и тихо говорит: — Спасибо, босс. — Он исчезает в коридоре, а Зеро бросает в мою сторону взгляд с чем-то сродни гордости. Это выражение исчезает быстрее, чем появилось, мимолетная вспышка, в реальности которой я уже усомнюсь к завтрашнему дню.

— Ты правда веришь, что этот сопляк заслуживает таких одолжений? — спрашивает меня Рюрик, но он не оспаривает мой авторитет. Мне это нравится. — Поскольку Брот — мой любимый из всех моих братьев, я дарую ему долгий медовый месяц, который уберет и его, и Коннора с моего корабля.

Я замираю на месте, просто останавливаюсь посреди коридора. С моего корабля. Его корабля. Нашего корабля.

— Вызовет ли это какие-то проблемы с троном? — спрашиваю я, представляя себе всю человеческую историю и каждую кровавую историю восхождения на престол, которую я когда-либо слышала. — Типа, из-за того, что я так долго оттягивала наше спаривание, у Брота теперь есть пара…

Рюрик заставляет меня замолчать, приложив палец к моим губам.

— Брот в паре с самцом, они не могут произвести наследников. Будет очевидным выбором, что я должен быть возвышен над ним. Иначе он будет вечно сидеть на троне без преемника, а остальные мои братья начнут воевать друг с другом. Если кто-то из них найдет свою пару, они объявят себя истинными наследниками, и начнется гражданская война. Так… проще для всех вовлеченных. Мы восходим на престол. Я немедленно даю тебе наследника.

Не проще для нас, думаю я. Я рада стать королевой, но… у нас тоже нет выбора. Мне некомфортно, когда у меня нет выбора. Взять хотя бы историю с Рюриком. Мгновенная любовь заставила меня почувствовать, что выбора у меня нет. Но я понимаю, что он есть. Просто это не тот выбор, о котором я думала.

— Нам правда нужно заняться сексом как можно быстрее, не так ли? — уточняю я, гадая, какие кошмары могут начаться, если появится еще один брат со своей парой. У нас — что там Аврил говорила ранее? — три земных часа до свадьбы. Случиться может все что угодно. И если что-то случится, мне кажется, люди могут погибнуть. Я абсолютно точно не хочу, чтобы этими людьми были мы.

Я оглядываюсь через плечо и вижу, что Коннор полностью скрылся из виду.

— Он что, только что… они пара? Где, блядь, мой предназначенный звездами избранный инопланетный соулмейт? — бормочет Аврил в растерянном разочаровании, а Зеро со стыдом качает головой.

— Прискорбно, что моего народа больше нет. Мы лишь стремились узнать правду о науке, стоящей за связью пар, и нас наказали за это. — Она стискивает зубы, но Рюрик не отправляет ее на пол в приступе механической неисправности. Он просто позволяет ей высказаться. — За этим стоит наука. Я верю, что это реально. Мы просто хотели выяснить, почему.

Рюрик выдыхает. Из-за этого Весталис уничтожили Картианцев? Проклятье, это жестоко.

— Мои родители весьма старомодны. Они верят, что некоторые вещи должны оставаться магией. — Он смотрит на меня, а я смотрю на него, и… я чувствую это. Магию. И я знаю, что это не так. Я понимаю, что это, вероятно, связано с феромонами, химией и биологией, но это не имеет значения, потому что это ощущается как магия. А что такое магия, если не нечто реальное, что просто невозможно объяснить в данный момент? — И тебе лучше помнить, что я прощаю тебе твою дерзость только потому, что сегодня день моей свадьбы, и я не хочу искать нового телохранителя.

Рюрик бросает на Зеро очень выразительный предостерегающий взгляд, и мое сердце теплеет к нему.

Он знает, что его родители могут подслушивать, и не хочет, чтобы она влипла в неприятности, из которых он не сможет ее вытащить. Я люблю его за это.

Эм. В смысле… мне это в нем нравится.

Мы еще далеко не на той стадии. Глупые феромоны мгновенной любви.

— У Коннора есть пара, а я служанка. — Аврил рычит и запускает пальцы в волосы, убегая вперед нас. Зеро следует за ней, и… я не могу оставаться здесь одна с Рюриком, поэтому бегу следом.

Не думай об этом. Не думай об этом. Я думаю об этом. «Звезды, пара, время пришло.» Вау. Черт возьми. Вау.

Мы вместе продолжаем идти по коридору к королевским покоям, но напряжение висит в воздухе. Становится еще хуже, когда мы оказываемся внутри, и две мои единственные спутницы немедленно удаляются в мою спальню, дверь со свистом закрывается за ними. Вы обе ужасные подруги! мысленно кричу я им, но не могу крикнуть это вслух, потому что он… он здесь. Я здесь. В комнате жарко и душно от невысказанных истин. Джейн была права: дело в сексе. Опять.

Только я и Рюрик в фойе, позади него пустой люкс для новобрачных, дверь открыта, кровать прямо там, ждет, когда ее испачкают человеческо-инопланетным клубком голых конечностей и… его членом с этими красными зажимами и всей той странностью, что прилагается к ним.

У меня все тело зудит.

Что-то происходит с моим платьем.

Не двигаясь, даже не прикасаясь ко мне, Рюрик забирает нити с подола платья, перенаправляя кружево так, чтобы оно скользило вверх, по моим бедрам, раскрываясь на моей чувствительной киске. Я ахаю и прикусываю нижнюю губу до крови. Он вздыхает со своего места на другом конце комнаты, словно может почуять ее запах. Он заканчивает перестраивать мое кровавое кружево, делая платье немного короче и одаривая меня трусиками, которые сжимают и подпитывают неистовую боль между бедер.

Рюрик, по сути, трахает меня своим кровавым кружевом.

— Я… — Я не знаю, что сказать, поэтому молчу. Просто стою там, пока он все туже обвивает нити вокруг меня, втирая горячее грубое кружево в мои складки и клитор. Я опираюсь рукой о стену, чтобы удержаться на ногах. Мои щеки пылают, и я закрываю глаза. Я слышу, как он водит крыльями, тихий шелест, от которого по спине бегут мурашки.

Феромоны накрывают меня волной, и я кончаю вот так просто. Оргазм бьет меня прямо в низ живота, глаза закатываются, кости обмякают, жар прокатывается по мне очищающим пламенем.

Я почти падаю на пол, но Рюрик успевает подхватить меня.

— Что ты… — начинаю я, когда он прижимает меня к стене, заставляя замолчать поцелуем.

Он все это время ждал, когда я приму его. Я приняла его. Это… моя награда.

Я в абсолютном блаженстве, пока он целует меня. На самом деле, я хотела, чтобы он поцеловал меня несколько недель. Думала о нем случайно, но часто. Связывала любое важное событие с ним. Когда Абраксас