бы ни пытался, не мог оставаться равнодушным.

— Хочу, — выдохнула она мгновенно. — Очень. Ты позволишь?

— Если пообещаешь не упоминать, где сейчас находишься, — спокойно ответил он.

— Конечно! Мог и не предупреждать. Почему ты на меня так смотришь? — она вскочила и недовольно надула губки. — Думаешь, я не понимаю, что будет сложно объяснить… перемены?

— Нет. Не думаю, — голос Константина звучал ровно, без нотки нравоучения или сомнения. — Я просто знаю, что такое новообращенный вампир.

— Спорим, — она протянула раскрытую ладонь. — Я не скажу ничего лишнего.

— И что будет, если я выиграю?

— Выиграю я.

— Но все же. Я хочу знать, как высоки ставки.

Чуть наклонив голову, Лея задумчиво покусывала губы.

— Я не знаю, что я могу предложить. У тебя все есть.

Высший вампир неопределенно покачал головой.

— Возможно, ты мне проиграешь желание? — подталкивал Лею.

Она возмущенно вскинула брови.

— А вдруг я не смогу выполнить желание?

— Все же ты признаешь, что скажешь лишнее.

— Нет!

— Ну хорошо. Тогда заключаем пари. Выигрываю я и получаю желание. Выигрываешь ты…

— И ты рассказываешь мне что-то о прошлом. И не просто несколько сухих фраз, как в учебнике по истории. Я хочу знать мельчайшие подробности.

Константин с удовлетворенным видом сжал женскую ладонь, не упуская возможности прошептать:

— Победа будет за мной.

Лея на мгновение нахмурилась, а потом расплылась в широкой довольной улыбке.

— Доктор Веллиос, я вас не узнаю. В вас проснулся азарт?

— Не буди лихо, — назидательно сказал он и взял Лею за руку, вынуждая следовать за собой. Его шаги были неторопливыми, ленивыми, как у сытого кота, и это больше всего раздражало Лею.

Она шла рядом, едва сдерживая порыв вырваться вперед.

— Ты ведь делаешь это нарочно, — пробурчала она. — Мы можем оказаться дома за долю секунды.

Он скосил взгляд.

— Может быть, — произнес он, чуть касаясь тыльной стороны ее ладони пальцем, — мне нравится смотреть на твои искренние эмоции.

— То есть ты мучаешь меня ради… эстетики?

— Ради воспитания, — поправил он. — И немного ради эстетики.

Она возмущенно фыркнула, ускоряя шаг, чуть ли не волоча Константина за собой.

— Воспитание не требует такой издевательской медлительности!

— Ошибаешься, — спокойно возразил Высший вампир. — Терпение — первая добродетель, которую тебе следует освоить.

Лея сходила с ума. Две недели она не слышала голоса родных. Две недели они гадали о ее судьбе. Две недели они думали, что Лея борется за жизнь. И вновь какие-то ограничения! Неужели он не понимал, что так поступать нельзя?! Нельзя!

Вампирша собиралась сделать рывок, как Константин внезапно остановился и одним плавным движением притянул ее к себе.

Женская ладонь протестующе уперлась ему в грудь.

— Нетерпение, — произнес он вполголоса, — это то, что делает тебя предсказуемой. И опасной.

Лея испепеляла его взглядом в ответ.

— Идем, моя дикарка, — сказал он и тут же выпустил девушку из объятий, направляясь к дому.

Она возмущенно фыркнула, догоняя его.

— Ты издеваешься.

— Отчасти, — отозвался он, даже не оборачиваясь.

— Тебе просто нравится, когда я злюсь.

— Я люблю все твои эмоции.

— Поверь, я удивлю тебя, — пообещала Лея решительно.

Она обязательно приложит все усилия, чтобы справиться с жаждой человеческой крови как можно скорее. Семья — лучшая мотивация для этого. Семья и желание доказать Константину, что она не такая, как другие вампиры. Она прекрасно помнила о ценности человеческой жизни. В ней еще жила мораль, страх навредить, сострадание.

— Жду этого с нетерпением, — ответил он.

Они вошли в дом, Константин остановился у одной из дверей и открыл ее. Почти пустая просторная комната: светлые стены, большое окно, затянутое полупрозрачной тканью, и кресло. Очень похоже на больничную палату, если не акцентировать внимание на звуках моря.

— Здесь, — сказал он спокойно, делая шаг в сторону. — Никаких лишних деталей, — он повернул кресло так, чтобы оно оказалось под углом к окну. — Садись, — сказал Константин. — Так тебя будет видно, но… не слишком четко. Солнце засветит изображение.

Он протянул ей планшет.

— Зачем?

— После обращения ты все же изменилась внешне, — пояснил Высший вампир.

Лея аккуратно взяла устройство, задержала дыхание, провела пальцем по экрану. Имя «Алиса» загорелось в списке контактов.

Связь установилась быстро.

— Лея! — вскрикнула Алиса, растирая сонные глаза. — Господи… ты!

Лея засмеялась, чувствуя, как слезы предательски ищут выхода.

— Я, — ответила она. — Привет, сестренка.

Алиса суетливо села в постели, приблизилась вплотную к экрану, стараясь загородить собой внушительную мужскую фигуру, лежащую на боку.

— Ты так изменилась.

— В лучшую сторону, надеюсь? — Лея лукаво приподняла бровь.

— Конечно. Как ты себя чувствуешь?

— Прекрасно. То есть намного лучше, чем несколько дней назад, — быстро исправилась Лея. — Мне нужно продолжить лечение. Я еще не скоро смогу вернуться к вам, — выпалила и виновато улыбнулась.

— Не страшно. Боже, — Алиса встала с кровати и, держа телефон так, чтобы было видно только голову и плечи, шла вдоль стены к двери. — Мама и папа сойдут с ума от счастья, когда увидят тебя. Ты им еще не звонила?

Лея взглянула на Константина, легким движением головы прося разрешения позвонить и родителям. Он показал, что все будет зависеть только от нее.

— Нет. Тебе первой. Ты им обязательно передай привет, если я не смогу…

— Ну, нет. Так не пойдет, — Алиса вышла из спальни. — Свяжись с ними.

— Хорошо, — Лее было неловко слышать о том, что мама и папа не находят себе места, а она даже не могла их нормально успокоить. — Как ты? Как папа? Как мама?

— Все стабильно. Радомир помогает.

— Это я заметила, — ответила Лея, посмеиваясь.

— Ну хватит, — произнесла Алиса, заметно смягчившись. — Я уже взрослая девочка. Могу себе позволить разное, — прошептала она. — А ты где? К тебе нельзя приехать?

— Еще нет. Мне не позволяют контактировать с внешним миром.

— Ясно. Ничего. Главное