– «Crown». Это французское детективное агентство.

– И ты их человек в Гаване[5]. А они в курсе, что ты работаешь еще и на спецслужбы?

– Официально – нет, но, раз они меня наняли, кто-то наверняка об этом знает.

– Арлекино – слуга двух господ.

– Спасибо за комлимент. Как бы там ни было, задача у них одна и та же. Разобраться, была ли смерть Мартинеса убийством.

– Я не доверяю ни тем ни другим. Ни капли. Сотрудники «Crown» – наемники, про спецслужбы я вообще молчу, а вместе они – практически преступное сообщество.

Коломба фыркает:

– Слушай, какая разница, на кого я работаю, если я раскопаю факты, указывающие на убийство? А если ничего не раскопаю, мне все равно заплатят. Чего еще тебе надо?

– Чтобы ты не работала на таких людей. Я рад, что ты решилась на этот шаг: ты прирожденная сыщица, тебе буквально суждено было стать частным детективом, и я сам уламывал тебя, чтобы ты получила лицензию. Ты могла бы открыть свое агентство, самостоятельно выбирать клиентов и пользоваться помощью одного из крупнейших западных криминологов, – говорит Данте.

– То есть твоей?

– Но вместо этого ты выбираешь быть агентом под прикрытием.

– Неправда, я всего лишь источник, частное лицо. И я служу своей стране.

– Трамп говорил то же самое. – Данте допил «московский мул» и готовит себе еще один; на этот раз Коломба просит у него пива: от печенья у нее пересохло в горле. – Значит, у ДИБ есть только ничем не подкрепленные сомнения, что это убийство? Ты всерьез в это веришь?

– Возможно, у них есть какая-то информация, которую они мне не предоставили, но если бы они знали, что Мартинеса убил шпион, то не отправили бы меня.

– Однако они подозревают, что его убили.

– Опасаются, а это не одно и то же. Сермонти показалась мне толковой, я хочу пойти на этот эксперимент. – Коломба притягивает Данте к себе и взъерошивает ему волосы. – Кончай меня доставать. Там продолжение «Бриджертонов»[6] не вышло? Давай посмотрим одну серию, а потом я поеду домой.

– Ты не переночуешь здесь?

– Завтра мне нужно вернуться в Милан, я должна собрать сумку.

– Я категорически против этой затеи, – качает головой Данте. – Так что я еду с тобой.

5

Братья и сестры, также ищущие истинную правду, вечно голую и вечно обретающую свободу лишь на время!

Читали ли вы в газетах, что шесть самых богатых людей в мире зарабатывают столько же, сколько беднейшая половина человечества? Уверен, вы думали, что к вам это не имеет отношения. Ведь мы не неимущие. Мы не зарабатываем доллар в месяц.

Но эти шесть человек, их друзья и друзья их друзей владеют и вами.

Забудьте то, чему вас учили на географии о границах и странах… Есть только одна большая страна под названием Долларония, и управляют ею самые богатые люди в мире. Первые двадцать обладают абсолютной властью. Управляют только они. Всем. Экономикой, войнами…

Каждый из вас потребляет товары или услуги, которые они предоставляют. Интернет, лекарства, оружие.

Всё.

Думаете, вы избрали своего представителя в какой-нибудь парламент? Ошибаетесь. Они посадили его туда, чтобы создать видимость демократии. Но в Долларонии демократии быть не может. А после этих двадцати есть еще сотня менее богатых, чем первые. Это герцоги, князья и графы Долларонии.

И скорее всего, у вас дома – возможно, в холодильнике – есть что-то купленное у них. Хотя они не настолько могущественны, как предыдущие двадцать, при желании все же могут обрушить экономику целой страны. Или развязать войну. Или вернуть Великобританию в Европу, или снова из нее вывести.

За ними следуют несколько тысяч менее богатых, затем еще менее богатые и так далее, по нисходящей. И чем ниже этаж, тем меньше доход и влияние.

Знаете, где находитесь вы? Примерно на триста миллионов этажей ниже. Перед вами выстроились в очередь за доходами около трех тысяч миллиардеров и триста миллионов миллионеров. Вы очень далеко от вершин Долларонии, так далеко, что никогда туда не доберетесь. Представьте себе здание высотой в миллион километров, в три раза выше Луны. Решения принимаются наверху, а вы находитесь там, внизу. На миллион километров ниже. И жаль вас огорчать, но по большому счету вы абсолютно ничего не значите. Если вы закричите, то побеспокоите разве что своего стоматолога, который живет этажом выше.

Ибо чем ниже этаж, тем хуже воздух и еда, тем ограниченнее жизненные перспективы, тем короче продолжительность жизни. А вы, друзья мои, находитесь на триста миллионов этажей ниже. И то, что, по сравнению с теми, кто находится на миллиард этажей ниже вас, с теми самыми, кто зарабатывает доллар в месяц, вы пребываете на небесах, не особенно утешает.

Однако у меня для вас хорошая новость: освободилось местечко на четыреста пятидесятом этаже, где, бесспорно, живется хорошо. Предыдущий обитатель квартиры решил покинуть нас в нежном возрасте сорока девяти лет, – говорят, его настиг сердечный приступ. Странно, ведь он тщательно заботился о своем здоровье еще с тех пор, как начал зарабатывать игрой в мяч. По иронии судьбы, его нашли прямо на вершине небоскреба, и, похоже, что-то тут нечисто, поскольку с того самого момента в небоскребе толкутся полицейские, магистраты и адвокаты. Он был ледяным королем, и, возможно, кто-то его… заморозил.

Так или иначе, радуйтесь. Теперь у вас больше шансов преуспеть.

Удачного восхождения.

Ваш О. Трейн

 Не забудьте нажать сюда и подписаться на мой телеграм-канал «Скрытые истины»!

6

Коломба пытается отказаться от предложения Данте, поскольку она осваивает новый мир, где еще не до конца сориентировалась, а Данте никак нельзя назвать сдержанным и дипломатичным. То и дело он превращается из утонченного джентльмена в мистера Бина и обратно. Но, зная, что он действительно может помочь, она уступает.

Так что на следующее утро Коломба садится за руль его кабриолета «тесла», и они с Данте уезжают вместе. Шум шоссе мешает говорить, и им часто приходится останавливаться, потому что Данте нужно поддерживать уровень никотина и кофеина в крови, а это не так-то просто, когда в лицо бьет ветер. Во время остановок Данте листает на планшете фотографии и документы, которые прислала Коломбе Сермонти. Покуривая сигарету, он смотрит на покупателей, входящих и выходящих из придорожных закусочных, как на ползающих по хлебу муравьев и пьет из термоса кофе, который сварил себе перед отъездом: он скорее перережет себе вены, чем станет пить местную бурду, да еще, чего доброго, из