Кирилл опирается руками на стол, глядя в одну точку перед собой, напряжённый и молчаливый. Морщится то ли от тени, то ли от головной боли и закуривает очередную сигарету. Дым повисает под потолком, похожий на следы заклинаний. Кирилл резко бросает:

– Я всё-таки не согласен.

– Вот как? – Николай, кажется, с трудом отрывается от созерцания Лизы на подоконнике. – Но она права: это может помочь. И прежде всего ей самой.

– А будь на её месте Лиза? Сюзанна? Или… Кира?

– Прекрати. Меньше всего я хочу рисковать хоть кем-то. Мы уже всё обсудили.

– Распоряжайся в Службе, а не в жизни других.

Кристина переглядывается с сестрой. Невольно приходит мысль: если у Лизы вдруг сложатся отношения с Николаем, то к таким утрам и к делам стражей придётся привыкать им обеим. Тем более Лиза теперь сама выглядывает из-за чашки кофе с явным интересом и не сводит взгляда с Николая. А тот будто теряет своё вечное спокойствие:

– Да что с тобой, чёрт возьми? Утро только началось, сигареты при тебе, у нас есть план действий. Я не верю, что Соня с Димой всё это затеяли вдвоём. И с Соней ещё понятно – путь в Управление лежит напрямую через сердце Якова. Но чего они добиваются?

– Якову нужна Служба, – Кирилл пожимает плечами. – Для него мы – неопознанный объект в мире магов. Ты же знаешь, как он на этом повёрнут.

– Всё слишком сложно, – Николай поднимается и снова берётся за турку.

– Всё вело к тому, чтобы убрать нас с дороги, – напоминает Кирилл, – не самих стражей, а тебя и меня. Ты не думаешь, что здесь как-то замешан Шорохов?

– Думаю. Соня с Димой тогда, может, и не подозревали, но дали неплохую наводку – эксперименты Управления проводились много лет назад. История с коллегой Шорохова тоже довольно давняя. Тебе не кажется, что многое тянется из прошлого?

– Кажется. Может, стоит начать с Шорохова?

– Нет, – Николай медленно качает головой, – он мастер уклончивых ответов. Я хочу поговорить с Сергеем.

– А с Соней что?

Кристина чувствует, что сейчас все взгляды на ней – тревожные, с ожиданием её решения. На мгновение она колеблется, но тут же берёт себя в руки.

– Ну… я согласна.

– Тогда я попрошу их прийти вечером. Кирилл, давай ещё раз поговорим с Сарой. Нам нужны ответы.

Кристина хмурится при воспоминании о той девушке, но сдерживается. Во-первых, ревновать глупо и как-то даже по-детски. Во-вторых, то, как Кирилл с ней бурно обсуждал что-то, не очень походило на романтическую беседу. Кирилл убирает всё со стола:

– Да. Никаких недомолвок. Я хочу ещё раз поговорить со старшей лекаркой. Мне не нравится её волнение. Значит, вечером встретимся.

Николай смотрит в окно, за которым дождь поутих, но ещё мелко бьёт по листьям.

– Если ничего не случится раньше.

– Хочешь, подвезу до Службы? – предлагает Лиза. – Мне всё равно в ту сторону.

– Поехали.

Кристина старается скрыть улыбку – уж слишком довольной сейчас выглядит сестра.

У Кирилла в очередной раз вибрирует телефон, наверное, пятый раз за утро, и он отвечает коротко и быстро. И поясняет, хотя никто и не спрашивал:

– Ты не поверишь! Сегодня днём родители прилетают.

– Надо же, – Николай выразителен, как каменный монумент. – Вот это неожиданно. По личному делу?

– Видимо, да. Или мама ничего не знает о работе отца. Пишет, что у них всё хорошо, сейчас идут на посадку.

Кирилл вдруг наваливается на стол и вцепляется пальцами в деревянный край. Тень явно тянет его за собой в потаённые желания и собственный мир. Из вен вылетают искры и язычки пламени.

– Саша, открой печать!

Тот колеблется мгновение и чертит в воздухе сложную вязь. Кристина вздрагивает – на короткое мгновение ей хочется последовать за Кириллом, коснуться блёклого мира, что раскрывается на кухне московской квартиры. Она замечает, как зрачки Кирилла наполняются тьмой. Кажется, сейчас в дом резко вернулась густая ночь, похожая на ту, что обнимала древний мир, не тронутый человеком. Ночь тех времён, когда мир полнился духами стихий и живым волшебством.

Кирилл, схватив кинжал со стола, заходит в открытую печать, и Саша тут же плетёт закрывающее заклинание, которое зелёной сеточкой стягивает проход.

Кристина в полном оцепенении смотрит на место, где исчез Кирилл в мутном пейзаже просторных полей. Она натягивает рукава свитера до кончиков пальцев, чтобы скрыть дрожь.

Она твёрдо уверена: когда Кирилл вернётся, ей нужно будет побывать в мире, одновременно и прекрасном, и опасном.

* * *

Байк стоит под навесом, воздух свеж после дождя. Лиза достаёт из кофра второй шлем, который часто захватывает с собой для сестры или ещё кого-нибудь. Никогда не знаешь, кто станет твоим пассажиром, но лучше быть готовым, что дороги сами принесут незнакомца с запахом земли. И пусть у Николая сейчас нет его привычной стихии, Лиза всё равно ощущает в нём что-то такое мшистое и немножко лесное. Словно в глубине зрачков таятся тропы среди древних стволов.

Или ей просто нравится смотреть на него. Она спрашивает:

– Готов?

– Кажется, пару дней назад ты что-то сказала про проклятье. В итоге… всё сложилось не очень. Может, пора с этим завязывать?

Он кладёт руку на руль, с которого свисают заговорённые на удачу и попутный ветер подвески. Лиза не верит, что магия может спасти от всего на свете, но ей кажется, что толика колдовства ещё никому не вредила. Подмигивает:

– Тогда держись.

Она садится первой, заводит мотоцикл и машет Николаю, давая добро, что можно сесть позади. Гарнитура шуршит – теперь они на связи. Поставив ногу на подножку, Николай легко садится сзади, и Лиза чувствует его крепкое тело. Слишком далеко.

– Ник, ближе.

– Что?

– Придвинься ближе и сожми меня крепко бёдрами.

– Ты всё ещё про байк?

Его голос немного хриплый и чуть тягучий. Лиза сжимает крепче руль, ощущая, как он придвигается ближе, следуя её совету. И ткань джинсов не спасает от прикосновений его бёдер к её, а руки на талии неистово жгут даже сквозь толстую кожаную куртку. Лиза поддразнивает:

– Я повторю это ещё раз. В другое время. Держись крепче, Ник. Не отпускай меня.

И выводит байк на дорогу.

Лиза всегда любила независимость и свободу.

Но тот, кто хочет свободы, почему-то чаще других разбивает коленки и обжигается – тем огнём, который гонит вперёд за горизонт и заставляет искать что-то новое и неведомое. Наверное, не будь в ней магии с самого рождения, Лиза бы искала именно её.

Кристина часто говорит, как здорово, что они – маги.