компании твоих не слишком верных вассалов, которых ты готовишься вот-вот выкинуть на помойку? Нет, сомнительно. Да и ты считаешь так же.

Павел кивнул.

— Может просто пригласишь их?

— Слишком рано. В иной ситуации я бы вообще проигнорировал их просьбу о встрече.

— Как же ты любишь эти дворянские штучки.

— А ты слишком нетерпелива.

В ответ его собеседница лишь развела руки в стороны, словно говоря: “Да, я такая и есть. Ничего не могу с этим поделать”.

— И всё же, зачем Дмитрию Старцеву в такой компании приходить к тебе прямо сюда? Неужели у тебя нет никаких предположений?

— Предположений много, но вот делать какие-либо выводы пока рано. Похоже, что он создает какой-то альянс против меня и собирает сторонников. Ларцевы, Ворошиловы… Два моих вассальных рода, которые не питают любви к своему сюзерену.

— А я давно тебе говорила, что нужно менять стратегию.

На это князь лишь поморщился.

— Они слабы и заслуживают того, что с ними происходит. Используют мои деньги, а затем кусают за руку дающего. Насчет Ворошиловых ничего не скажу, надо поднимать бумаги, но Ларцевы работали на Мальцева уже долгие годы. Создавали почву для перехода.

— Получается, Старцев тут по поручению Мальцева?

— Случись эта встреча чуть раньше, я бы тоже так подумал, но пару недель назад Рубцов с помощью Священников пытался убить Старцева, что инкогнито созывал какой-то совет. Неудачно, как можешь судить по его визиту. Я так и не получил информации, с кем именно встречался Старцев, но теперь, кажется, знаю ответ

— С Ларцевыми и Ворошиловыми.

Беспалов щелкнул пальцами, подтверждая правоту собеседницы.

— Но в таком случае получается, что Старцев лишился поддержки Рубцова. Как по мне, это идеальная возможность от него избавиться.

— Нужен план. Как видишь, грубая сила не работает. Есть хоть какие-нибудь зацепки по тому, кем он является?

После всей уже полученной информации Беспалов мог твердо сказать, что Старцев не подклятвенный. Даже если бы кто-то из самых сильных Детей Хлада отдал ему большую часть своей силы, он не был бы настолько живучим и сильным. Он так же не может быть кем-то из пришлых. Силы избранных Императорами довольно сильно деградируют за пределами подконтрольных территорий. Даже самый сильный маг Османской империи, оказавшись на территории Российской Империи, потерял бы больше половины сил уже через пару недель и в итоге докатился бы до уровня самого посредственного из Детей Хлада. Тоже самое и с подклятвенными.

Оставалось предположение, что Дмитрий Старцев реликт, как и его мать. Но Мария Старцева лишь озерная дева, судя по донесениям, и не может даже близко продемонстрировать такой уровень сил.

— Консорциум работает над этим, но кое-какие выводы мы уже можем сделать.

— Например?

— Например, что мы сомневаемся в его принадлежности к реликтам.

— Тогда кто он, если не реликт?

— Вы правда хотите это узнать, Павел Иннокентьевич?

— Разумеется!

— Судя по тому, что нам удалось выяснить, он скорее ближе к Императорам, чем к их слугам.

— Погоди… Что?! Он один из богов?

— Скорее полубогов. Если Императоров ещё можно так называть, то его вряд ли. Скорее он человек, получивший фрагмент божественной силы, и этот фрагмент больше, чем обычно дают смертным.

— Это… точно?

— Разумеется, нет. Лишь одно из самых логичных предположений. Я присутствовала на ужине, на который вы его пригласили, если помните. Я видела его силу и сделала вывод, но он ни на чем не основан. Просто на ощущениях. Наш мир большой, и тут могут скрываться очень любопытные создания. Кое-кто из моих подчиненных недавно столкнулся с одной особой. Решили, что это кто-то из упырей, но судя по силе, она не слабее древнего вампира. И её же видели в компании человека, называющего себя Инвестором.

Павел удивленно вскинул бровь.

— Вы, надеюсь, от неё избавились?

— Нет, она скрылась. И по правде говоря, она у меня вызывает гораздо больше опасений, нежели Дмитрий Старцев. В конце концов, даже если он действительно тот, о ком я думаю, он человек, а вот древние вампиры… Эти твари необычайно живучи и обладают целой кучей проблемных способностей.

— Значит, Старцеву помогает кровосос? Интересно…

— Да, и похожую женщину замечали во время атак на наши предприятия.

При упоминании бедлама, что происходил ещё пару месяцев назад, Беспалов поморщился. В те времена граф Косточкин все уши ему прожужжал про Инфериора, считая его чуть ли не своим заклятым врагом.

— Получается, что Инвестор, Инфериор и Старцев — один и тот же человек. Про то, что он Инвестор, я косвенно догадывался, он словно и не пытался создать настоящее прикрытие, а вот Инфериор… Да одного этого хватит, чтобы уничтожить Старцева, и не один раз.

— Доказательства, Павел Иннокентьевич. У нас их нет, лишь косвенные улики и показания свидетелей, видевших кого-то. Пусть Дмитрий Старцев самонадеян и вероломен, но не глуп. Никто не видел его лично во время инцидентов, а доказать, что он был под маской, будет сложно. С подобными обвинениями придется идти в Императорской суд, и как я понимаю, вы вряд ли сами этого хотите.

Разумеется, Беспалов не хотел. У него хватает своих секретов, которые не следовало выносить на суд общественности, и как на зло, действия Старцева затронули как раз их. Среди них есть и то, что может привести к краху не меньшему, чем падение рода Старцевых. Такого Беспалов допустить не мог.

— Ладно, пусть их приведут. Узнаю, что именно им нужно.

* * *

В кабинет Павла Беспалова я входил первым, с максимально нахальной улыбкой. Последнее, наверное, было лишним, но просто не мог удержаться и мгновенно был вознагражден кислой миной хозяина кабинета. За мной вошли Ларцев и Ворошилова, но вели себя гораздо более вежливо. Ларцев поклонился, приложив кулак к груди, а Ворошилова сделала ленивый реверанс.

Кабинет мне понравился, он был просторным, светлым, в меру загроможденным, но вместе с этим я не ощущал какой-либо безвкусицы или избытка вещей. Будь их чуть больше, и это место выглядело бы как антикварная лавка, чуть меньше — и не было бы солидного эффекта. В целом нечто подобное ощущалось и во всем имении как таковом. Показушного богатства хватало, но в меру, если не