намеренно приглушили, высокие окна плотно закрыли шторами, а в большом камине тихо трещали поленья. В воздухе висел приятный и успокаивающий запах дыма, жареного мяса и дорогого алкоголя. За стенами шумел вечерний Петербург, по набережной Невы проносились дорогие кареты, люди спешили по делам, но внутри царила абсолютная тишина. Зал был закрыт для всех, кроме меня и моего гостя. Сегодня мы занимались не высокой гастрономией, а грязной политикой.

На столе лежала толстая серая папка. Рат, сидел рядом на спинке стула и деловито умывал морду.

— Там пахло дешёвыми цветочными духами, — брезгливо пожаловался Рат, разглаживая усы. — Этот тип спускает все деньги со взяток на карточные игры и свою крикливую содержанку, шеф. Классический столичный идиот. Он даже не утруждается прятать расписки от ростовщиков. Я лично вытащил их из-под отставшей половицы в его спальне. Его девка каждый день требует новые украшения, а долги растут как на дрожжах.

— Отличная работа, мой пушистый друг, — кивнул я и убрал папку. — А теперь исчезни, наш гость уже на подходе. Не стоит пугать важного человека говорящей крысой. Пусть думает, что полностью контролирует ситуацию.

Рат недовольно фыркнул, махнул хвостом, спрыгнул на пол и бесшумно растворился в углу комнаты.

Афанасий Петрович Зайцев занимал должность начальника городского департамента санитарного контроля (ох, я и сам понимаю, как это звучит, но ничего не поделать, такая работа тоже бывает). Он привык брать взятки, слушать лесть испуганных рестораторов и жить в полной безнаказанности. «Магический Альянс» использовал его как «нужного» проверяющего. Зайцев приходил в неугодные заведения, находил нарушения и закрывал чужой бизнес. Но у каждого имеется слабое место. Я не собирался отдавать найденные документы газетчикам. Обычный скандал в прессе просто разозлит «Альянс», и они посадят на хлебное место Зайцева другого вора. Компромат нужно использовать осторожно. Его нужно применять как скальпель, чтобы вырезать нужный кусок власти и подчинить себе. Я прислал чиновнику приглашение на закрытую дегустацию, и он с радостью прибежал поесть за чужой счёт.

Дверь тихо открылась, и на пороге появился Зайцев. Он тяжело дышал, постоянно вытирая вспотевший лоб. Его дорогой, но совершенно безвкусный костюм трещал на огромном животе при каждом шаге. Маленькие поросячьи глазки забегали по залу, оценивая обстановку.

— Проходите, Афанасий Петрович, — я приветливо улыбнулся и указал на кресло у огня. — Я рад вашему визиту. Присаживайтесь, в ногах правды нет.

— Ваше заведение наделало много шума в столице за последние дни, Игорь, — надменно ответил чиновник, грузно опускаясь в кресло. — Я решил лично проверить ваши таланты. Вы ведь понимаете, мы строго следим за качеством еды. Столица не прощает ошибок наглым поварам. Я могу закрыть это модное место за день из-за пылинки на кухне.

— О, я прекрасно осведомлён о ваших возможностях, — спокойно сказал я и сел напротив, проигнорировав угрозу. — Но сегодня я удивлю вас. Моя кухня работает без грамма магии, только честные продукты и наука.

Я коротко хлопнул в ладоши. Из неприметной двери появился проверенный мной лично официант. Он молча поставил перед нами первую подачу и так же тихо исчез, не проронив ни звука. На белом фарфоре лежало тонко нарезанное мясо с яркими каплями соуса.

— Угощайтесь, — я придвинул тарелку ближе к чиновнику. — Это карпаччо из дикой оленины. Я лично подбирал к ней соус из лесной клюквы, чтобы подчеркнуть природную силу мяса. Знаете, в чём кроется суть этого блюда? Она в самой природе азарта. Охоты, если так проще. Дикий зверь уверен в своей хитрости и неуязвимости. Он бежит по лесу, жрёт ягоды и не замечает капканов. А потом один меткий выстрел решает кто прав, а кто виноват. Вкус запретного плода всегда сладок, только за него приходится дорого платить.

Зайцев недовольно хмыкнул, взял вилку и отправил кусок мяса в рот. Он медленно жевал, а взгляд стал подозрительным. Мои слова про азарт и капканы задели его. Клюква давала правильную кислинку, нежное мясо буквально таяло на языке, но чиновник явно не мог насладиться едой. Привыкший к плоской, химической пище «Альянса», он был сбит с толку мощным вкусом.

— Специфично, — пробормотал он, поспешно запивая еду. — Охота всегда таит в себе скрытую опасность, Игорь. Можно и самому стать лёгкой добычей, если забыть о правилах игры.

— Вы абсолютно правы, — я согласился и тоже попробовал мясо. — Особенно когда самоуверенный охотник залезает в чужие угодья, теряет бдительность и начинает брать не по чину. Но мы собрались здесь не ради пустых бесед о лесных зверях. Наслаждайтесь вечером, впереди ещё много интересного.

Мы молча доели закуску. Зайцев крутился в кресле, нервно поправлял сползающий галстук и озирался по сторонам. Моё спокойствие давило на него сильнее любых прямых угроз. Я методично расшатывал его нервную систему перед главным ударом. Официант снова появился в зале, убрал пустую посуду и вынес основное блюдо. На этот раз это было белоснежное филе палтуса на подушке из запечённых овощей.

— Обратите особое внимание на текстуру, Афанасий Петрович, — я указал вилкой на рыбу. — Это северный палтус. Он скользкий, жирный и крайне капризный в работе. Стоит передержать его на огне хотя бы одну лишнюю минуту, и нежное мясо превратится в жёсткую резину. Нужно точно знать температуру, чтобы заставить его подчиняться воле повара. Прямо как с людьми, вы согласны со мной? Если надавить на человека слишком сильно, он сломается и пойдёт ко дну. А если найти правильный подход и нужный рычаг, он отдаст вам всё самое лучшее.

Зайцев напрягся ещё сильнее и брезгливо поковырял вилкой рыбу.

— Вы нарушаете предписания, Белославов, — чиновник попытался перейти в наступление. — Ваша кухня не использует сертифицированные магические добавки «Альянса». Это прямое нарушение новых стандартов качества. Я могу опечатать ваши двери прямо сейчас. Мои инспекторы найдут кишечную палочку даже в кипятке, если я прикажу.

— Ошибаетесь, — я усмехнулся, глядя на его жалкие потуги. — Мои юристы уже оформили ресторан как экспериментальную площадку исторической реконструкции вкуса. У нас есть официальная бумага от министерства культуры. Ваши стандарты здесь не имеют юридической силы.

Зайцев осёкся и злобно засопел.

— Вы любите дурацкие загадки и игры с законом, повар, — процедил он сквозь зубы. — Но я человек государственный и занят важными делами. Давайте перейдём к сути. Зачем вы меня позвали на самом деле? Хотите договориться о зелёных коридорах для ресторана? У нас строгие правила,