пасть, схватив одного змея. Песок взорвался ещё и ещё, по числу летунов.

Карш обернулся, словно надеясь сквозь камень увидеть тело Марага и спящего беспробудным сном гвара. «Тхи Тхару», – мысленно произнёс караванщик и подумал, что, может, эти твари и есть хитару, странники песков и слуги времени, провожающие мёртвых до Порога. Монстры-падальщики, а не отшельники тхару, служащие Порогу. Правда была безобразна, и потому веками смягчалась и приукрашивалась, пока не превратилась в сияющую легенду. Ведь что есть сказка, как не перекроенная и перешитая реальность, разорванная на части и сшитая в лоскутное одеяло временем и народом.

Перебранка ваишей за добычу резала слух и наполняла душу холодным ужасом. Караванщик и наёмница изо всех сил гнали мысли о том, что происходило там, где лежал Мараг. Но вот они встретились взглядом, и их глаза были выразительнее любых слов. Как в отражение, они смотрелись на рвущую душу скорбь, вину и злость бессилия друг друга.

– Они вернутся за нами? Так ведь? – спросила Ашри.

Карш кивнул. И элвинг кивнула в ответ.

Карш убрал книгу и достал свёрток. Осторожно размотав тряпицу и открыв крышку, он протянул шкатулку с ормами элвинг.

Ашри потянулась, но Сварг мотнул головой, чуть не выбил шкатулку из рук караванщика. Кайрин издал грозный рык. Элвинг нахмурилась и вновь протянула руку. И снова Сварг не дал ей коснуться камней. И в этот раз его недовольство было громче и клюв щёлкнул у самого лица элвинг. Ашри устало улыбнулась и положила ладонь на морду друга. Зверь наклонил голову, слушая элвинг. Они спорили. И в итоге победила элвинг: кайрин опустился на каменный пол, складывая крылья.

– Доверься мне, – чуть слышно сказала она. – Верь в меня.

Сварг замолчал. Ашри отняла руку и улыбнулась. Словно каштан из огня, она выхватила орм и зажала в ладони. Её глаза вспыхнули, из-под пальцев, сжимающих камень, вырвались всполохи и тут же втянулись обратно. Покачнувшись, Ашри разжала руку: орм, горящий ярко-лиловым светом, упал на чёрный гранит и покатился к краю.

Карш наклонился и перехватил самоцвет, не дав ему упасть. По пальцам караванщика прошёл разряд, будто обжёгся о листья хлыстовика.

– Что дальше? – караванщик подошёл к Ашри.

– Помоги мне, – голос элвинг потускнел.

Сварг подставил рогатую морду, бережно удерживая хрупкую девчонку от падения.

– Говори, что делать, – Карш побыстрее желал избавиться от обжигающего камня.

Кайрин опустился и подставил механическое крыло. Ашри откинула с лица прядь и ухватилась за выступающие цилиндры, что соединяли плоть и протез зверя. Под её пальцами панели чуть сместились, и, подцепив, элвинг открыла крышку.

Карш заглянул: внутри, в прозрачной капсуле, свернувшись тонкими нитями, подрагивало нечто, похожее на тонкую длинную живую лиану, скрученную и испускающую свет. В пазах рядом с «жгутом» было три тусклых небольших рубина. Два столь бледные, что почти напомнили стекло.

– Что это за гадость орхи дери? – Карш брезгливо сморщился.

– Положи камень сюда, – Ашри дрожащей рукой указала на нишу, похожую на капкан и, повернув крохотный рычажок, развела металлические зубцы. Карш аккуратно поднёс орм и, как только камень оказался на месте, элвинг отпустила рычаг, и пасть оправы вонзилась в сияющий камень.

– Как странно, – элвинг показала на маленькое пятнышко внутри лилового пламени.

Карш пригляделся – как муха в янтаре, в заполненном пламенем элвинг камне плавала крупица зелёного света.

Ашри нахмурилась и дотронулась до камня. Тот не откликнулся.

– Что это значит? – Карш тряхнул головой.

– Он заполнен, – задумчиво произнесла элвинг, наблюдая, как зелёная точка растворяется в фиолетовом, сначала становясь чёрной, а после просто развеиваясь лёгкой дымкой, не оставляя следа. – Это твоё пламя.

– Не может быть, – отмахнулся караванщик. – Зелёное пламя не уживается с бистами, должно быть, при добыче занесло, или Каднир не всегда надевает перчатки.

– Но ведь ты… – Ашри мотнула головой. – Ладно…

Тут клубок ожил, свет камня коснулся капсулы, впитался отростками, искрами побежал по виткам и устремился дальше – механическое крыло засияло.

Сварг сделал несколько прыжков и расправил крылья, взмахнул ими. Волна воздуха ударила в Карша, лишив дыхания.

Ашри повернулась к караванщику.

– Имбиру принял камень, – с облегчением выдохнула элвинг, – но нужен ещё один или два…

Ашри достала из пояса флакончик с жидкостью и опрокинула в рот. Поморщившись, элвинг растёрла ладони.

– Это ведь новые рубины, – задумчиво произнёс Карш.

– Не так прочны, как рубины, – пожала плечами элвинг. – Непостоянны, нестабильны, не изучены… Но можно вечно доить носителей пламени и использовать их мощь.

Карш взял тряпкой орм и положил на камень перед элвинг.

– Ты уверена, что справишься?

– Будто у нас есть выбор, – усмехнулась девчонка. – Отдохну на спине Сварга: перелёт долгий.

На пальцах элвинг возникло пламя, но стоило ей дотронуться до молочного орма, как огонь погас, а камень засиял пурпуром.

– Рубиновые шахты заставляют лилии цвести алым и наполняют великаньи деревья силой. Они кровь и жизнь самой земли. А эти, – Ашри кивнула на крыло Сварга, – они словно вынимают душу. И запертая душа мечется, пока не найдёт выход. Имбиру пьёт пламя и направляет его в металл и плоть. Я не знаю, сколько надо камней на этот перелёт, и не знаю, как это изменит всех нас.

– Но у нас нет выбора, – закончил за неё Карш.

Ещё одно прикосновение к камню, и кровь отхлынула от лица элвинг. Ашри вновь вызвала пламя, глаза её засветились и тут же погасли: орм поглотил энергию, запечатав в себе. На лбу элвинг выступила испарина, кожа на лице стала серой, губы упрямо сжались. Но она вызывала пламя раз за разом и отдавала камням. В перерывах опустела ещё пара флаконов, и Карш, как ни мучило его любопытство, не стал спрашивать, что за жидкость вливает в себя элвинг и что позволяет ей всё ещё держаться на ногах. Кайрин опустил уши, бил хвостом и издавал приглушённые утробные звуки, похожие на плач.

Восемь пульсирующих лиловых ормов совсем не были похожи на своих блеклых собратьев и искрились, словно внутри них текла сама жизнь. Ашри пошатнулась и устало опустилась на пол. Всё заняло ничтожно мало времени, даже ваиши ещё не закончили свой пир, а Орт и на ладонь не поднялся по небесному куполу.

– Я ощущаю себя бесполезным, – выдохнул Карш. – Может, окропить их моей кровью? Как мне помочь тебе?

– Если ты настаиваешь, то можно скормить твою ногу Сваргу, только реши, правую или левую.

– Ха-ха, очень смешно, – хмыкнул караванщик. – Не предлагай наёмникам «лань», а то не досчитаешься «дракона».

Ашри усмехнулась и попыталась подняться. Карш подхватил элвинг и поразился, какой лёгкой она была.

– Хочу кое-что проверить, – Ашри показала на шкатулку. – Можешь отойти.

Карш отодвинулся, и элвинг осторожно прикоснулась к закрытой крышке пальцами, вызывая пламя. Лиловые лепестки скользнули по резному узору и рассеялись в воздухе. Достав из-за спины кинжал, Ашри подковырнула и откинула крышку, заглянув внутрь.

– Из чего бы она ни была сделана, шкатулка защищает их, –