семьи клана придётся согласиться. Возможно, даже на какое-то время поумерить амбиции. Нет, не навсегда. Он слишком долго шёл к своей цели, чтобы отказаться от неё. Но паузу сделать придётся. Впрочем, не в первый раз.

— Чёрт, — негромко выдохнул сквозь зубы Михаил Павлович.

Где-то даже восхищенно.

Привычки разговаривать с собой он не имел. Однако и обстоятельства были исключительными. Давно спикер не знал столь сокрушительного провала. В кои-то веки можно и выругаться вслух.

«И даже выпить грамм пятьдесят.».

Мужчина потянулся к кнопке вызова лифта и замер. Палец, увенчанный холёным ногтем, так и не нажал пиктограмму вызова лифта. Несколько секунд Спикер постоял, о чём-то размышляя. После чего резко развернулся и отправился на лестничную площадку. Однако и пешком он не поднялся на свой этаж, а свернул к неприметной двери, оказавшись на сервисном балконе, который использовали техники из службы обеспечения.

Здесь даже энергетического щита не было.

Свирепый порыв ветра едва не втолкнул мужчину обратно. Однако спикер справился и прикрыл за собой дверь. Ветер тут же ударил его в лицо холодной струёй. Несколько секунд мужчина молчал, чувствуя, как злые «накаты» пробирают до костей.

Он так давно не делал этого. Нужно было решиться.

— А-А-А!

Хриплый крик вырвался их его горла. Михаил Павлович орал громко. На разрыв аорты.

Через несколько секунд стало легче.

Постояв какое-то время, спикер воровато оглянулся. Хотя кто бы его здесь услышал? Злые порывы буквально сносили такой слабый и незначительный на фоне могучего гула движения воздушных масс крика.

Как же давно он этого не делал…

— Так, — решил Михаил Павлович вслух, доставая из внутреннего кармана гарнитуру. — Пора заняться делом.

Активное шумоподавление — замечательная штука. В такой и рядом со взлетающим глайдером разговаривать можно. Собеседник не услышит лишнего звука.

Кроме того, здесь прослушать разговор будет еще сложнее, чем в тире.

Да, спикер понимал, что этот раунд проиграл. Не первый и не последний раз. Какое-то время он на крючке у головы и его подпевал. Но это не значит, что он добровольно сложит руки. Связи есть, возможности тоже. Нельзя победить — нужно минимизировать ущерб.

С этими мыслями спикер ставил гарнитуру в ухо. Был в его жизни список особых номеров, которые он никогда и ни при каких условиях не записывал в память электронных устройств. Один из таких он и набрал.

Абонент ответил на четвёртом звонке.

— Да, господин, — донёсся из динамика гарнитуры голос издалека.

Вот только почтения в нем было куда меньше, чем вопроса: «Какого хера тебе от меня надо⁈».

— Есть задача, — коротко выдохнул Михаил Павлович.

«Глупо», — тут же оценил спикер собственные же слова. Будто бы он стал звонить этому человеку просто потрепаться.

— Я так и понял, — раздраженно ответил собеседник, но тут же чуть презрительно хмыкнул. — Вот уж не думал, что кто-то вроде тебя обратится к таким отбросам, как мы.

В слове «отбросы» в голосе явно послышалась ирония и даже намёк на какой-то прошлый разговор. Удивительно, но в этот раз столь дерзкий ответ не вызвал особых эмоций. Напротив, Михаил Павлович отчего-то остро почувствовал, что жив. Перед тем как что-то сказать, спикер окинул взглядом огни столицы.

«Красота.» — решил он, дыша полной грудью довольно свежий воздух.

Собеседник же продолжил изощряться в остроумии, всеми силами давая понять, что звонку не рад.

— Всё сказал? — неожиданно спросил Михаил Павлович, решив, что любоваться видами ему надоело.

— Сказал, сказал, — хмыкнул собеседник.

Однако в его голосе больше не осталось иронических ноток.

— Слушать готов?

— Да, — тут же прозвучал короткий ответ.

Как бы эти двое ни относились друг к другу, но у них было общее прошлое и не совсем законное. Человека, в иных кругах, известного под прозвищем Топаз, было чем надавить даже на столь влиятельного клановца. Нет, он вряд ли смог бы нанести неприемлемый ущерб спикеру Правления не последнего клана. Но исполнявший иные не самые благовидные поручения главарь довольно крупной банды смог сделать главное: цена его уничтожения оказалась выше выгод от вычёркивания его из мира живых. По крайней мере, для Михаила Павловича. Однако оба прекрасно знали: если небожитель решит, что кое-кто на этом свете зажился, то рано или поздно подручным Топаза придётся организовывать похоронную церемонию.

Скорее поздно, чем рано. Все-таки задача достать не самого последнего криминального босса столицы по определению не может быть простой. А без ресурсов клана — так и невозможный в некоторых случаях.

Гипотетический же удар криминального воротилы вряд ли стал бы смертельным. Однако ущерб бы нанес. И серьезный. И тех, что измеряется не просто деньгами. Именно это взаимное сдерживание и примиряло двух жителей разных миров с существованием друг друга.

— Мне нужны твои люди, — негромко сообщил спикер.

Собеседник промолчал. Начался серьёзный разговор, который лично ему хотелось как можно быстрее закончить. И желательно с минимальными потерями.

Отказать без последствий «небожителю» он тоже не мог.

— Найди для меня одного человека, — потребовал Михаил Павлович.

Топаз не стал задавать уточняющих вопросов.

— Курьер скоро будет у тебя, — просто ответил он.

Спикер Правления вовсе не собирался встречаться с посыльным воротилы лично. Но был согласен с тем, что подобную информацию по открытым сетям не передают. А потому почти сразу же ответил:

— Мои встретят по обычному варианту.

— Тогда подробнее после разговора.

Отбой Топаз дал без прощания. О теплых чувствах между этими двумя речи не шло и близко. И о вежливости тоже.

* * *

— Как она? — вернувшись в комнату, Павел обнаружил ровно на одну девушку больше, чем оставлял во время своего ухода.

— Жить будет, — коротко ответила Лена Кошкина, не отрываясь от манипуляций со спиной канцеляристки.

Той и впрямь досталось.

— Чё принёс? — тут же отозвалась слабым голосом Настя, судя по чуть глухому произношению звуков, явно сжимавшая зубы от боли.

— Не дёргайся, — тут же отреагировала целительница. — Я скоро закончу.

В этот раз Кошкина работала не при помощи современных средств или артефактов, а обратившись к своему дару — напрямую воздействовала энергиями на повреждённые участки организма. Мыши она не соврала. Буквально через несколько секунд канцеляристка растеклась по кровати — её явно отпустило.

— Красота, — выдохнул штатный снайпер группы и «око императора». — Так чего принес⁈

Павел хмыкнул и выложил на перед Мышью шоколадку.

— Дары приняты, — умильно-серьезно кивнула девушка и вновь