если Вова сейчас умудрится заручиться её поддержкой, то дело, можно сказать, в шляпе.

— Чего блажишь, шалопай? — выглянула из кухни донья Луз. — В долг не отпущу! И вино больше искать не стану! Выдумал ещё!

Вино? Нафига, а главное, зачем? Хотя нет, туплю. Правильный вопрос — для кого? И ответ на него я, кажется, знаю.

— Да мы немножко по другому вопросу, — чуть сбавил пыл Вова. — Проф, ну где ты там⁈

— Здесь.

— Вот! Объясни донье Луз, что у нас… ну…

— Не здесь же! — подтолкнул я в спину застывшего на входе в пищеблок приятеля. — Давай, шагай! Можно, сеньора?

— Да заходите уже! — махнула та полотенцем, которое, есть у меня такое подозрение, намеревалась применить как средство успокоения излишне буйных постояльцев. Проще говоря, нахлестать по мордасам. — Аккуратнее, не свалите ничего!

— Иди, давай! — подогнал я Вову очередным тычком. И, едва оказавшись в жарком чреве кухни, легко и непринуждённо отмазался: — Вова сейчас сам всё расскажет. В лицах и с выражением! Понял меня⁈

— Да! — с досадой буркнул приятель. Однако же, окончательно осознав, что перевалить ответственность на другого не получилось, собрался с мыслями и принялся увлечённо вещать: — Донья Луз! Поймите меня правильно, я ни в чью жизнь не вмешиваюсь, особенно личную, но… вы же в курсе, что Джен… ну, рыжая?.. Что мы с ней… ну, мутим? И вот она завтра с нами собралась в Порто-Либеро возвращаться…

— Да, она предупредила… — насторожилась хозяйка «Приюта странников». — Да и за следующие два дня я ей плату вернула. А что такое?

— Да подевалась она куда-то! — с растерянным видом развёл Вова руками. — Днём созванивались, всё обговорили, а она так и не вернулась! Ну, сюда…

— С утра её не было, — подтвердила донья Луз. — Если бы позже заглядывала, я бы знала.

— То есть за вещами она не приходила? — уточнил мой приятель.

— Нет, — мотнула головой владелица гостиницы. — А должна была? До завтра у неё номер оплачен.

— Да по идее нет, — задумался вслух Вова, — но… если бы вещи забрала, я бы по крайней мере понял, что это она конкретно от меня сбежала. Ну, как в фильме, знаете? Про сбежавшую невесту?

— Так у тебя до такой степени всё плохо, шалопай⁈

— В смысле⁈ — изумился Вова. — Почему плохо-то?

— Да потому что ты ей… впрочем, ладно! Не моё дело! — не стала вдаваться в подробности донья Луз. — Так-то вы вроде ладили… а ты, вон, и вовсе по уши втрескался, гляжу! Ох, запудрила она тебе мозги! — сокрушённо покачала головой наша собеседница. — Хотя…

— Что?.. — напрягся мой приятель.

— Да так, ничего…

— Донья Луз!

— Она сама себя уговаривает, что тебя, шалопай, просто использует, — рубанула правду-матку хозяйка гостиницы. — Но я же вижу… это она просто совесть заглушить пытается. Бедная девочка!.. — вдруг шмыгнула носом донья Луз. — Почти как я в её годы!

— То есть у меня есть шанс? — воспрял духом мой непутёвый напарничек.

— Если сам дурака не сваляешь! — сурово отбрила его донья Луз. — Так, говоришь, пропала она куда-то? И как раз накануне отъезда?

— Ну!

— То есть, получается, от собственного принца на белом коне добровольно отказалась? — закончила мысль женщина. — Что-то с трудом верится в такое…

— Вот! И мы о том же! — горячо поддержал её Вова. — Не сходится немножко! Обо всём договорено, все готовы, уже на низком старте, осталось ночь переночевать, и погнали! А тут — нате вам!

— А ты её искать-то пробовал, шалопай?

— Обижаете, донья Луз! В первую очередь!

— А звонить? Вы ж вроде с ней постоянно трепались по этим вашим дьявольским машинкам? — покосилась хозяйка гостиницы на Вовин карман, в котором тот имел обыкновение таскать «смарт».

— Не берёт трубку! — снова развёл руками мой приятель. — Раз десять пытался дозвониться! А коллеги её… ну, с кем она работала… в общем, есть у нас подозрение, что её… э-э-э… как бы помягче…

— Похитили⁈ — удивлённо задрала бровь донья Луз. — Как в этих ваших дьявольских сериалах? Эх, сколько уже лет не смотрела! Оказывается, соскучилась!

— Ну, я бы не стал прямо такими громкими словами разбрасываться, — чуть снизил накал латинских страстей Вова. — Скорее, удерживают против её воли. Думаю, тоже узнали, что нам рано утром сваливать, вот и решили — пусть у нас ночку посидит, одумается, а утром, как эти оболтусы смотаются, так и отпустим… на все четыре стороны! Пешком всяко багги не догонит, ну и смирится с неизбежным. А дальше и вовсе стерпится-слюбится. Скорее всего, план именно такой.

— И кто же это непотребство замыслил? Уж не тот ли хлыщ, которому ты в первый день нос разбил? А, шалопай?

— Пока тоже не стану утверждать наверняка, но… люди видели, что она именно с ним ушла, — выдал очередную порцию информации мой приятель. — А так-то он на неё глаз положил, ещё до меня. И тёрки мы с ним на этой почве имели. Только он Джен вообще ни одним местом, и она его прямым текстом послала. А он, получается, на что-то ещё надеется, раз не перестаёт подкатывать. Ну и сегодня, вот, подкатил — увёл куда-то под благовидным предлогом. И с тех пор ни слуху, ни духу… — повесил Вова голову, завершив спич.

— А от меня вы чего хотите? — стала предельно серьёзной донья Луз. — Чтобы я её нашла и от негодяев спасла? Я, старая больная женщина?

— Да какая вы старая и больная! — замахал руками Вова. — Вы ещё о-го-го! То есть… ну, вы понимаете!

— Не-а.

— В смысле, это комплимент! — выкрутился мой приятель. — И нет, вам лично ничего делать не нужно. Мы сами. Верно, Проф?

— Что «сами»? — заметно напряглась хозяйка гостиницы.

— Олег, блин! — взвыл Вова. — Чего молчишь⁈ Помогай!

— Донья Луз, мы примерно знаем, где Джен может находиться, — сообщил я женщине. — Разумеется, если наши подозрения имеют под собой хоть какую-то почву. Но беда в том, что… в общем, даже не знаем, а лишь имеем приблизительное представление. И чтобы