Но я держусь. Нельзя давать им волю, пока Кристиана нет рядом! Только с ним будет полная безопасность. Сейчас я слишком слаба, уязвима.

Не знаю, сколько проходит времени, пока я вот так стою и пялюсь в одну точку под ногами, вслушиваясь в каждый звук, пока не раздаётся бархатистый голос Кристиана.

— Ну и высоко же ты залезла, — без капли раздражения произносит он. Вот появляется его силуэт, а вскоре и он сам встаёт передо мной. Живой и здоровый, как я и ожидала. И разрешала себе верить только в такой исход!

— Как там… монстр? — Спрашиваю я первое, что приходит в голову. Я слишком опустошена от сдерживания эмоций.

— С ним покончено. Но не он первый, не он последний.

— Сегодня это было нечто другое. — Тихо говорю я, обхватывая себя руками.

— Пожиратели разные бывают. Тут как раз удивляться нечему. А ты почему в пещеру не пошла? — Указывает рукой Кристиан в чернеющую дыру, которую я уже успела заприметить.

— Испугалась, — пожимаю плечами.

Кристиан словно хочет посмеяться, но удерживает этот смешок внутри, напрягая губы. Затем он поднимает брови и слегка закатывает глаза. Походит ко мне ближе.

— Пойдём.

И я следую за ним. Так не слишком страшно приближаться к чернеющей неизвестности. Тем более Кристиан идёт впереди.

А это действительно оказывается пещера. Маленькая, без каких-либо сюрпризов, что могли бы ожидать нас внутри. Я бы даже сказала, пещерка. Кристиан раскладывает несколько одеял на безжизненных камнях в разных сторонах крохотной пещеры. Тут же он разводит магический огонь. И я подношу к нему руки, чтобы хоть немного согреться. Но нужного эффекта он не даёт. Тогда я поднимаю одно из одеял, брошенных рядом, и полностью закутываюсь в него. Даже спрашивать не хочу, откуда они у Кристиана. После чашки с кофе из его сумки — как будто сейчас вопрос не будет иметь никакого смысла.

Я сажусь на другое, разложенное одеяло и пялюсь в одну точку. Изнутри меня трясёт от холода, от эмоций, от усталости.

— Ну что у тебя случилось? — Устало произносит охотник, уже собиравшийся лечь спать.

— Не важно, — глаза начинают наполняться солёной водой, а голос становится слишком прерывистым.

— Да твою ж… — Выругивается Кристиан и подходит ко мне. Он садится рядом. — Что случилось? — Его голос смягчается. И даже грубая хрипотца звучит слишком сладко.

— Я устала. — Пожимаю плечами, совершенно не собираясь ныть и жаловаться. — Я бежала за тобой весь день. Я измотана. Физически. Понимаешь? Ещё коленка. Она уже давно начала болеть. И я не говорила о ней, ведь ты чётко дал понять, что тебя это не интересует. А ещё… ещё этот монстр. Почему они не оставят меня в покое? — Слёзы начинают литься из глаз, хоть я и не хочу этого. Кристиан подвигается ближе. Он снимает с меня одеяло, сам укрываясь им, накидывает и на меня, заворачивая словно в кокон. Руками я смахиваю слёзы, но их оказывается слишком много, так что я быстро бросаю эту затею. — Нужно бежать, переживать нельзя! Волноваться, бояться… А вдруг ещё кто-то выскочит? А ты там, внизу. Нельзя ничего чувствовать, — несвязные слова льются из меня вместе с горчащей жидкостью, стекающей по шее. — И вообще в этом мире я потому, что… Да даже не знаю почему! Просто ищейки решили заменить кого-то на меня, которую… находилась рядом и излучала какую-то магию. Я не хотела такой жизни!

Кристиан обнимает меня. Он прижимается так сильно, насколько это вообще возможно. Я облокачиваю голову ему на грудь. Меня продолжает трясти. Неведомый озноб так и вырывается из меня, а Кристиан пытается сдержать его своими объятиями. Тепло его тела согревает меня. А тишина не становится такой давящей.

— Ты меня должна ненавидеть. — Слишком сурово произносит он.

— Я это поняла. Я буду. Но завтра. Хорошо? — Еле слышно произношу я, на что Кристиан кивает. И я приподнимаюсь, чтобы положить голову на его плечо. Всё сильнее обхватываю руками его шею, спускаюсь ниже, пока руки не начинают касаться холодного камня. Сил не остаётся даже не это. Я медленно скатываюсь головой обратно ему на грудь. А Кристиан начинает всё чаще дышать. От него становится слишком горячо. И даже воздух, выдыхаемый им, становится раскалённым.

— Расскажешь мне что-нибудь хорошее? — Несмело говорю я почти шёпотом.

— Не могу. — Также тихо отвечает мне Кристиан на ухо. — Я не знаю хорошего.

— Тогда скажи… — Говорю я и замолкаю. Зря вообще начинаю говорить. Лучше бы молчала. Охотник мне всё равно не ответит.

— Сказать что?

— Не важно. — Шепчу я и сильнее вжимаюсь в него.

— Раз начала, то уж продолжай.

— Почему я должна тебя ненавидеть? Я же знаю, каким ты можешь быть. Но ты усердно стараешься, чтобы я тебя ненавидела. Так почему же?

— Ты права, это неважно.

— Боишься, что влюблюсь? — Совсем тихо смеюсь я, как обычно, переводя всё серьёзное в шутку.

— Ты права, — подыгрывает мне Кристиан. — У меня слишком много поклонниц. Не хотел бы я увеличивать это число.

— Ты себе льстишь.

— Правда? — Наигранно удивляется Кристиан. И даже по интонациям его голоса я понимаю, что он сейчас улыбается.

— Конечно. Такой угрюмый и злой. В таких не влюбляются. Вот чтобы по-настоящему.

— Я знаю. — С некоторой грустью отвечает Кристиан, переставая улыбаться. — Тебе нужно поспать. — Меняет он тему. Видимо, я опять попала в больное.

— Только не уходи, хорошо?

— Я никуда не денусь.

И Кристиан выполняет своё обещание. Только закрыв глаза, упираясь головой в его грудь, я тут же отключаюсь. А когда лучи солнца начинают бить в глаза, призывая к пробуждению, он всё так же оказывается рядом со мной. Точнее, подо мной. Кристиан лежит, продолжая держать меня руками, даже не убрав моей головы с себя.

И так хочется продлить этот момент. Ведь когда он проснётся, то вновь будет злым Кристианом, а я буду должна сдержать и своё обещание его ненавидеть.

Охотник начинает дергаться, но осторожно, чтобы я случайно не выпала из его рук на холодный каменный пол нашего временного убежища. Интересная забота, конечно. Но я даже не буду пытаться понять такой его смены настроения. Вот ведь вижу, что Кристиан не плохой, но он отчаянно пытается доказать