— Погоди с полетом. Ты знаешь, где находится зеркало, через которое Дана сюда ходила?

— Конечно, я отведу тебя туда. Но ломать защиту придется серьезно, ведьма была талантливая, так что просто не будет.

— Ничего, как-нибудь справлюсь. Нужно будет его Старостину подогнать, пусть у него про запас хранится. Как только пиндосы не пронюхали, что на их территории такое сокровище имеется?

— А они за Даной активно гонялись, — тут же пояснила Зоя, — но поймать так и не смогли, как и вычислить ее берлогу. Один раз ее сильно прижали, но после того, что она устроила, пришлось отпустить, поскольку торнадо в центре Вашингтона был этим ребятам совсем некстати.

— Да уж, озлобленная ведьма — страшная сила, — заметил Матвей. — Помню, одна такая года полтора назад обещала сравнять с землей ГУМ. То ли ее обсчитали, то ли оскорбили, короче, мелочь какая-то, но она вышла из себя, и потребовалась половина отдела, чтобы ее утихомирить. В результате, под ноль снесены несколько магазинов, убытка миллионов на сорок, ну и ремонтные работы. Все, я закончил.

— Ну, тогда зачистка, — вставая и давя в пепельнице окурок, скомандовал Вяземский. — Зоя, заблокируй бункер, он нам еще понадобится. Так, все дневники ведьмы с собой, тут их точно оставлять нельзя.

— Уже упаковано, — проинформировал Ворот. — В отделе сделают для тебя копии и передадут тебе. Слушай, Радим, я никогда этот вопрос не задавал, но он меня давно терзает. Почему ты веришь отделу? Ты ведь подозреваешь, что Старостин утаивает самые ценные трофеи, а многими из них отдел обязан тебе, и ты имеешь полное право на них или на часть. И с дневниками этими… Как ты можешь быть уверен, что отдел поделится полным собранием сочинений, а не зажмет пару особо важных?

— Вот ты молодец, — помрачнел Вяземский. — Этот вопрос из неприятных, из тех, который я бы не хотел поднимать, но ты это сделал. Я догадываюсь, что Старостин зажимает артефакты и часть трофеев. Думаю, и с дневниками, во всяком случае, самыми опасными, он поступит точно так же. Я в курсе, сколько их было, вот и проверю, насколько честен полковник. Кроме того, Зоя знает все их содержимое, в отличие от обычного человека, она может в любую секунду воскресить в своей памяти любую страницу из них. А насчет моей реакции…. — он задумался, — ну, зажал что-то Старостин, я не знаю что, да и мне, возможно, это не особо нужно. Когда мне что-то требуется, я ищу способ это получить. Так что в моих отношениях с отделом есть темная и светлая сторона. Но светлого больше. Пусть остается все как есть. А полковнику намекни, чтобы не вздумал с дневниками мудрить, узнаю, и вот тогда действительно обижусь.

Матвей кивнул и шагнул к выходу. Уже у двери он обернулся и посмотрел на Вяземского.

— Дикий, но ты же знаешь, что я тебя не кину, и мне можно верить?

— Знаю, друг, — ответил Радим. — И надеюсь, это никогда не изменится. Все, пошли, у нас дел до хрена, а нам сегодня нужно вернуться. Мне еще зеркало из Америки упереть нужно.

С зачисткой острова проблем не возникло, за несколько часов остатки теней были уничтожены, плашки собраны, больше в расколотом их ничего не держало. Да, в какой-то степени остров, выбранный Даной под базу, был уникален. Одна точка входа, одна выхода. Нашлись и кости тех, кому не повезло, тени убивали их не у входа, а у выхода, поэтому они с Матвеем и не обнаружили следов, когда только перешли на этот остров. Что послужило триггером на атаку, когда они тут появились, Радим так и не понял.

— Не зря я менталку вкачал, — вываливаясь из зеркала и устало опускаясь в кресло, хмыкнул Вяземский, — куда легче переход прошел. И резерва меньше стало тратиться, несмотря на то, что защита стала сильнее.

— Какой план? — тут же поинтересовался Матвей.

— Простой, — доставая электронную сигарету, поскольку обычные дома он не курил, только в походах в иные миры, ответил Дикий, — ты идешь в отдел, сдавать трофеи и получать заслуженную похвалу. Как, кстати, твой резерв, ты ведь неплохо поглотил за эти два дня?

— Неплохо, — подтвердил Ворот. — Сейчас-то мою долю никто урезать не мог, вот я и использовал все возможности. Так что теперь резерв около четырнадцати. По нему я сильнейший зеркальщик отдела, ты не в счет, так как вроде вольный.

— Скоро еще сильнее будешь, когда я разберусь с хранилищами, которые мне Тобол передал, скорее всего, сразу скакнешь до двадцати, а может, и двадцати пяти.

— Слушай, — голос Матвея слегка дрогнул, — вот опять. Ты же мне даром отдаешь невероятное сокровище. Любая ведьма заплатит миллионы за него. Ты можешь использовать его сам, раскачав источник, но ты отдаешь мне, как так?

— Я вкладываюсь в свою безопасность, — усмехнулся Радим. — Я силен ровно настолько, насколько слаб тот, кто идет со мной. В моих интересах превратить слабое звено в сильное. Будь у тебя резерв хотя бы в половину от моего, когда мы резали демонов, и все бы прошло куда проще и безболезненней. Ладно, закрыли тему. Как только я определюсь с тем, что пойдет тебе, мы отправимся в расколотый мир, и уже там ты его вскроешь. А теперь, — Вяземский снял блокировку с зеркала, — валите, товарищ старший лейтенант, на все четыре стороны, мне еще за зеркалом идти. Старостину передай, что если все пройдет хорошо, — он глянул на настенные часы, — вечером загляну.

— Давай, Дикий, увидимся. Думаю, следующий наш поход не за горами, мы выполнили задачу, но лишь частично. Хотя вторая часть теперь видоизменилась.

— Да уж, не за горами, — согласился Радим. — Все, вали, я вещи в стирку закину, а то с меня грязь комьями валится, переоденусь в чистое и пойду в гости.

Со взломом зеркала в логове Даны провозился несколько часов. Надо сказать, она знала толк в защите. Радим по сравнению с ней был дилетантом, талантливым самородком, не более, но он справился. Правда, под конец пришлось действовать грубо и просто проломить последний рубеж. Он вывалился из зеркала под звон бьющегося стекла в темном подвале какого-то частного дома и едва успел выставить щит, поскольку в него влетел огнешар,