промывать раны, Вейн даже не дёрнулся. Его лицо оставалось спокойным, будто я просто смахивала с него пылинки. Я приблизилась к нему и провела влажной тканью по глубоким порезам.

И тут мои пальцы случайно коснулись его горячей кожи.

Внутри меня снова проснулось странное чувство. Мои ладони сами собой наполнились мягкой приятной энергией, и я замерла на месте. От моих пальцев исходило слабое зелёное свечение, оно мягко коснулось рваных ран Вейна.

На моих глазах края порезов начали быстро стягиваться, кровь мгновенно остановилась и царапины исчезли без следа. Осталась только здоровая чистая кожа. Это заняло всего несколько секунд. Никаких шрамов и боли.

Вейн резко напрягся. Его ровное дыхание сбилось, а мышцы на его теле превратились в твёрдый камень. Я испуганно отдёрнула руку от его плеча.

– Больно? Что я натворила? – спросила я с явной тревогой в голосе.

Он молчал какое-то время, а затем медленно и глубоко выдохнул.

– Нет, – его голос звучал очень странно. Глухо и хрипло. Словно он изо всех сил пытался сдержать сильные эмоции. – Просто… это было неожиданно. Твоя магия работает лучше самых дорогих лечебных зелий, Лика. Гораздо лучше.

Он быстро надел куртку обратно, спрятав вылеченное плечо. Я заметила, как он нервно поправил чёрную повязку с рунами, словно пытался скрыть свою растерянность от меня. Если бы я не знала, что он обычный нахальный наёмник, то решила бы странное. Будто ему только что сняли тяжеленный груз с души. Он выглядел очень расслабленным, как человек, у которого внезапно перестала болеть старая и мучительная рана. Я видела такое у людей в своём мире после удачного лечения тяжелой болезни.

Я пожала плечами и села по другую сторону от костра. Яркое пламя танцевало на сухих ветках. Мы сидели в полной тишине, напряжение после нашей безумной погони постепенно уходило.

Я подняла голову и посмотрела на ночное небо.

Там не было привычных созвездий моего мира. Только россыпь чужих и холодных звёзд. Они складывались в совершенно незнакомые мне узоры. В груди сильно кольнула тоска по родному дому. По шумным улицам города и горячему напитку по утрам и по тому комфорту, который остался в прошлой жизни.

– Твои глаза блестят. Словно ты прямо сейчас собираешься заплакать, – вдруг неожиданно сказал Вейн. Он сидел неподвижно и смотрел на огонь.

– Откуда тебе знать, как блестят мои глаза? – буркнула я в ответ. Я пыталась скрыть мелкую дрожь в своём голосе. – У тебя же повязка на глазах.

– Я чувствую твоё настроение. У тебя аура стала печальной и тяжёлой. Даже наш костёр теперь горит слабее, – он слегка наклонил свою светлую голову набок. – О чём ты сейчас думаешь, цветочек?

Я тяжело вздохнула, обняв свои колени руками и прижалась к ним подбородком.

– Я думаю о своём родном мире, и о доме.

– И какой он? Твой мир? – Вейн спросил это без своей привычной издёвки, в его голосе звучал только искренний интерес. Никакого сарказма и шуток.

– Он совершенно другой, – тихо ответила я. Я смотрела прямо в яркое пламя. – У нас нет магии, заклинаний, лечебных зелий и лесных духов. Нет болотных монстров, которые хотят откусить тебе ноги по колено. Зато у нас есть огромные города. Дома там строят высотой до самых облаков. И по небу у нас летают не страшные драконы, а железные птицы.

Вейн повернул ко мне своё лицо. Свет от костра играл на его скулах.

– Железные птицы? – переспросил он с большим сомнением. – Хочешь сказать, что тяжёлый кусок железа может сам держаться в