Через три часа работа была закончена.

«Начертание завершено».

«Оценка: Хорошо».

«Анализ работы: композиция выразительная, цветовые переходы выполнены чисто. Однако намерение клиента, направлено вовне, на внешнюю цель, а не на внутреннее преображение. Эмоциональная глубина средняя. Итог: работа достойная, но в общий зачёт ранга не входит».

«Татуировке присвоено свойство: „Восхождение“. Эффект: укрепление воли к цели, выносливость в трудном деле, стойкость перед усталостью. Действие умеренное. Носитель не осведомлён».

«Прогресс: 15/20. Без изменений».

Я усмехнулся. Стало быть, Система рассудила, что работа хороша, но не из тех, что движут меня к новому рангу. Что ж, и на том спасибо, свойство для альпинистки вышло как нельзя более кстати.

— Готово, — сказал я, окончательно протерев татуировку. — Любуйтесь.

Катя поднесла к плечу зеркало и ахнула.

— Какая красота, — выдохнула она. — Это гораздо лучше, чем я себе представляла. Спасибо вам огромное! Теперь у меня будто кусочек той вершины всегда с собой.

— Доберётесь до вашего Эльбруса, — улыбнулся я. — Я в этом не сомневаюсь.

Она расплатилась, поблагодарила ещё раз и ушла, светясь от счастья. Вика тут же подскочила ко мне, тыча в экран телефона.

— Ты глянь, какие кадры! — протараторила она. — Это же огонь просто! Акварельная тату, переходы эти, девчонка довольная!

— Отлично, — кивнул я и принялся убирать рабочее место.

Вика помолчала, наблюдая за мной.

— Слушай, а как там Денис? — спросила она как бы между прочим. — Не разнёс ещё твою квартиру? Не сбежал с твоим телевизором?

— Нет, — усмехнулся я. — Посуду даже вчера вечером помыл за нами. Признаться, никогда не думал, что буду жить под одной крышей с твоим прошлым молодым человеком.

Вика прыснула со смеху.

— Да я бы тоже не думала, — сказала она. — Знаешь… Я вчера думала об этом. Это же настоящий мужской поступок. Ты всё так рассудил… В общем, я хотела сказать… Ты классный.

Классный, ещё одно слово из нынешнего лексикона. Благодаря памяти Артёма я знал, что оно значит.

— А ты очаровательна, как этот весенний день, — улыбнулся я.

Вику бросило в краску и она торопливо отвернулась.

— Ладно, — она хлопнула в ладоши. — Мне пора, там ещё у Марата работа, а потом ещё в другом месте. Увидимся!

И она выпорхнула из мастерской.

* * *

После работы я отправился к Ларисе Петровне, продолжать работу над портретом.

Она встретила меня, как обычно, лично, и тут же охотно скинула халат.

— Знаешь, я буду скучать по своему позированию, когда ты закончишь, — проговорила она. — Может быть, даже закажу ещё один портрет…

Не могу представить, зачем даме столько своих портретов в обнажённом виде. Но тут желание клиента закон.

— Как пожелаете, — пожал я плечами.

Она кокетливо мне подмигнула, но я не обратил на это внимания, и она вздохнула.

— Ладно, давайте ещё раз план на завтра обсудим, — предложила она.

План вообще-то придумала Лариса Петровна, и я чётко видел в нём её скрытый умысел. Но и с основной проблемой он вполне мог помочь, так что я на него согласился.

Ещё раз условились, что я приеду к ней домой, и уже отсюда мы поедем на место. Договорились о форме одежды, о прочих мелочах.

Через пару часов я закончил работу на сегодня, и уехал.

* * *

Вечером снова отправился к Игорю и Ирине, продолжать роспись детской.

Фон, который я положил в прошлый раз, уже как следует просох, и можно было браться за основной рисунок. Я снова сделал угольную разметку, перенёс на стену основные линии раскидистого дерева.

А потом взялся за проработку самого ствола. Взял тонкие кисти, начал работу красками. Проработал оттенками коричневого кору с прожилками, добавил теней. Затем перешёл к первым деталям, взялся за сову в очках.

Игорь, как и в прошлый раз, был тут, наблюдал за работой, изредка вставляя свои замечания.

— А знаешь, Артём, — сказал. — Малыш-то наш как будто чувствует. Стал спокойнее гораздо. Не знаю, как это возможно, он даже в этой комнате пока не ночует. Ирина ему на руках просто показывала стену и всё, он же маленький совсем!

— Это хорошо, — улыбнулся я. — Дети красоту чувствуют гораздо раньше, чем понимать её начинают.

— Это точно, — согласился он.

Я проработал ещё пару часов, и закончил на сегодня. Оставив стену просыхать, отправился домой.

* * *

Дома меня встретила тишина. Странно, неужели Денис уже лёг спать?

Я прошёл на кухню и увидел на столе лист бумаги.

Это была записка, написанная Денисом.

«Артём, я пошёл на важную встречу. Если не вернусь до девяти вечера — всё пошло не по плану. Денис».

А время было как раз девять вечера. Похоже, Денис в беде. Хотя я почему-то и не удивлён.

Глава 18

В самое сердце на пораженье!

Я внимательно прочитал записку. Что ж, учитывая, что время как раз девять вечера, стоит предположить, что Денис действительно попал в беду. Ну что за человек!

И даже не пришло ему в голову написать в этой же самой записке, куда он вообще направляется, где его искать.

Я достал свой телефон и набрал номер Дениса. Механический голос ответил, что аппарат находится вне зоны действия сети. Просто великолепно.

Можно было оставить всё это дело и спокойно идти спать. Но не такой я был человек, чтобы оставить в потенциальной беде другого человека. Даже если это Денис, неважно.

Подумав, я решил позвонить человеку, который мог хоть что-то знать про Дениса. И набрал Вику.

Та ответила почти сразу же.

— Артём? — взволнованно спросила она. — Случилось чего?

— Денис пропал, — прямо ответил я. — Оставил записку, что пошёл на какую-то встречу и может не вернуться. Ты не знаешь, с кем он мог связаться? С кем у него дела были?

— Ох, — Вика на том конце притихла. — Денис вечно в каких-то мутных схемах крутился. И меня в свои дела он особо и не посвящал. Но… погоди. Он же автомеханик. Хороший, кстати, руки у него откуда надо растут. И он как-то хвастался, что взял большой заказ. Дорогую тачку чинить. А потом резко замолчал, ничего больше про это не рассказывал, я ещё удивилась.

— Дорогую тачку, — задумчиво повторил я. — А чья машина, не знаешь?

— Без понятия, — ответила Вика. — Но он говорил, что заказчик серьёзный. Из тех, с кем шутки плохи.

Серьёзный заказчик с дорогой машиной. Долг в двести восемьдесят тысяч. В голове у меня картина начала складываться.

— Спасибо, Вика, — сказал я. — Я разберусь.

— Артём, ты только сам не лезь куда не надо! — встревожилась она. — Пошли его