изменить больше ничего нельзя. Можно только отвести беду от самой Клеи, сбросив его вниз с не так уж и большой высоты», — рассуждаю я, слушая доклад Тинтума.

«Ну, этажи все же высокие в доме Крома, метров десять точно от окна до мощеного камнями двора имеется. Любое падение может стать фатальным, если удариться головой о безжалостные камни».

Пока никто ничего не подозревает и не говорит вслух, тело найдено во внутреннем дворе после ссоры с госпожой Кром. Она тоже пострадала, но не опасно для жизни, вот что довольно сдержанно докладывает командир городской Стражи.

— Так они подрались? — доходит до кого-то из молодых Капитанов.

— Скорее, господин Капитан ее побил, — просто говорит Тинтум, не подчеркивая голосом ничего.

Я уже вижу, как идея о виновности Клеи начинает обсуждаться среди молодых, но она ничем им все равно не поможет. Единственный Капитан из молодых в составе Совета, которого отец научил более-менее правильно управлять Черноземьем, и к которому я сам относился с определенным уважением, теперь погиб, даже не важно, от чего именно.

Версию с убийством его Клеей трудно опровергнуть на здешнем уровне расследования. Ведь стражники оказались около него через слишком большое время, чтобы что-то заподозрить. Даже довольно малое количество крови под его головой просто уже впиталось после смерти между камнями. Тем более она побитая слабая женщина и просто не сможет поднять самого Капитана так, чтобы отбросить от окна на пять метров.

«Значит, смертельный прыжок совершил он сам в каком-то сильном помутнении рассудка! Если они оставались наедине, никого прислуга и охрана вообще больше не видели, а сама супруга подверглась сильному избиению. Еще ведь сама просила спасти мужа прислугу, после чего все услышали негромкий удар со двора. Драки между супругами — дело вообще житейское, но сор из избы никто выносить не станет. Ведь никому правильные рассказы о смерти главы Совета в самом Совете не требуется», — примерно понимаю я возможные обсуждения потом.

В конце Тинтум докладывает, что расследование будет проведено очень тщательно, обо всем обязательно доложит уважаемому Совету.

Потом молодые Капитаны сразу же весьма нетерпеливо уходят дружной толпой что-то решать для себя, пожилые пока остаются, поглядывая в замешательстве на нашу группу.

— Предлагаю всем нам плотно переговорить здесь и сейчас, а утро продолжить прямо в казармы Гвардии. Нам всем есть, что очень серьезно обсудить, — решаю я взять в свои надежные руки управление ситуацией.

Начальники военных формирований города с удивлением смотрят на меня, не ожидая сейчас настолько конкретного предложения.

— Уважаемый Капитан Генс. Прошу вас обратиться к пожилым, настоящим Капитанам. У нас есть, что предложить им, — продолжаю я.

— Почему именно я? — удивляется Генс.

— Потому что я для кое-кого там противник, а ты как раз такой уважаемый Капитан Совета, которого все захотят послушать. Тем более — будущий Глава Совета Астора! — вот теперь я здорово ошеломляю старого приятеля.

Нужно брать инициативу в свои руки, а то мои люди слишком растеряны, а вот молодые явно пошли выбирать будущего главу из своего состава. Что ни мне лично, ни всему Черноземью вообще не требуется. Они его явно выберут совсем не скоро. К тому времени нам, всем оставшимся здесь, нужно договориться между собой, что самое главное.

Лица пораженных приятелей нужно видеть, я смог их крайне сильно удивить, присвоив еще вакантное место главы Совета их товарищу.

— Свои слова я объясню потом, а пока Генс, будь добр, подойти к собирающимся уходить по домам Капитанам и пригласи их с нами. Нам нужны для полной законности своих действий все их голоса.

Генс что-то смекает, обменивается взглядами с Тинтумом и уходит к пожилым Капитанам. Вскоре они подходят к нам и замирают в ожидании того, что я им хочу сказать.

Тянуть время нет никакого смысла, я начинаю излагать мысли, которые успел обдумать за имевшиеся три часа.

— Уважаемые Капитаны! Настоящие Капитаны Совета! — подчеркиваю я такую мысль, что где-то есть и ненастоящие.

— Не со всеми у меня хорошие отношения! — и я отвешиваю поклон своему несгибаемому противнику. — Предлагаю забыть про них навсегда. Обещаю больше никогда ни о чем не вспоминать, — мне сейчас требуются позарез все трое пожилых Капитанов. — Но вы трое единственные здесь