можно было принять за хорошую деревенскую свинину, подкопченную над очагом. Но я всё равно ощущал под этим запахом нечто большее, нечто сладкое и желаемое — духовную энергию зверя.

Положив кусок со спины на доску, я провёл ножом по плотной поверхности. Лезвие входило с лёгким хрустом и добиралось до мягкого и сочного мяса внутри. Я отрезал несколько полосок с лопатки и шеи, снял грубые края и начал работать ножом.

Копчённое мясо рубилось иначе, нежели сырое. Оно было плотнее и при разделывании выпускало в воздух новые волны запаха дыма. Постепенно куски превратились в плотную рубленную массу под тяжелым лезвием мясницкого тесака, в которой тёмные волокна мяса, перемежались с маленькими кусочками янтарного жира.

Я добавил щепоть соли, немного соевого соуса и растёр меж пальцами сухой базилик. Он пах горьковато и даже можно сказать терпко, как раз то, что нужно для копчёного мяса.

Рядом лежал дикий батат. Я очистил его ножом от грубой кожицы и нашинковал мелкими кубиками. Его сладость хорошо ляжет в контраст копчённого мяса. Осталось только добавить к этому рис.

Когда снял крышку с котелка, в лицо ударило облако горячего пара. Рис уже почти дошёл, а вода сверху ушла. Я, прислушиваясь к тихому и густую побулькиванию, сгрёб угли печи в сторону и тем самым снизил температуру готовки. Пускай рис впитает себя остатки влаги и хорошенько настоится.

Для мяса я поставил свой второй котелок, потемневший от старой копоти, на дно плеснул масла и бросил пару раздавленных зубчиков дикого чеснока. Пришлось, правда, походить по округе, добывая растущие в горах ингредиенты, но это зачастую совпадало с моими тренировками у реки, да и несколько особенно «овощных» точек я сумел хорошенько запомнить.

Как только чеснок начал золотиться, сгрёб рубленное мясо и закинул внутрь. Оно зашипело, но иначе, чем сырое. Сначала пошёл густой аромат дыма и жира, будто я вновь оказался у огня, над которым коптил мясо. Я быстро разминал массу деревянной лопаткой и наблюдал за тем, как жир вытекал прозрачными каплями и смешивался с чесноком.

Затем добавил ещё немного соевого соуса тонкой струей по стенке котелка, и пар поднялся густым тёмным облаком. Следом отправил в котелок батат. Кубики быстро покрылись жиром и потемнели по краям. Я перемешал всё ещё раз и добавил совсем немного речной воды, достаточно, чтобы покрыть мясо и батат для загустения соуса.

Через некоторое время копчённое мясо потемнело ещё сильнее, а края стали хрустящими. Батат размягчился и впитал в себя часть соуса. Я достал деревянные палочки для еды и попробовал кусочек на кончике — вкус получился насыщенным, несмотря на простые ингредиенты, и одновременно глубоким из-за мяса дикого яогуая.

Осталось только досолить совсем немного, добавить щепотку травы и дать блюду постоять над слабым жаром. Пока процесс шёл, я взял миску и распушил в ней рис, а затем выложил сверху рубленное мясо с бататом и щедро полил тёмным соусом. Запах поднялся такой, что я на мгновение просто замер.

Но это ещё не конец. Прежде чем приступать к еде, закрыл глаза, сложил ладони у нижнего ядра и выпустил часть Ци с выдохом. Малец и без того высасывал её из меня, поэтому насытить готовое блюдо собственной же энергией оказалось практически невозможно. Однако, когда открыл глаза, то увидел, что на кончиках зёрен риса едва заметно переливался солнечный свет. Получилось, уже в очередной раз, но всё ещё слишком слабо, всё ещё не дотягивает.

Я решил, что такое ароматное блюдо лучше съесть на свежем воздухе, поэтому не забыл взять с собой зверька, засунул его в нагрудный тряпичный кокон и вышел с тарелкой в руках. Всего на мгновение мне удалось прогнать все мысли прочь. Долг, проблемы с техникой, появление линшоу — всё это испарилось под приятный аромат будущего обеда.

Я решил устроиться у своего лагеря, где проводил ночи на пролёт, стараясь как можно сильнее вгрызться в гранит науки. Палочки остались в хижине, а я, вооружившись обычной деревянной ложкой, принялся всё хорошенько перемешивать.

Сначала рис — мягкий и спокойный. И лишь потом мясо.

Я засунул в рот ложку и принялся тщательно всё пережёвывать. Рис таял на языке, а плотные волокна мяса и мягкий батат оказались не такими уж и жесткими, что заставило меня невольно усмехнуться. Вот так-то, Яо Ху, если уж и превращать демонического зверя в еду, то пусть это будет что-нибудь достойное и вкусное, а не просто кусок отварного мяса.

Первую ложку проглотил почти машинально. На мгновение показалось, что зверёк в коконе шевельнулся и издал едва заметный писк. Я сжал деревянный прибор меж зубов, отодвинул ткань и, взглянув на существо, сквозь зубы произнёс:

— Что? Тоже хочешь? Ну так просыпайся, и будет тебе ГайФан из Камнегрыза.

Но он продолжил мирно спать, высасывая из меня энергию. Тело требовало еды и напоминало, что неплохо бы продолжил обедать, а не разговаривать со спящим зверем. Я набрал риса с мясом и засунул в рот.

Тёплый соус растекался по языку, жир мягко обволакивал нёбо, и где-то в груди, подо всей этой палитрой вкуса вспыхнуло знакомое ощущение. Оно сначала зародилось в желудке, постепенно начинало подниматься вверх и расползаться по телу. Я на мгновение закрыл глаза и позволил дыханию замедлиться. Ци в мясе оягуая всё ещё была жива, если так, конечно, можно выразиться. Только теперь она была приправлена солью, соевым соусом и терпкими травами.

С каждой новой ложкой это чувство становилось сильнее, будто внутри меня разливался густой горячий бульон, который медленно наполнял пустые каналы меридианов. Они внезапно пробудились и принялись насыщаться свежей природно-дикой духовной энергией, прогоняя её через всё тело. Я почувствовал, что моё дыхание становится глубже, что тепло из живота поднимается вверх по позвоночнику и растекается по плечам. Даже мысли стали чище, будто в голове наконец делали уборку.

К тому моменту, когда миска опустела наполовину, эффект стал особенно явным. Духовная энергия не рвалась наружу бурным потоком, а шла медленно и размеренно, будто сама пища просачивалась в тело не кусками плоти камнегрыза, а его силой. Видимо, так и влияет хорошая еда на тела практиков, без всплесков, без опасности, лишь спокойная и мягкая гармоничная волна энергии.

Я поставил миску рядом и позволил себе расслабиться. Тепло разошлось по меридианам, и на мгновение мне показалось, что отчётливо ощущаю, в какой точке она сосредотачивается. Моё тело подсказывало, нет, оно кричало, что сейчас самое подходящее время для того, чтобы попробовать изучить новую технику.

В