хочу растянуть эту прогулку на несколько часов. Если бы еще не было чертовски холодно, а мороз не щекотал нос и щеки.

– Так что ты хотел мне рассказать? – наталкиваю я Артура на разговор. Он шумно выдыхает, словно раздумывает, стоит ли говорить.

– Год назад я поступил учиться в один из колледжей в Америке, – размеренно начинает он. То же говорил и Роман Александрович – Артур взялся за ум, но вскоре пропал со всех радаров на несколько месяцев. – Все шло хорошо, мне нравилась учеба, я нашел друзей, ходил на вечеринки и устраивал их сам. А потом я стал свидетелем преступления. Извини, здесь я не могу вдаваться в подробности – подписал соответствующие бумаги. Не всех членов банды сразу поймали, поэтому мое имя, попавшее в СМИ, стало для преступников красной тряпкой. И на меня устроили охоту. Знаешь, око за око и все такое? В общем, так я попал в программу защиты свидетелей. И на том фото, которое я показывал тебе в больнице, я был, так скажем, в образе. Я несколько месяцев носил другое имя, жил чужой жизнью. Все закончилось, когда всех участников дела посадили за решетку.

Я не знаю, как реагировать на эту информацию. Чего-чего, но этого я не ожидала услышать. Впрочем, теперь понятно, почему Роман Александрович не мог найти сына столько времени.

Несмотря на то, что сегодня я решила быть просто Милой, а не сотрудницей Дьяконова-старшего под прикрытием, я не могу отделаться от мысли, которая сразу пришла мне в голову. Что, если опасность, о которой Артур талдычит отцу, связана именно с этим? Не всех причастных к банде арестовали или кто-то освободился и теперь эти люди решили отомстить свидетелю?

Все может быть.

– Мила? – окликает меня Артур. Я ловлю себя на том, что слишком глубоко погрузилась в свои мысли и забыла, что иду под руку с Дьяконовым.

– Почему ты мне решил это рассказать?

– Чтобы ты мне доверяла также, как я тебе. Никто не знает, где я пропадал несколько месяцев. Отец считает, что я просрал все его деньги и не вылезал с тусовок и притонов.

– Тебе так важно, чтобы я доверяла тебе?

– Да, без доверия не бывает отношений. Ни дружеских, ни романтических… ни ученических, ни рабочих, черт возьми. Я не лучший парень, но не самый плохой.

Он замолкает, а я не знаю, что ответить. У меня еще никогда не было опыта столь близкого общения с противоположным полом. До шале мы доходим в молчании. Перед дверью Артур меня останавливает и берет за плечи, проникновенно глядя в глаза:

– Если тебе станет некомфортно, скажи мне. Я разгоню всех к чертям собачьим.

Мне приятно, что он подумал об этом.

– Спасибо тебе.

– Ну все, давай быстрее заходи, пока снова не перемерзла и не загремела в больницу.

В шале уже играет музыка – какие-то популярные треки, где несвязные друг с другом слова кое-как рифмуются. Смысла ноль, но качает. Сняв верхнюю одежду, я переобуваюсь в кеды, как и на балу. Не в шлепках же идти на вечеринку.

В гостиной нас встречает Глеб, несколько парней и пара девушек. Кажется, кого-то из них я видела у него в доме. Точно, одна из девушек кричала, когда Кристине стало плохо, парень рядом с ней еле успокоил ее. Но несмотря на недавно пережитый ужас, она снова пришла на тусовку, променяв на нее бал.

Глеб широко разводит руки, приветливо улыбаясь. На нем рубашка в гавайском стиле – ярко-голубая с коротким рукавом и принтом из бело-желтых и розовых плюмерий.

– А вот и хозяин этого вечера – завидный холостяк университета Артур Дьяконов со своей милейшей спутницей из девятнадцатого века Всемилой – можно-просто-Милой – Миловановой. Кто знает, может скоро на одного холостяка в нашем кругу станет меньше.

Артур приветственно хлопает Глеба по спине, а я, неловко улыбаясь, не понимаю, как лучше отреагировать на его представление. Улыбнуться? Рассмеяться? Смутиться? Я решаю просто приподнять уголки губ, не выражая ничего конкретного.

– Мила, ты просто обворожительна, – Глеб кланяется мне, как гусар, и галантно целует руку. – Подаришь мне танец? С позволения своего кавалера, конечно.

Зардевшись, я поглядываю на Дьяконова. Тот обнимает меня за талию и мягко улыбается:

– Извини, брат, но сегодня эта милая леди танцует только со мной.

– Понял, я третий лишний, не буду отвлекать вас друг от друга, – парень, весело отсалютовав, отходит к сумке-холодильнику и достает бутылку какого-то коктейля. Кажется, это «Секс на пляже». Я замечаю, что остальные гости одеты в подобии пляжного стиля.

Я дергаю Артура за футболку, привлекая внимание. Он наклоняется, чтобы меня услышать – кто-то из гостей добавил громкость, и музыка заглушает даже собственные мысли.

– У нас что, вечеринка в гавайском стиле? – стараюсь я перекричать басы.

– Да, Глеб предложил! Но это по желанию, я останусь в своей одежде, ты тоже можешь не переодеваться, – на ухо говорит мне Артур. – Пойдем выпьем? Я попросил Глеба достать нам слабеньких коктейлей.

Мы пробираемся через гостиную к напиткам. Я недовольно кошусь на девушек, забравшихся на журнальный столик, чтобы сексуально повыгибаться в танце перед парнями на манер стриптизерш. Такая раскрепощенность уже перебор. По крайней мере для меня.

– Клубничный мохито? – предлагает Артур, протягивая мне стеклянную бутылку с розоватым коктейлем. Я согласно киваю и забираю напиток после того, как он, подцепив крышку, открывает мне его. Не дожидаясь парня, отхожу в угол и падаю на подвесное кресло. Делаю глоток. Достаточно вкусно и мягко.

Черт. Я присматриваюсь к мохито, вспоминая, чем закончилась прошлая вечеринка. Надеюсь, в этот раз ничего подобного не случится. Рискнув, делаю еще глоток, глядя на девиц, начинающих снимать с себя одежду, представляя похотливым взорам яркие мини-бикини. Парни, издав хищный возглас, не отрывают от них взгляд.

– Не хочешь к ним присоединиться? – усмехается Артур, отпивая коктейль «Бренди с апельсином».

– Еще чего, – фыркаю я. – Ты бы хотел, чтобы я перед всеми разделась?

– Я бы посмотрел на твою попытку, а потом взял в охапку и утащил свое маленькое сокровище от посторонних глаз. Попробуй не относиться к этому так серьезно, они же просто дурачатся. Расслабься и проникнись атмосферой.

Атмосферой разврата? Нет уж, спасибо. Тем не менее я внимаю к его совету и стараюсь смотреть на происходящее сквозь пальцы. Алкоголь помогает мне в