три дома и выскочил на угол нашей Новой улицы и проспекта Мира. Именно здесь и делал самую вкусную шаурму дядя Заур.

— Здравствуйте, — кивнул я.

— Доброе утро, — кивнул пожилой хозяин небольшой кафешки.

Над его головой появилось: Заур, азербайджанец. Очень смешно, будто я и не знал.

— Можно одну, с собой.

— Зашёл бы, я тебе чай налил, всё в сухомятку едите, потом с животом маетесь. Говорите, шаурма плохая.

Бормотал всё это дядя Заур намазывая лаваш соусом и быстрыми, ловкими движениями закидывая на неё горячее мясо. Всё, что я знал о хозяине забегаловки: приехал он в Россию очень давно, женился на русской женщине и имел свой небольшой, но крепкий бизнес. Помимо него здесь делали шаурму и шашлык ещё двое ребят, но сам дядя Заур всегда был неподалёку. Иногда выпивал с знакомыми посетителями или задумчиво смолил сигаретку.

— Возьмите, без сдачи, — протянул я ему деньги.

— Кушай на здоровье, — пакет с горячей шаурмой перекочевал в мои руки.

Горячее мясо в лаваше я схомячил минуты за полторы, не доходя до остановки. С тоской проводил взглядом свою отъезжающую маршрутку, теперь минут десять ждать, и отошёл в сторону. Прикурил сигарету и блаженно затянулся.

Если поразмыслить, всё, собственно, не так уж и плохо. Это с поправкой, что у меня порядок с головой. Соответственно, если я не представляю интерес для психиатров, то надо узнать, как пользоваться тем, что мне досталось. Насколько помню, надпись говорила что-то про умение Проницательность, заклинание Свет и лик Спаситель. Про последние два пункта непонятно, как их активировать. Проницательность, как понял, была пассивной.

Неожиданно быстро подъехавшая маршрутка разрушила все планы по порабощению мира. Пришлось забираться внутрь. Рассчитываясь с водителем, обратил внимание, что помимо редких знаков вопроса у над ним горит Лихач. Сразу плюхнулся на место и стал держаться за ручку впереди стоящего сиденья.

Моё новое умение нравилось всё больше и больше. Потому что всего через три перекрёстка маршрутка с диким скрипом тормозных колодок остановилась, чуть не столкнувшись с поседевшим дедулей на Гранте. И все пассажиры резко повалились вперёд. Кроме меня. Лихач пытался ещё пару раз ускорить мою встречу с Богом, но тщетно. На остановке у Керамзавода я выходил чуть испуганный, но вполне целый.

В быстрой езде водителя были и свои плюсы. Я думал, что приеду впритык, теперь же оказалось, что до начала работы ещё двадцать минут. Не торопясь перешёл дорогу и почесал к нашей базе.

Она представляла из себя пять одинаковых по размеру продуктовых складов с одной стороны и приткнувшегося к ним офиса с другой. В течение дня к парапету подъезжали газели, оформляли заявки, а потом, под бдительным надзором экспедиторов и Мумиё, мы загружали товаром машины. В другое время, обычно под вечер, приходили фуры с водой и пивом. Вот и сегодня должен был приехать Газон, не бог весть что, всего пять тонн, однако, как я понял, двое из нашего постоянного состава уже выпилились.

— Здорово, — протянул мне руку Марат.

Он уже переоделся, постелил несколько картонок на парапет, чтобы не отморозить задницу и сидел на них.

— Привет, — заинтересованно ответил на рукопожатие, смотря на данные о нём.

Губайдуллин Марат, 32 года

???

Вор

???

Марат сел ещё на малолетке, а уже потом перешёл на взрослую зону. Вышел в двадцать три, женился, даже малой пацан у него подрастал. Но его всё равно обозначили как Вор. Хотя, тут вряд ли дело в его тёмном прошлом. Закрыли его за грабеж. Значит, просто всё дело в том, что он таскает по-тихому что-то со склада. Понятно теперь, по поводу кого Мумиё разоряется, что выведет всех на чистую воду.

— Сегодня Газон из Самары, — сказал я ему.

— Да, слышал. Бухнём, — улыбнулся Марат, обнажив свою «голливудскую улыбку», приобретённую на зоне.

Я кивнул. Брака, точнее «брака» хватало при любой поставке. Иногда шоферы и сами отдавали пару палеток на откуп. Лишь бы быстрее закончить рейс. В такие дни грузчики уходили домой слегка нетрезвые и довольные. С этим даже Мумиё ничего поделать не мог.

— Дядя Леша с Федей уже бухают. Не выйдут сегодня.

— Пи…ц, — кратко резюмировал Марат и недовольно скривился.

Я его понимал. Две пары рук при разгрузке Газона это существенно. Учитывая, что вместе с отсутствующими нас было всего семеро.

— Зато по времени переработаем, — сразу поделился своим нездоровым оптимизмом он, — лишняя копейка не помешает.

— Угу. Пойду переоденусь.

Выходя из каморки я столкнулся с Мумиё. По мне, несмотря на обидное прозвище, именно наш товаровед являлся здесь связующей нитью. Николай Степанович держал грузчиков в ежовых рукавицах. Убери его и поставь другого, вряд ли здесь будет что-то работать. Придётся набирать заново весь штат.

— Здравствуй, Сергей.

Это была одна из его странностей. Он всех называл по полным именам, не взирая на возраст и регалии. Точнее их отсутствие. Товаровед пожал мне руку с видом гениального диагноста, пытаясь по взгляду определить степень моей болезни.

— Как себя чувствуешь?

— Да в голове немножко шумит, — соврал я, окидывая взором моего непосредственного начальника.

Кроме полного ФИО Проницательность выдала Моделирование. Интересно, какие там макеты строит Мумиё в свободное время?

— Завтра поболеешь. А сегодня никак. Кстати, Газель от девятого магазина пришла. Пойдём, загрузим. Там вода, пиво, энергетики, печенье. Марат, слышишь?

— Пятнадцать минут ещё до начала работы, — лениво отозвался мой прожжённый коллега.

— На пятнадцать минут тебя раньше отпущу.

— Ага, это если Газон под закрытие не придёт, — отозвался Марат, но с места сдвинулся.

Не знаю, можно ли гордиться этим, но грузчиком-наборщиком я был отличным. Это первое время, как устроился, выглядел уж совсем недотёпой. Суетился, мешался под ногами. А теперь ни одного лишнего движения.

— «Живой Источник», шесть палеток есть, — считал вслух Мумиё, — «Три богатыря», стекло, два… Есть. «Балтика», стекло, три упаковки.

Мы ловко разминулись с Маратом. Он заскочил на склад, а я напротив, вышел из него со своей ношей. Двадцать бутылок не так уж тяжелы, когда проложены снизу твёрдым картоном да пропаяны новеньким полиэтиленом. К сожалению, у нас подобной роскоши не было. Всё пиво старого прихода, давненько стоит на складе. Картон рассохся, поэтому приходилось аккуратно придерживать со дна. Уж насколько я думал, что опытный, но и на старуху бывает проруха.

Я не понял, в какой момент упаковка развалилась. Но четыре бутылки выпали сквозь прореху в дне в тот самый момент, когда нога уже была занесена над кузовом газели. Поднял голову и увидел сердитый взгляд Мумиё. Вот он уже открывает рот и…

?

Мы ловко разминулись с Маратом. Ощущение