обрушив на Тарена град ударов. Тарен, оттесненный к стене, сплюнул кровь прямо в маску. Одно ребро точно сломано, и доспех не помог!

Пусть боль была неподдельной, Тарен сделал вид, что ему еще хуже, чем на самом деле: медленно пополз вперед на четвереньках, застонал, попытался встать на подгибающихся ногах.

Накир рассмеялся.

– Как ты смог поубивать аракешей? Ты бы не выстоял даже против гвардейца!

Тарен зашипел, втягивая воздух сквозь стиснутые зубы. Вот теперь будет по-настоящему больно… Пряча руки под плащом, Тарен незаметно снял нож с пояса и привстал на полусогнутых ногах. Стоило бросить нож, как боль отдалась в сломанном ребре. Как он и думал, Накир поймал клинок, но Тарену это и было надо: он бросился влево и ласточкой нырнул с балкона с крюком наизготовку.

Позволив себе пролететь этаж, он в последний миг забросил крюк на небольшой балкон. Крюк зацепился и натянул веревку, а вместе с ней боль дернула ребра Тарена так, что тот невольно разжал руки. Пролетев еще этаж и ухватившись за следующий балкон, он мысленно поблагодарил архитекторов дворца, сделавших парадные залы такими симметричными.

Собрав все свои силы, он подтянулся и перелез через перила, шлепнувшись на пол. На два этажа ниже эльфов, но все еще во дворце, полном аракешей. Превозмогая боль, он схватил рог и подул, надеясь, что хоть кому-нибудь это поможет избежать ловушки убийц.

О Халионе он решил не думать, сосредоточиться вместо этого на побеге. Если он сможет сбежать, значит, сможет и вернуться, чтобы спасти брата.

Если он сможет сбежать…

Тарен рванул по великолепным коридорам без оглядки. Вокруг эхом разносился звон стали о сталь, крики умирающих сов. Они были тренированными бойцами, но в подметки не годились аракешам. Белый филин дул в рог снова и снова, надеясь, что друзья услышат.

Он бежал все дальше во дворец, пока не добрался из коридоров прислуги до центральной лестницы. Трое аракешей как раз теснили его людей вниз по ступенькам. Все трое (одним из них оказался Арго) были одеты как каратские солдаты, только вместо шлемов – красные повязки на глазах.

– Бегите! – крикнул Тарен, бросившись на убийц сзади. Это спасло юную упавшую сову – товарищи быстро подняли ее на ноги и уставились было на командира, но Тарен вновь заорал, чтобы они убегали. Совы нехотя послушались и, придерживая подругу, отступили в сад.

Трое убийц кинулись на него как один, двигаясь в идеальной гармонии. Несмотря на то что в руках у них были солдатские мечи, а не парные клинки аракешей, сражались они грациозно, каждая их атака несла смерть. Пришлось забыть про боль в ребрах и уворачиваться, чтобы и конечности не отрубили. Он то и дело бросал во врагов кинжалы, но чутье убийц каждый раз оказывалось на высоте: они легко уворачивались от летящих ножей.

Стоило ему оступиться, как аракеш врезал ногой с разворота прямо в сломанную маску, и Тарена закрутило, кровь хлынула в рот.

Новая боль его только разозлила.

Он выпрямился, забыв о сломанных ребрах, и одним движением достал из ножен два меча, скрывавшихся под плащом на спине. Убийцы попятились от его атак, но равновесия не потеряли, медленно окружая его, отбивая каждый удар.

Но долго ли он сможет продержаться? Их больше, он ранен, а скоро ведь и эльфы спустятся его добить.

«Неважно, – сказал он себе. – Главное, чтобы совы успели сбежать…»

– Тарен! – Брайго вбежал в фойе вместе с шестью совами-лучниками. Зазвенели тетивы, и на убийц обрушился вихрь стрел. Убийцы разрубали их мечами, уворачивались, то и дело открываясь, и Тарен не стал искушать судьбу: бросился вперед, одним клинком целя в ноги первому и в грудь второму.

Ноги первого аракеша подкосились, и он сделался легкой мишенью для стрел. Остался лишь один Арго.

Тарен извлек мечи из зазора между доспехами, наблюдая, как падает окровавленное тело под ноги победителя.

– Сдавайся… – прохрипел Тарен.

Арго медленно повернул голову.

– Тебя, может, и учили сдаваться… но меня учили выживать.

Предатель спрыгнул с лестницы, высоко занеся меч, но Брайго с совами не зевали – даже вонзили в него две стрелы. Тарен побежал за ним, перескакивая через ступеньки, привычным движением огибая сов. К тому времени как он оказался на расстоянии удара, Арго врезался в ряд сов и убил четырех из семерых. Белый филин бросился на него яростно, вихрем ударов оттесняя от остальных.

Ничего не вышло.

Даже с двумя стрелами, в плече и в ноге, Арго проскользнул мимо Тарена и вонзил меч в живот Брайго.

– НЕТ! – заорал Тарен, остановившись, не в силах поверить, что самый верный старый друг только что получил смертельную рану.

Не успел он контратаковать, как Арго толкнул Брайго ему в руки с такой силой, что оба повалились. Выжившие совы, похватав луки, отогнали Арго, но тот сбежал через неприметную дверь.

– Брайго… – Тарен держал друга в объятиях, кровь все лилась и лилась. – Быстрее, – велел он совам. – Заберите его! Нужно уходить!

Совы подхватили Брайго и утащили в сад. Тарен, испуганно вертя головой в поисках убийц, побежал за ними, в ужасе глядя, как кровь друга течет и течет, марая пол.

Они проиграли. Он проиграл…

Часть 3

Глава 19. Антимагия

Гидеон сидел на мягкой траве и любовался тем, как солнечные лучи отражаются от древнего клинка драгорнов. Яблоко Скорбящего, выполненное в виде драконьей головы, мерцало и переливалось в сиянии. Мечи Гидеона никогда не интересовали – он был магом и полагался на магию или свой крепкий посох, – но что-то в этом клинке притягивало его.

Вот уже два дня он приходил сюда и долго сидел, любуясь Скорбящим, давая раненой ноге спокойно зажить.

Ему было немного одиноко: Галанор частенько взбирался на летающие скалы, Адриэль же избегал своих гостей. В огромном оазисе это было несложно. Странно, но отсутствие Иларго Гидеон тоже заметил: зеленый дракон был ранен, спасая его от гнева Маллиата, но Гидеон был уверен, что вылечится Иларго быстро. Его собственная рана, появившаяся на том же месте, уже заживала.

Но не успел он понять, откуда такая связь, как на поляну вышел Галанор. Он мог бы подойти бесшумно, но из вежливости специально пошуршал ветками, заявляя о своем присутствии.

– Зачем ты все смотришь на этот меч? – спросил Галанор.

– Не знаю, честно. Он явно волшебный… Я же маг, мне интересны такие штуки. У вас, эльфов, разве не так? –