серебристые потоки света и глупо, счастливо улыбалась. Лунный свет ласкал, успокаивал, звал.

Звал? Да! Я не заметила, как шаг за шагом отхожу от спасительных дверей, но страха не было, как не было возможности заблудиться в эту светлую, залитую серебристым светом ночь. Мало того — я впервые за свою не такую уж длинную жизнь чувствовала себя полностью, безоговорочно счастливой.

Я шла всё дальше, пока не оказалась на открытой со всех сторон площадке. Не буду лгать — я всё же оглянулась на спящий замок, но никто не смотрел на меня из плотно закрытых на ночь окон. Сквозь ставни нигде не пробивался не малейший лучик. Казалось, жизнь вокруг замерла, остановилась, и над всем этим спящим миром царствовала луна.

Я поднялась на высокий помост, стоящий в отдалении. Не знаю, для чего он был предназначен, мне он был нужен, чтобы стать ещё ближе к живительному ласковому свету.

Подняв лицо, я впитывала в себя серебристое свечение, пока не засмеялась от счастья и не закружилась в лунном сиянии — свободно, раскинув руки, отдаваясь восхитительному ощущению полноты жизни.

Лунный свет окутал меня мерцающим пологом, и мне казалось, что на мне не старая запылённая дерюжка, а бальное платье. Кружась, я вихрем пролетела по всей площадке круглого помоста, чудом остановившись на краю — со стремительно бьющимся сердцем и расширенными от изумления глазами. Как я здесь оказалась?

На дворе потемнело — и, взглянув на небо, я поняла, что луну закрыли плотные тучи. В воздухе запахло дождём. Спотыкаясь в темноте, я кубарем скатилась с помоста и поспешила к входу в замок. А что, если страж уже закрыл двери, и не пустит меня внутрь?

Но страж по-прежнему спал, прислонившись к стене. Уфф!

На цыпочках, чтобы не спугнуть его сон, я протиснулась внутрь и тихо притворила дверь, а после так же осторожно покралась по коридору огромного спящего замка, неслышно ступая босиком по холодным плитам.

Страха по-прежнему не было, только затаённая радость. Глупая улыбка то и дело трогала мои губы. И чувствовала я себя так, как будто после долгой разлуки наконец обрела что-то очень важное, то, без чего невозможно жить. Честно, в этот момент я понимала, для чего меня забросило в этот мир.

Добравшись до комнаты, я шмыгнула на свою лавку, поджала озябшие ноги, укуталась в шкуру и тут же уснула с блаженной улыбкой на губах.

Утро началось с того, что меня затормошила настойчивая рука. Я жалобно хныкнула — никогда мама не даст досмотреть до конца сон. А какой он был интересный — сон-ощущение, пронизанный светом и счастьем, невнятный, но от того не менее чудесный! Но мама не отставала.

— Ещё немного! — взмолилась я, и широко раскрыла глаза, разом вспомнив всё, что со мной произошло.

Гийра Номи покачала головой:

— Если любишь поспать, ты здесь не задержишься, — сурово сказала она. — Вставай, пора идти за дровами для очага.

Я мигом вскочила с лавки, и женщина удивлённо воскликнула:

— Смотри-ка, отдохнула за ночь! Вот и хорошо, а то я уж думала, как сделать, чтобы ты при гийре Трок сознание не потеряла. Она больных в замке не держит.

— А мне… можно остаться? — несмело спросила я.

Гийра Номи вздохнула.

— Ходила я к ней. Повезло тебе — через день снова девушек привезут. Надо комнаты приготовить, да и на кухне лишние руки не помешают. Если согласна работать за еду — можешь оставаться. Денег пока не дам, не серчай, сначала посмотрю, чего ты стоишь. Будешь хорошо работать — попрошу за тебя, чтобы и дальше в замке оставили. Ну а начнёшь крутить с приезжими лангорами или стражниками — выгоню в два счёта! — нахмурилась она, но тут же махнула рукой. — Ну да куда тебе.

— Спасибо, гийра Номи! — обрадовалась я.

Последняя фраза царапнула больно. Наверное, на меня и в этом мире без слёз не глянешь, раз даже эта простая женщина сомневается, что я могу кого-нибудь соблазнить. Но решила не обижаться. Уродина — всегда безопаснее. Ни к чему мне привлекать внимание к своей особе, тем более после того, как у этого тела обнаружилась такая страсть к прогулкам при луне. С тем, что случилось ночью, предстояло ещё разобраться, но как сделать это, я себе не представляла, и пока решила этим не заморачиваться. Так просто не расскажешь, а у меня здесь даже и подруг нет, не с кем поделиться.

Хорошо хоть, после ночной прогулки у меня не выросли рожки или копытца. Не зря ж они так плотно закрывают ставни, чтобы ни один лучик не попал внутрь. Ладно, что попусту гадать, чего так боятся местные жители, придёт время — узнаю. Кто-нибудь из служанок да проболтается, женщины просто не могут без разговоров.

— Принесёшь дров сюда, затопишь камин, а потом сходи за дровами для ванной.

Услышав знакомое слово, я встрепенулась. Я и не рассчитывала на такую роскошь в этом мире. Неужели я смогу наконец вымыться?!

Я дотошно выяснила, где взять дрова, и как попасть в эту самую ванную. Не хотелось бы попасть впросак с первого дня. Как я поняла, меня наняли на испытательный срок, значит, надо постараться оставить о себе самое лучшее впечатление.

Поленница с дровами отыскалась во дворе под навесом. Притащив охапку, я немного помучилась с камином, но, как говорится, не боги горшки обжигали, получилось и у меня.

Немного погрев у открытого огня озябшие руки, я отправилась за дровами для ванной. Вряд ли хозяин замка встаёт в такую рань, но кто его знает, когда ему захочется искупаться.

Здесь я провозилась гораздо дольше. Ванная комната оказалась большой и какой-то бестолковой. Для чего такое пространство, которое приходится отапливать? Ванну правда поставили поближе к камину, но это ведь как у костра: один бок печёт, а второй замерзает. Ещё меня удивило то, что ванна была цельная, вырубленная из какого-то камня, обработанная до гладкости, но в целом, как ванночка для младенца — никакого сливного устройства я не обнаружила. Как же они её моют? Ладно, пока она полная, можно вычерпать большую часть ведром или ковшом на худой конец. А потом? Такую гробину ведь не перевернёшь. Вымакивают тряпками? Полная антисанитария!

Я так увлеклась рассматриванием ванны, что не заметила, как в комнату вошли два дюжих молодца с полными вёдрами парящей воды.

— Ты что тут делаешь? — гаркнул один, и я от неожиданности присела.

Парни заржали, и второй попытался меня поймать, но я ловко отскочила, глядя на него исподлобья. Вот тебе и дурнушка!