Спорим, ты будешь моей? - Дарья Стааль

Кира Крааш, Дарья Стааль

Спорим, ты будешь моей? 

Пролог

Эрик Дарквотер

– И я ей и говорю…

– А она такая…

– И потом мы вместе…

Я сушил волосы полотенцем, вполуха слушая привычный треп, который не прекращался в мужской раздевалке после тренировки по магболу.

Все звучало довольно обыденно и скучно и воспринималось не больше, чем фоновый шум. Парни обсуждали тренировку, предстоящую игру, девчонок, и иногда учебу. Правда, последнее время все чаще возникали обсуждения нового модного веяния – заставить девушку пригласить себя на Серебряный танец на новогоднем балу.

Я не очень понимал суть проблемы, поэтому никогда особенно не интересовался этой темой.

Ну вот ровно до сегодняшнего дня.

– Да что там сложного заставить девчонку бегать за собой? – фыркнул Арнас – парень с первого курса и из запасного состава, – Нашли о чем спорить…

– Ну не скажи, – возразил другой запасной игрок. – Не каждая может позволить себе флиртовать.

– Да брось, – отмахнулся Арнас. – Любая, любая будет в восторге, если на нее обратит внимание игрок из команды по магболу. Ты только посмотри на нас – мы же элита элит! Каждая мысленно будет примерять на себя твою фамилию и подбирать имена деткам.

Парень заржал, а я усмехнулся. Мужская раздевался – лучшее место для хвастовства своими любовными победами. Ну или их сильным преувеличением.

– Да ну, некоторые аристократки слишком дорожат своей репутацией. Их же маменька заругает, – вставил третий.

– О, я тут к одной подкатил – так она задрала нос до потолка, – поддакнул еще кто-то.

– Да? Кто? – оживились парни, предвкушая свежие сплетни.

– Руби Бонфаер, – нехотя ответил парень.

От этого имени и контекста разговора у меня против воли сжались кулаки. И я проявил просто чудеса выдержки, чтобы не сломать лицо говорившему после следующей фразы:

– Задрала нос, а могла бы задрать юбку!

Парни заржали, а я закрыл дверцу своего шкафчика с излишней силой. Створка бахнула, но в шуме раздевалки это был просто еще один звук.

– Так раз ты считаешь, что можешь влюбить в себя любую, может, докажешь? – начал подстрекать один из присутствующих. – Руби Бонфаер отличный трофей!

Парни снова загоготали, и я подошел с галдящей компании:

– Смотрю, много сил у вас осталось, раз хватает столько трепаться, – процедил с привычной ленцой, окидывая запасной состав взглядом.

– Да ладно тебе, Эрик, мы ж ничего такого, – примирительно сказал ближайший ко мне парень, в отличие от прочих уже наполовину одетый. – Просто обсуждаем баб. Вот предлагаем Арнасу доказать свою крутость и приударить за Бонфаер!

Я мысленно напомнил себе, что бить людей, потому что они идиоты – плохо для репутации. Да и вообще, выпускнику академии неуместно ломать пальцы первокурсникам…

Но и наблюдать просто так за этими шакалами не было никакого желания.

– Думаю, Арнасу придется доказывать свою крутость на ком-нибудь другом, – медленно проговорил я. – Руби Бонфаер – мой трофей.

– Так вы ж вроде как терпеть друг друга не можете? – удивился один из присутствующих, сидящий в одном полотенце.

– Вот именно, – кивнул я в ответ. – Поэтому я не могу позволить обижать ее кому попало.

Парни непонимающе переглянулись, я же усмехнулся и добавил:

– Сам буду. 

Глава 1

Руби Бонфаер

– Привет! – раздалось у меня за спиной, и я подпрыгнула от неожиданности.

Высокая конструкция из мастики, зефира и шоколада вздрогнула от моего неловкого движения и принялась поэтично и безудержно рассыпаться на большом металлическом блюде.

Я мрачно посмотрела на смертника, подкравшегося ко мне сзади, и чуть не выругалась. Ну конечно, кто еще мог испортить мне этот прекрасный пятничный вечер. Эрик Дарквотер собственной персоной!

В дверном проеме, облокотившись плечом о косяк, стоял высокий парень. Черные волосы средней длины, подстриженные по последней столичной моде, ярко-синие глаза и жутко бесячая снисходительная полуулыбка человека, который знает чуть больше прочих про этот мир.

– Ты как сюда попал?! – возмутилась я.

Посещение лабораторий в нашей академии строго регламентировалось. И не какими-то там бумажками, а магическими пропусками-метками, проштампованными на тыльной стороне ладони каждого студента. И всякие там боевые маги без инстинкта самосохранения на ученическую кухню бытового факультета пройти не могли чисто физически.

– А, – Эрик сделал небрежный жест, – это было несложно.

Я закатила глаза. Еще бы несложно – когда ты сыночек главы министерства внутренней безопасности, купить самодельный артефакт у какого-нибудь голодного студента с факультета артефакторики действительно несложно.

Был минус у этих народных ключей – если у артефактора не достаточно прямые руки, можно очень легко застрять в чужой лаборатории. Или тебя твоя собственная ключ-метка перестанет куда-либо пускать. Иди потом с повинной к декану, получай строжайший выговор и какое-нибудь препротивное наказание в виде трудовой повинности на благо академического общества.

– Надеюсь, ты здесь застрянешь, – искренно пожелала я незваному гостю.

– Только если с тобой, – обворожительно улыбнулся Эрик.

У меня от такого наглого флирта чуть челюсть не отвисла!

– Тебя на тренировке по магболу приложило, бедолага? – спросила я с почти искренним сочувствием.

– Типа того, – хмыкнул парень и, отлепившись от косяка, шагнул в кухню. – Что ты тут такое вкусненькое делаешь?

– Делала, – мрачно ответила я, посмотрев на остатки конструкции, которая должна была стать моим выпускным творческим заданием. Праздничный торт, украшенный всякими фигурками ручной работы. Собственно, фигурки я сейчас и тренировалась делать. И закончила бы успешно, если бы не некоторые.

– А что делала? – спросил Эрик, пройдясь по кухне и шумно принюхиваясь.

Кухня бытового факультета была небольшой: десять плит, длинный, широкий отдельно стоящий разделочный стол, пять холодильных ларей и три шкафа с посудой и прочей полезной в готовке утварью. Здесь всегда свободно помещалось десять девчонок моего выпускного курса, которые в процессе готовки еще и сновали туда-сюда.

Но стоило Эрику Дарквотеру войти на кухню, как пространство будто съежилось. Огромный защитник нашей сборной по магболу был неуместен среди сковородок и занавесок в мелкий цветочек. Широкий разворот его плеч в дорогом черном пиджаке того и гляди зацепится за крюк с половником или угол навесного шкафа. Но Эрик, надо отдать ему должное, довольно ловко лавировал между всеми препятствиями и даже не смахнул стоящую на краю стола миску с сахарными блестками.

А жаль, его пиджаку бы очень пошло.

– Не твоего ума дела, – огрызнулась я, в задумчивости рассматривая разрушенную сладкую конструкцию. Не то, чтобы я испытывала острый дефицит в ингредиентах, но выбрасывать несколько килограммов рука не поднималась. Переделывать, правда, тоже.

Решив, что