сейчас в гостинице, вдали от Драксена? Не гордость ли заставляет меня делать вид, что я счастливее без него?

Но что, если я не счастливее? Что, если всё это время я боролась не против его контроля, а против собственного страха признать, что он всё же важен для меня?

— Приехали, — говорит Айрис, когда мы останавливаемся. — Я поговорю с мужем вечером. А ты иди отдыхать. Ты слишком бледная.

— Спасибо, — обнимаю её, благодарная за этот неожиданный островок поддержки в моей жизни. — За всё.

— Для этого и нужны друзья, — она улыбается. — Особенно такие, которые понимают, каково это — жить с драконом. Я не стану оправдывать, две женщины — это он выше головы прыгнул, конечно, но помни о том, что драконы мыслят не так, как мы. Это тяжело принять с точки зрения нормальности, но он видит эту ситуацию со своего кривого угла, который, кажется, нам безумием. Не сомневайся в том, что он тебя любит. Просто любит он неправильно.

Я киваю и выбираюсь на улицу.

Пока иду к крыльцу, всё яснее понимаю: скоро мне придётся принять решение. Остаться здесь, наедине со своей гордостью, или вернуться к Драксену и попытаться построить что-то настоящее, большее, чем просто вынужденный брак.

И впервые за долгое время я не уверена, что независимость — это то, чего я действительно хочу.

Глава 52

Стук в дверь застаёт меня врасплох. Откладываю книгу, накидываю шаль на плечи и иду открывать, гадая, кто это может быть. Посыльный с очередным письмом от Айрис? Или хозяйка гостиницы с вечерним чаем?

Открываю дверь и застываю. На пороге стоит Драксен. Высокий, широкоплечий, с этим его вечно напряжённым взглядом. А в руках — плетёная корзина, из которой выглядывает знакомая серая мордочка.

— Клевер! — выдыхаю, не веря своим глазам.

Кот мяукает и нетерпеливо ёрзает. Драксен опускает корзину, и мой пушистый друг тут же выскакивает, обвиваясь вокруг ног. Поднимаю его на руки, прижимая к груди, и чувствую, как котик мурчит.

— Он не хотел выходить ни к кому, — говорит Драксен, всё ещё стоя в дверях. — Даже на еду пытались. Прятался. А сегодня сам запрыгнул в корзину, когда я собирался уезжать.

— Ты умный мальчик, — шепчу Клеверу, почёсывая за ухом. — Знал, что я скучаю.

Поднимаю глаза на Драксена. Он выглядит... иначе. Усталым, но не тем выматывающим утомлением, что раньше. Скорее, как человек, который много работал физически и теперь приятно устал.

— Заходи, — говорю, отступая. — Уже поздно.

Он колеблется, но делает шаг внутрь. Клевер спрыгивает с моих рук и начинает обследовать комнату, обнюхивая каждый уголок.

— Ты хорошо выглядишь, — говорит Драксен, и это звучит искренне. — Значит, куча денег, которую я здесь оставил, потрачена не зря.

— Спасибо, — отвечаю, не зная, что ещё сказать. Мы впервые видимся с того момента, как я уехала.

Он замечает горшки на окне и подходит ближе.

— Пустоцветы? И они... растут?

— Да, — не могу сдержать улыбку. — Они крепче, чем кажутся.

Драксен наклоняется, рассматривая тонкие стебли, уже поднявшиеся на несколько над землёй.

— Можешь дать один?

Этого я не ожидала.

— Зачем?

— Отдам Рейниру, — отвечает он. — В доме его жёны установлены специальные артефакты, влияющие на рост растений. Если получится, можно будет вырастить пустоцветы за несколько месяцев, а не лет.

— Правда? — меня охватывает волнение. — И они зацветут?

— Возможно, — он кивает. — Я не видел этот артефакт, но шанс есть.

Подхожу к окну, рассматривая горшки. Они все как мои дети, но...

— Хорошо. Возьми второй слева. Он самый крепкий, больше шансов, что выдержит перевозку.

Драксен берёт указанный горшок, обращаясь с ним так, словно это действительно что-то драгоценное. Я невольно думаю о том, что, когда родится наш ребёнок, будет не страшно доверить мужу взять его на руки.

— А ты сможешь найти такой же артефакт? — спрашиваю, наблюдая за его аккуратными движениями. — Для поместья? Если эксперимент удастся.

— Мы уже работаем над этим, — отвечает он. — Но пока не могу сказать больше.

Клевер запрыгивает на подоконник и трётся о мою руку, привлекая внимание.

— Ты останешься со мной? — спрашиваю его, но краем глаза наблюдаю за Драксеном.

— Я думаю, он хочет остаться, — отвечает Драксен за кота. — Но я должен идти. Уже поздно.

— Спасибо, что привёз Клевера, — говорю, следуя за ним.

— Не стоит, — он оборачивается в дверях. — Я рад, что ты... хорошо устроилась здесь.

В его голосе что-то такое, от чего внутри всё сжимается. Он принял мой выбор жить отдельно. И почему-то эта мысль меня не радует, а наоборот, тревожит.

— Драксен, я...

— Доброй ночи, Илория, — он легко склоняет голову и выходит, прежде чем я успеваю сказать что-то ещё.

Закрываю дверь и прислоняюсь к ней спиной, выдыхая. Клевер запрыгивает на комод и смотрит на меня так, словно видит насквозь.

— Что? — спрашиваю его. — Я знаю этот взгляд.

Кот мяукает и начинает умываться, всем видом показывая, что знает больше, чем говорит.

— Ну хорошо, — сажусь на кровать. — Выкладывай. Что происходит в поместье?

Клевер перестаёт умываться и смотрит на меня очень внимательно. Потом спрыгивает и идёт к моим ногам, словно принял решение.

— Ты не поверишь, что там творится, — говорит он в мыслях. — Всё перевёрнуто вверх дном!

— Что ты имеешь в виду? — напрягаюсь. — Драксен что-то разрушил? В гневе?

— Разрушил? — Клевер фыркает, запрыгивая ко мне на колени. — Скорее наоборот. Он всё перестраивает. Всё поместье оживает на глазах.

— Что? — переспрашиваю, не веря своим ушам.

— В первый же день после твоего отъезда приехала целая армия рабочих, — рассказывает Клевер, устраиваясь поудобнее. — Они обновили почти все комнаты, перекрасили стены, заменили старые окна. А какая там теперь ванная! Горячая вода в любое время дня и ночи. И канализация больше не