— Гидьон. Вы наверняка располагаете данными о правящем роде. Не прошу вас выдавать королевские тайны, мне они ни к чему, а вот за сведенья, чем забиты головы королевских особ, буду очень даже благодарна. Как говорят: врага нужно знать не только в лицо, но и понимать, чем он дышит. Ведь для чего-то этот щегол явился к нам в замок. Хочу быть во всеоружии.

— Ваша Светлость, — Гидьон от души рассмеялся. — Простите, леди Киара, насмешили старика, представил вас с мечом в руках. Уж больно не сочетаются ваша хрупкая фигура и тяжелый стальной клинок. Но, так уж и быть, поделюсь информацией, секретного ничего в ней нет. Те, кто прислуживает во дворце, многое знают о тех, кто живет в нем. Как бы ни давали слуги магические клятвы о неразглашении, все равно новости о членах королевской семьи просачиваются за пределы дворца. Вы, наверно, знаете, что два старших ребенка Даариана от одной матери, а Риант от другой.

Я ощутила, как мои брови приподнялись в удивлении, и тут же замотала головой в отрицании. Дел мне больше нет, как следить за Тиарскими.

— Плохо, Ваша Светлость. Вы ведь только что сказали, что врага надо знать в лицо, а сами даже не удосужились раздобыть нужную информацию.

— Андж вкратце рассказал, что его родителей зло оклеветали и казнили, — попыталась тут же оправдаться.

— Да… — издал Гидьон, в очередной раз вздохнув, погрузился в себя, ненадолго вспоминая дела минувших лет. — А вы знаете, во всех бедах семьи Магарианских виновата принцесса Ревиталь. Так уж и быть, расскажу по порядку: король Андрин Тиарский, отец Даариана, подобрал для него будущую жену в Кувайском государстве. Невеста была настолько мала, что принцу пришлось ждать ее целых двадцать лет. Двадцатилетний наследник престола нисколько не огорчился обстоятельством нескорой женитьбы, а наоборот, продолжил разгульный образ жизни. Впрочем, есть в кого. Андрин был не менее похотлив. Чем еще заняться мужчинам, когда вокруг уйма девиц, желающих стать фаворитками.

Время пролетело быстро, во дворец явилась невеста принца. Сыграли пышную свадьбу и зажили молодые счастливо. Даариан был очарован молодой супругой, да и было чем.

Лиора была хороша собой, немного худощава, но после рождения дочери все ее округлости пришли в норму, и принцесса расцвела той женской красотой, которой ей так не доставала.

Для придворных стало удивительным то, что Даариан души не чаял в дочери. Но супруга не спешила дарить наследника и родила его только через пять лет.

Во время беременности жены принц заскучал и в тайне завел фаворитку. Графиня Бернара Руфорт была девушкой красивой, но взбалмошной, да к тому же еще капризной и глупой. Похваставшись на очередном балу подарком от принца, она во всеуслышание сообщила: «Даариан в знак нашей любви подарил мне это колье из бриллиантов».

Через три дня Бернару нашли мертвой в покоях, а в рот ей был засунут подарок Даариана.

Принц горевал недолго: через неделю он завел себе двух фавориток, по всей видимости, чтобы утешить горе от потери любимой. Девушки были поумней графини Руфорт: не трубили о том, что стали любовницами принца, но это не спасло их от смерти. Обе исчезли из дворца, а их тела так и не были найдены. И если граф Руфорт за смерть дочери получил приличное вознаграждение, то за двух сирот из сиротского пансиона для благородных девиц никто и слова не замолвил.

Догадаться было не сложно, кто был виновен в смерти фавориток. Даариан был в бешенстве. Но Лиора носила под сердцем наследника, и он не решался ее трогать. А вот как только на свет появился сын, наследник престола через неделю навестил покои жены. Хотел устроить ей разнос, но вылетел из комнаты весь расцарапанный и окровавленный. Принцесса не скрывала своей ревности и ненависти, набросилась на мужа, как разъяренная тигрица.

Я лично лечил принца. Три дня он не выходил из своих покоев, настолько раны оказались глубоки, и мне пришлось залечивать их постепенно.

После этого скандала отношения между супругами испортились совсем. Даариан предупредил жену: еще хоть одна моя фаворитка умрет, я запру тебя в подвале дворца.

Лиора ничего не ответила, от любовниц мужа отстала, но все больше стала вымещать злобу на служанках.

Прошло около семи месяцев, Даариан обнаглел настолько, что в один из дней стал при супруге обсуждать с отцом графиню Заирскую, блистающую на очередном балу.

Возможно, в тот момент Лиора увидела перед собой виновника ее бед? С улыбкой на лице она подошла к Андрину Тиарскому и молниеносно вонзила ему в сердце тонкий стилет, не дав ему ни единого шанса на жизнь.

Я разговаривал с принцессой перед тем, как ее обезглавили. Она нисколько не жалела о содеянном. «Лучше быть мертвой, чем ежедневно терпеть унижение и смотреть, как над тобой смеются придворные», — ответила она мне и замолкла, посчитав разговор оконченным.

Ривиталь сказали, что ее мама заболела и умерла. Ласл был еще мал, и заботу о нем взяли на себя няньки, уж больно наследник престола был слаб на здоровье. Повлияло состояние матери во время беременности.

Маленькая принцесса недолго горевала о матери. И не смутило ее то, что ее любимый папочка вновь связал себя узами брака, взяв в супруги принцессу из Натагского государства.

Все свое внимание Ривиталь переключила на отца. Она копировала за ним повадки, подражала, когда он отдавал приказы, а излюбленным местом девочки стал трон.

Так совпало, когда принцессе исполнилось десять лет, на свет появился еще один родной брат, а у нее пробудился дар менталиста. С того времени ее любимым занятием стало чтение мыслей слуг.

Представляете, подбегает к вам ребенок, читает ваши мысли и тут же кричит, топая ногой: «Да за такие мысли тебе место на плахе!». И нет разницы, что в это время вы думали о зажаренной куриной ножке.

Принцесса видела себя королевой, но судьба распорядилась по-своему. Подрос наследник престола, и у него тоже пробудился ментальный дар. Единственный такой случай был у правящей четы Тиарских, жившей пять веков назад.

Поняв, что место на троне займет брат, Ривиталь впала в истерику, отказывалась есть и пить. А через три дня я уже забеспокоился о состоянии ее здоровья и доложил обо всем королю.

Вот тогда Даариан и пообещал своей любимой дочурке, что она обязательно будет королевой, но для этого ей необходимо немного подождать.

Через год казнили чету Магарианских, обвинив их в государственной измене.

Словно в отместку на злодеяние,