Ваше Высочество? – осторожно спросила Лора, заметив, что я задумчиво смотрю в пространство перед собой.

Я молча протянула ей бумажку. Женщина пробежалась глазами по записке и, подняв на меня взгляд, осторожно произнесла:

– Даже если и есть секрет, похоже на ловушку.

– Однозначно похоже, – невозмутимо ответила я.

Но даже если секрета нет, любая девица тут же побежит узнавать, в чем, собственно, дело. Потому что мало ли, вдруг кто-то наговорит гадостей и слухи распустит, а завтра свадьба? Нехорошо.

Лора меж тем протянула мне записку обратно, а я покачала головой.

– Отнеси Его Величеству.

И сама направилась на выход.

– А вы?.. – растерянно произнесла Лора.

– А я пойду прогуляюсь, – усмехнулась в ответ. – Воздухом свежим подышать хочется.

И вышла из покоев. Инкай еще с двумя бойцами подпиравшие стены в коридоре у моих покоев, молча последовали за мной.

– Готовьтесь, – негромко произнесла я капитану своей гвардии. – Сейчас меня гарантированно будут пытаться убить.

– А почему вы говорите об этом с таким спокойным видом и вообще куда-то идете? – мрачно поинтересовался Инкай, явно подозревая, что мой ответ ему не понравится.

– Потому что мне эта история уже поперек горла, – процедила я в ответ. – Хочется, знаешь ли, закончить все дела до завтра.

Инкай, кажется, хотел внести какую-то конструктивную критику решения, но я его успокоила:

– Его Величество сейчас проинформируют, не переживай.

Надеюсь, он не застанет некрасивую сцену, где я смахиваю с себя чужой пепел. А то я полна решимости!

Капитан моей гвардии лишь тяжело вздохнул.

Моим единственным секретом была временная петля, в которой я застряла. Но об этом знала лишь я и, наверное, боги. Но тем давненько нет никого дела до нашего мира, так что их в расчет брать явно не стоило.

Поэтому шла я на встречу с неизвестным шантажистом совершенно спокойная. Даже, скорее, предвкушающая! Сейчас как увижу ту наглую рожу, что вздумала пытаться мной манипулировать, то с таким удовольствием оттаскаю за волосы.

В том, что записульку накарябала Амелия Фурол, у меня не было ни малейшего сомнения. Папенька за решеткой, шансов стать не то что женой, даже любовницей короля уже никаких, значит, можно идти ва-банк.

Гулять, так сказать, на все.

И я не ошиблась!

Первозданное святилище располагалось в глубине королевского сада в самом центре зеленого лабиринта. Снаружи оно выглядело как красивая арка из белого камня, украшенная резьбой с замысловатым орнаментом. Близко расположенные стены лабиринта из плотно переплетенных веток скрывали вход от посторонних глаз и создавали ощущение укромного уголка. За аркой была лестница, ведущая вглубь подземелья, и солнечный свет обрывался как-то резко, отвоевав себе лишь пару ступенек.

В голове возникла мысль, что завтра приду сюда вся такая красивая под ручку с Дереком, и я мечтательно улыбнулась.

– Так и знала, что ты придешь, – произнесла Амелия, вынырнув из кустов.

Я встала напротив нее, скрестила руки на груди и спросила:

– Тебя же вроде должны были посадить под домашний арест?

– Пф… – отмахнулась девушка. – Вся прислуга дворца ест с моих рук.

Ну да, действительно. Какой уж тут арест при таком раскладе. Даже почетный караул от входа в святилище куда-то делся. Наверное, перерыв на обед у парней, да?

– Ну и чего ты хочешь? – спросила я.

По идее, Амелия должны была сказать «твоей смерти». Но девица еще была юна и трепетна, как и положено аристократке, а потому она заявила:

– Исчезни! Сбеги со свадьбы! Я слышала, у тебя настолько нет денег, что пришлось открывать свой торговый дом и даже в нем РАБОТАТЬ. Я дам тебе денег. Много денег! И ты будешь свободна и богата!

Я склонила голову набок.

А, ну да. Принцессу, которую продали на выгодных условиях без приданного как племенную лошадку, наверняка можно купить, выставив цену повыше.

– Тебе-то это зачем? – поинтересовалась я. – Твоего отца обвиняют в измене короне. А за это вся семья понесет наказание. И Его Величество тебя не помилует.

– Конечно, помилует, – улыбнулась девушка. – Я такое умею, ТАКОЕ умею, ни один мужчина не устоит перед моим… обаянием.

А нет, беру свои слова назад. Амелия, может, и юна, но определенно не трепетна. Такое ОБАЯНИЕ надо тренировать долго и упорно. Без практики в этом деле, как говорится, никуда.

– А если я не хочу? – вежливо поинтересовалась я.

Девица на это закатила глаза:

– У тебя ни связей, ни влияния.

– Это временно, – пожала плечами в ответ.

Амелия зло сузила глаза и прошипела:

– Тебя здесь сожрут, пока ты оперишься. Хорошо, если успеешь родить сына, а если будут дочки?

Мне обещали целых трех сыновей и дочурку! Правда, не уточняли, конечно, в какой жизни…

– Это все или еще что-то? – устало спросила я, поняв, что ничего полезного здесь не узнать.

– Отрекись от Хаотика! – воскликнула Амелия, и в глазах девушки мелькнуло отчаянное безумие.

– Нет. – сухо произнесла я.

– Ну так и сдохни тут! – выплюнула леди Фурол, потеряв всякие остатки самообладания.

Пока мы беседовали, девица нервно расхаживала, и, чтобы держать ее в поле зрения, мне приходилось двигаться тоже. Так что теперь оказалось, что я стою боком к парням, а потому заметила боковым зрением нехарактерное движение со стороны моей охраны. Повернула голову, и точно: выход из узкого местечка мне и моим гвардейцам преградили хорошо вооруженные люди. Не элитные наемники, конечно, и наверняка парни с ними справятся, но и попыхтеть придется.

– А я уж думала, мы не перейдем к сути, – усмехнулась, посмотрев на Амелию.

– Я пыталась с тобой договориться по-хорошему, но ты этого не оценила, – прошептала она, словно уговаривала саму себя.

– «По-хорошему» – это первые наемники или последние? – поинтересовалась я.

Амелия подняла на меня полубезумный взгляд и вдруг сделала то, чего я от нее не ожидала.

Ну, то есть, если бы она кинулась на меня с оружием или даже с магией – это было бы понятно и просто. Но Амелия все-таки была дочкой самой крупной гадюки королевского двора, так что сумела удивить.

Девушка выхватила из-за пояса короткий клинок и прыгнула на меня. Прыгнула так, что уходить с линии атаки я могла только в одно место. И лишь завершив движение, поняла, что попалась просто по-идиотски.

Я стояла буквально на пороге входа в первозданное святилище,