время как командир остался один в гостиной, обдумывая дальнейшие планы. До отъезда оставалось не так много времени, и стоило хорошенько подготовиться. Посмотреть и, если нужно, пополнить запасы в Лакомке, проверить броню и оружие.

— Зефир, — в комнату вошел Эден и направился к креслу. — Ты так ошарашил меня своими новостями, что я забыл рассказать тебе кое о чем.

— Да? — обратил на него внимание командир.

— Помнишь, я немного усовершенствовал эликсир из восьмилапа, которым мы помогли принцу?

— Конечно, — кивнул Зефир.

— Так вот, почему бы нам не продавать его?

Командир с некоторым недоумением посмотрел на собеседника и спросил с серьезным видом:

— А где мы тот особый яд возьмем, которым надо будет для начала потравить наших будущих клиентов?

Теперь уже чудовищный алхимик непонимающе хлопал глазами, а затем, когда до него дошло, хохотнул:

— Нет, так далеко мы заходить не будем. Я недавно говорил со своим учеником, и он вдруг предложил идею, которая мне почему-то даже в голову не пришла.

Зефир с интересом посмотрел на него. Он, в общем-то, считал Эдена гением, способным чуть ли не на всё, когда дело касалось чудовищной алхимии, и такое признание его заинтриговало.

— Ты же помнишь, я говорил про исходный образ, который помогало восстанавливать мое средство? — продолжил собеседник.

— Да.

— Так вот: мутации в зоне — это насильственное навязывание чужеродного образа, причем крайне непредсказуемого. И, если принять эликсир до того, как изменение завершится, то можно избежать пагубных последствий, — проговорил Эден торжественно.

— А твое средство улучшенные основания не испортит? — спросил командир.

Собеседник задумался и проговорил несколько неуверенно:

— Не должно, наверное. Это — тоже, конечно, насильственное навязывание чужеродного образа. Хотя и контролируемое, с предсказуемым результатом. Однако к тому времени, как ты выпьешь зелье, позитивные изменения уже давно стали новым непреложным законом для тела и повернуть вспять не должны.

— Ну тогда не вижу проблем, если ты уверен в средстве, — после небольшой паузы дал добро Зефир.

— Я не до конца уверен, что средство поможет. Нужно тесты проводить… — заметил чудовищный целитель немного сконфуженно, а затем добавил: — И да. Хороший алхимик легко разберется в новом составе и может скопировать его.

Командир задумался. Видимо, тесты действительно были нужны, раз парень так сказал. Причем он явно имел в виду не просто тесты, а исследования с подопытными людьми, подвергшимися недавним мутациям.

И где найти таких, Зефир не имел ни малейшего понятия. Ну не ловить же людей и вывозить в зону без Пропуска?

К тому же даже если они разберутся с этой проблемой, оставалась другая — как защитить средство от копирования? Без этого вся затея теряла смысл.

— Слушай, боюсь, я ничем не смогу тебе помочь, — проговорил командир, разведя руками.

— Да не, я здесь не для того, чтобы еще больше тебя напрягать, — улыбнулся Эден и добавил: — Решение есть. У меня в одном торговом доме появился знакомый, мелкий приказчик по имени Януш. Думаю, с ним можно будет обсудить все вопросы. Правда, прибыли мы раза в три меньше получим, но зато с их помощью решим обе проблемы. Наверное.

Последнее прозвучало уже не так уверенно. Но Зефир не обратил на это внимания. Чудовищный алхимик мог только предполагать, а ясно всё станет только когда они пообщаются с работником этой организации.

— Хорошо, — в итоге согласился командир. — От меня что-то потребуется, пока я еще здесь?

— Да, — кивнул собеседник. — Я бы мог как частное лицо с ним всё обсудить, но будет лучше, если я сделаю это при тебе.

Логика в его словах присутствовала. Всё же Зефир был главой клана, а значит, и отношение приказчика будет другим. А еще Эден, сам того не зная, поднял важную проблему: как будет функционировать Бессовестный Енот без своего главы?

Следовало срочно сделать Варну заместителем и передать ей нити управления. Бюрократия, конечно, жуткая, но без этого никуда.

— С тобой нужно сходить? — уточнил командир.

— Нет, — отмахнулся чудовищный алхимик. — Я сегодня договорюсь, чтобы он завтра сам к нам пришел в резиденцию. Допустим, к полудню.

Зефир кивнул, а Эден в этот момент несколько замялся, но всё же спросил:

— Ты уверен насчет участия в войне? Мы с нашими способностями в любом уголке мира устроимся. Что нам этот особняк и титулы?

— Уверен, — посмотрел на него глава клана. — К тому же я не собираюсь напрасно погибать. Если всё выйдет из-под контроля, мы отступим и вернемся в столицу.

— Ладно, — поднялся чудовищный алхимик. — Пойду я.

…

На следующее утро командир сходил с Варной в магистрат и оформил на нее верительную грамоту, а затем отправился по лавкам. При проверке запасов в пещерке оказалось, что Лакомка повадилась хрустеть сырой гречкой на складе и испортила один из мешков. Ну как испортила — брала по чуть-чуть и обслюнявила содержимое до такой степени, что зерно превратилось в размокшую кашу, а потом в камень.

Ругаться на нее Зефир не стал — у него просто язык не поворачивался, когда она смотрела на него своими грустными глазищами из стены. Но настоятельно попросил больше так не делать, а если уж очень хочется — спросить.

На что Лакомка в своем неповторимом стиле резонно заметила, что парень ее о-о-о-чень давно не навещал и спросить ей было не у кого, а потом облизала ему лицо.

В чем-то пещерка была права: молодой человек не наведывался сюда полторы недели. Он вытер слюни, пообещал бывать почаще и быстро закруглил неудобный разговор.

Так незаметно наступил полдень. Гостя из торгового дома еще пока не было, и Зефир расположился в библиотеке с книжкой, когда услышал стук снизу.

Отложив чтиво, парень направился на первый этаж и на лестнице увидел странную картину в прихожей.

Брут, оказавшийся внизу, открыл гостю — короткостриженому блондину в районе сорока лет, одетому в длиннополый и подпоясанный халат зеленого цвета со стоячим воротником.

— Добрый день, господин Глава, — уважительно поклонился незнакомец еноту в тот самый момент, когда из-за поворота появился Эден.

Командир замер с поднятой ногой, так и не ступив на следующую ступеньку. Чудовищный алхимик тоже в этот момент глупо хлопал глазами, а мохнатый заозирался по сторонам и, заметив множество зрителей, начал гневно тявкать и махать лапами, показывая, что никакой он не «глава».

Зефир продолжил спуск, а Эден, выбитый из колеи, в этот момент несколько заторможенно произнес:

— Э-э-э… А где Януш?

Через мгновение чудовищный алхимик понял, что спрашивает что-то не то, и исправился:

— Вы из Торгового дома «Тысячи порезов»?

— Да, — разогнулся блондин и повинился перед Брутом, — и прошу прощения, обознался.

Мохнатый