использовал это слово. Ложных эмоций не питаю, стараюсь четко дифференцировать появляющиеся эмоции. Не люблю обманывать себя. Люблю порядок в жизни.

После смерти Дороти Мия сказала мне одну интересную вещь. В моей памяти она занимает место уже более одиннадцати лет.

– Кайден, ты не поверишь в то, что я скажу. Постарайся понять это. Тебе больно от потери Дороти. Но ты еще влюбишься, обязательно влюбишься.

И я влюбился. Только мачеха была не совсем права. Я плакал из-за потери лучшей подруги и того чудовищного способа, каким у нее отняли жизнь. А не потому что, что не смогу кого-то полюбить вновь.

– Мне жаль, что я уничтожила все, что было связано с тобой, Кайд. Совместные фотографии, видео. Подарки на мой день рождение – футболка с твоим изображением и часы.

Не велика проблема.

– Я создам для тебя новые воспоминания. – Завидую самому себе, когда касаюсь губами Стейс.

– Правда, Кайден-Конан Ригхан?

Рейвен всегда умеет удивлять.

– Откуда ты знаешь мое второе имя?

– Рон рассказал. Я временно переехала к ним. До твоей выписки.

Конан. Имя моего дедушки. Родители хотели, чтобы я перенял его черты характера. В детстве мама называла меня Конаном, маленьким волчонком – так переводится имя, доставшееся мне от деда. После измены матери я остался с отцом и больше никогда не слышал, чтобы ко мне кто-то обращался подобным образом. Для всех я стал Кайденом, Кайдом.

– Почему у тебя нет второго имени? – Я в курсе всего, что касается Рейвен.

– Мои родители не придерживались англоязычной традиции. – Сонно отвечает девушка. – Я просто Стейси.

– Ты идеальная. – Хочу, чтобы она знала. – Я вдребезги твой, Стейс Рейвен. – Дотрагиваюсь до ее носа своим.

Малышка морщится, не любит щекоток.

– Я рад, что встретил тебя. Однажды я позволил Берну уничтожить одну девушку. Я позволил себе отпустить тебя, испортить наши отношения. Но я больше не позволю никому и ничему разлучить нас. Никогда. Стейс, ты слышишь меня? Я больше не отпущу тебя. Чтобы ты не говорила и не делала. Я не отпущу тебя. Никогда.

– Кайд! – Она вскрикивает, когда я хлопаю ее по бедрам и прижимаю к себе.

– Ты слышишь меня, Рейвен?

– Я верю тебе, Ригхан.

Глава 18

Стейси

Июнь

– Иди ко мне.

Я заигрываю с Кайденом на парковке. Там, где все начиналось – у академии Ларсон.

– Ты не сможешь заставить меня.

Ригхана выписали неделю назад, а я не могу удержаться от флирта всякий раз, когда он рядом. А вместе мы все время за исключением тех дней, что Кайд пропадает на работу. Если он уезжает по делам, то утром и не возвращается до поздней ночи, когда я уже сплю.

– Серьезно, Рейвен?

Уверенный шаг заставляет меня прикусить губу и поддаться назад. Мы ждем Терри с тренером. Жан попросил нас подробить его до Ларсон после занятий с моим братом, ему нужно решить какие-то дела с командой академии. Младший захотел посмотреть школу, где мы учились с Ригханом, поэтому Хенрик взял его с собой.

– Ты помнишь, что тебе сказал врач? Никакого секса! – Я смотрю в темно-серые глаза мужчины и немного задираю свое платье в цветочек, как бы случайно.

– Ну, и лгунья, Стейс. Секс мне никто не запрещал. Ты держишь меня на привязи и провоцируешь уже не первый месяц. У нас не было четыре года и семь месяцев.

– А дней, часов? Ты как-то не убедительно ведешь счет, Кайден. – Смеюсь я, пытаясь вывести любимого хоть на какие-то эмоции.

Он такой серьезный, сосредоточенный сегодня. Мистер каменное лицо и твердый член.

– Мы начали все заново. Ты забыл?

Еще шаг назад. Я не спешу убегать, желая быть настигнутой Ригханом. Большие грубые ладони проскальзывают под легкую ткань и сжимают мои ягодицы.

– Я хочу нормальный секс. Если немного попотею, то ничего со швами не будет.

Самонадеянный, как и обычно. Я закатываю глаза. Псих неисправим.

– Оральный секс для тебя не секс?

Пытаюсь убрать руки Кайдена со своего тела. Он ни в какую!

– Баловство для детей. – Звучит оправдание.

Нам осталось потерпеть еще недельку. А после мы можем изводить друг друга до потери пульса и последнего вздоха. Целая жизнь ведь впереди.

– Хочу мокрую тебя. Насквозь. – Укус в шею от жаркого рта психа. – Будешь вся течь подо мной, стонать, извиваться. Объявляю сексуальную месть!

Если вспомнить его прошлые издевки, сексуальная – единственная, на которую я соглашусь по собственному желанию.

– Кайден, дети! – Я пытаюсь отстраниться, но он удерживает меня возле себя.

– Предупреждал же, никогда не отпущу.

Ригхан поправляет мое платье и смотрит в сторону прохода, который ведет на задний участок двора. По словам Ригхана, Дороти именно там потеряла сознание, после чего Берн утащил ее в лес.

– Стейс, нам нужно кое-куда съездить.

– Сегодня?

– Да. Отвезем Терри и сразу на кладбище.

Он хочет сводить меня к своей умершей подруге? Я не задаю вопросов. Скорее всего, так и есть. Думаю, если Ригхан захочет, расскажет сам по дороге.

Мы дожидаемся моего младшего брата и едем туда, где я когда-то жила. Больше дом Рейвенов – не мой дом. Моим домом всегда был человек под метр восемьдесят пять, весом около девяносто пяти килограммов, у него темно-серые глаза, вечно наводящий меня на мысль о холодных туманах (в Ванкувере это частое явление по осени), и всегда горячие руки.

– Когда вернется Джонатан? – Уточняет Кайд, когда мы приезжаем в особняк моей семьи.

Я поджимаю губы под сверлящим взглядом Сары. Чего она взъелась? Не я же задала вопрос.

Разговор с отцом у нас до сих пор не состоялся. Я только забрала часть вещей и перевезла их в наш новый дом с Ригханом. Он купил его не в том районе, где мы жили. Новое место, абсолютно незаселенное. Рядом с нами протекает озеро, красивый вид на природу. И я уже успела полюбить тот дом, что приобрел Кайд – мы выбирали его вместе.

По утрам я бегаю по тропинке среди густых деревьев. Днем обустраиваю комнаты, заказываю мебель и декор. Хлопот хватает, но они очень приятные. Вечерами мы с Ригханом сидим на улице, любуемся на звезды, пьем чай и болтаем о будущем. Обожаю, когда Кайден говорит со мной.

– Джонатан? – Брезгливо произносит мачеха.

– Я хочу поговорить. Мы вернемся через час. Предупреди его. – Ставит в известность Кайд, не акцентируясь на перекошенном лице женщины.

Обычно кладбище вызывает у меня удручение. Сегодня все по-другому. Спокойствие взяло верх над остальными эмоциями. Возможно, дело в