Мелисанта посмотрела с удивлением. Она не спешила доверять. И это правильно. Мел умна, и думаю, она станет прекрасной королевой. Теперь, когда она породнится с семьей Риатон через меня, никто больше не посмеет мешать ей на пути к власти.

Я же к ней никогда не стремилась. У меня еще остаются дела с Улгуром: я всерьез собиралась заняться маркетинговыми стратегиями не только с бизнесом орка, но и подумать о других пиар-кампаниях.

— Поговорим с вами позже, — произнес король.

И мы с Лорианом вынужденно откланялись. Когда мы вышли в коридор, то некоторое время просто молчали, а затем медленно побрели в сторону балкона.

— Всё еще не верится, что катастрофы удалось избежать.

— Но его высочество Кайлин здесь, и мне стоит этим заняться, — вздохнул Лориан. — Теперь я знаю, с кем он связан и по каким каналам его люди получили доступ во дворец. Разыграть перед ним карты не составит труда.

Я кивнула и заложила руки за спину.

— А что будет со мной? С нами?

Лориан улыбнулся и притянул меня к себе за талию. Вновь его близость действовала на меня одурманивающе. Голова закружилась. Я вдохнула запах хвои и обхватила Дознавателя за плечи.

— А разве я недостаточно ясно выразился в покоях его величества? Ты — моя жизнь. Станешь ли моей невестой?

— А у вас не принято дарить кольцо или браслет при помолвке? — уточнила я. Лориан нахмурился, не совсем меня понимая. Я хихикнула. — Не бери в голову. Глупости из моего мира. Я согласна, Лориан.

Дознаватель склонился к моим губам. Этот поцелуй был полон нежности, любви и… спокойствия. Словно все печали остались за спиной, а впереди ждало светлое и легкое будущее.

Глава 17

К назначенному времени я среди других гостей стояла в домашней часовне Шаардан. Воздух был густым, словно пропитанным сахарной пудрой.

Но меня больше это не волновало. Меня волновал лишь мужчина, стоявший в другом ряду, среди членов семьи невесты.

Я же была подле короля. Кстати, «отец» пошел на поправку. Удивительным и естественным образом. На самом деле оказалось, что придворный целитель действительно хорошо его лечил, именно поэтому Сайрус и Ксайлос поторопились и отравили короля, понимая, что вскоре тот поправится.

Конечно, о полном выздоровлении говорить еще рано. Даже сейчас он стоит, опираясь на трость, но все же это удивительный прогресс. Фижму заточили в монастырь, но не просто так — её нашли и подчистили память, на законном основании в связи с обвинением в шпионаже. Пусть она бы и не узнала во мне свою дочь, Амари, все равно слишком опасно оставлять свидетеля.

Вчера его величество объявил о том, что нашел давно потерянную дочь. Да, бастарда, но признанную не только самим Хамундом Третьим, но и королевским артефактом.

Король чувствовал вину за то, что когда-то отверг Фижму, считая её недостойной, и полагал, что его болезнь — кара Шаардан, и единственный путь искупления — признание дочери и обеспечение её (то есть меня) всеми благами.

Мою историю состряпать оказалось несложно: когда-то король закрутил тайный роман с аристократкой, Севиль Ментлок, но та решила скрыть свою беременность, думая, что ей прикажут избавиться от ребенка.

Родила и сама воспитала дочь, а потом король узнал обо мне. И вот я — ненаследная принцесса, да еще с особенным даром — с Тенью дракона. Меня приняли легко. Конечно, отношения с Мел еще предстоит налаживать, но теперь нам нечего было делить.

Вчера они встретились с Рейгаром, на приеме в честь моего нового статуса. И сразу же поругались. Как сказал Лориан, они были знакомы прежде, ведь в детстве принцесса была влюблена в великолепного мага, но тот, ввиду того что был почти на десять лет старше, никогда не отвечал ребенку взаимностью.

Но кто знает, как сложится теперь?

Быть может, именно Рейгар, бежавший от власти и старых устоев столько лет, станет следующим королем.

Я устремила взор на Лориана. Он тоже оглянулся на меня и слегка улыбнулся. Еще никто не знал о нашем романе. А мне так хотелось прямо сейчас присвоить этого мужчину. Да хоть пойти под венец вместо Элины!

Аромат ладана и белых лилий стоял тяжелым облаком. Солнечный луч, пробившийся сквозь витражное окно, лег на алтарь, превратив его в расплавленное золото.

Трубы возвестили начало. Все встали. В дверях, залитая светом, застыла Элина вместе с женихом — Тенарисом Кармоном. Брак двух детей сильнейших Высоких лордов, входивших в совет, был событием года. Тенарис был под стать своей невесте.

О нем мне вчера поведал Лориан, когда ночью тайком прилетал ко мне во дворец.

На пару лет младше Лориана, с каштановыми волосами и карими глазами, смотрящими на мир слишком беспечно для того, кто собирался стать наследником своего отца. Несмотря на то, что он был сильным от природы магом с Тенью дракона, предпочитал не работать, а прожигать деньги отца, оттого Лориан мало с ним пересекался и немного знал о его характере. Разные круги интересов и знакомств.

Перевела взгляд на сестру Дознавателя. Элина была ослепительна. Платье из серебряной парчи, усыпанное крошечными кристаллами, струилось за ней, словно лунная дорожка. Тончайшая фата, закрепленная в волосах бриллиантовой диадемой, скрывала ее лицо, но я знала, что под ней — улыбка. Она искренне любила своего жениха. Она шла к алтарю медленно, величаво, точно и вправду была центром этого мира.

Сайрус Риатон удовлетворенно улыбался. Для него нет ничего важнее гордости. Элина была его продолжением. Его совершенством. Какие сейчас у них отношения? Я не могла знать. Но понимала, что ближайшие месяцы нам будет непросто после всего случившегося в городском храме Шаардан.

Тодж был жив, но ничего не помнил, к счастью. Он продолжал работать на Лориана, для него время не меняло ход. А вот наёмникам, убитым Элдженом, пришлось частично стирать память.

Священнослужитель, облаченный в тяжелые парчовые ризы, начал обряд. Слова клятв плыли под сводами, древние и безжизненные, как этот мрамор. Элина произносила свои ответы чистым, звонким голосом. Я смотрела на ее тонкие пальцы в перчатках, сжимающие руку Тенариса, и видела, как они слегка подрагивают.

Кровь жениха и невесты смешалась в чашах, а после её нанесли на запястья брачующихся кистью — и вот символы вспыхнули брачными татуировками, закрепляя союз.

Священнослужитель объявил их мужем и женой перед лицом богинь и закона. Грянула торжественная музыка. Зал взорвался аплодисментами.

Далее процессия переместилась обратно в родовой замок,