не заперта, внутри было чисто, стояла пара массивных агрегатов непонятного назначения. Через три минуты, заблокировав дверь и перекурив, они при свечах и двух керосиновых лампах уже варганили ужин. Хотя, что там варганить? Разогреть на сухом горючем консервы из ИРПа. Быстро поев, занялись за приведение в боевую готовность использованных хлопушек — взводили пружины, засыпали соль, устанавливали затычки. Справились за час. Дальше началась инвентаризация добытого за день. Да, таких уловов у Вяземского с Шаровым еще не было.

— Сколько резерва насчитал? — заканчивая раскладывать плашки на кучки, поинтересовался Радим.

— Больше трех сотен, — отозвался Матвей. — Тени тут очень результативные оказались. Да, большинство начального уровня, я их сливал хотя бы до пяти-шести. Сейчас полноценных, годных для прокачки примерно, — он бросил взгляд на кучу пакетов, — около сотни. Плюс то, что мы подняли с покойника. Может, завтра еще поднимем, пока будем остров зачищать. Но знаешь, что странно? Возле переходов должно хватать костей, оставшихся от неудачников, а их нет. Я не видел никаких останков, почему? Он такой неудобный, что сюда ведут всего несколько тропок из таких мест, где люди не появляются? Заповедник?

— Возможно, — согласился Радим. — Но вот тебе встречный вопрос — чем питались на этом немаленьком, как выяснилось, островке почти восемьсот теней? Причем, сильных теней.

— Думаешь, тут была какая-то массовая кормушка, только она у выхода с какого-то другого перехода? — сделал правильный вывод Шаров. — Логично.

— Или тут есть источник, благодаря которому они всегда были сыты и развивались, — заметил Вяземский. — А некто прибирался за ними, собирая трофеи и убирая останки.

— Ты хочешь сказать, кто-то научился управлять тенями или смог договорится с ними? — сделал стойку Матвей.

— Не обязательно управлять и договариваться, достаточно сделать так, чтобы они на тебя не обращали внимания. Но ты прав, этот островок крайне необычен. Я думаю, нам на нем стоит задержаться. Как думаешь, организатор этого сафари-парка явится выяснять, что случилось с его делянкой?

— Я бы на его месте к нам не лез, — покачал головой Шаров, — дождался бы, когда мы отсюда свалим. Мы сильнее и доказали это, устроив его зверинцу тотальный геноцид. А завтра продолжим. Но все же, в чем цель — собрать трофеи? Плашки, что тут с покойников валятся, поглощаются тенями, если не они цель, тогда что?

Радим только пожал плечами.

— Мы плохо знаем этот мир и его возможности, — после небольшой паузы произнес он. — Что мы тут видели? Теней, несколько поселений, но островов много. Есть те, кто изучает его. Помнишь, Стефан говорил про закрытую общину? Демоны тут шляются, есть портал в еще один мир, почему бы не быть и другим, откуда приходит что-то совершенно иное? Ладно, все это переливание из пустого в порожнее, завтра будем эту тайну расследовать.

Матвей кивнул и принялся собирать плашки, чтобы отправить их в артефактное хранилище. Отдел отправил Жданова в зазеркалье к тамошним артефакторам, и он добыл для Матвея пяток пеналов, как у Радима.

— Слушай, мы договорились, что в этот раз работаем на отдел, но, может, тебе нужно что? Тут стихийных рун полсотни, самых разных, есть десяток ментальных. Большинство, конечно, не нужное тебе барахло вроде силы и выносливости, но остальное глянь, может, что редкое попадется. Только лечилки оставь для Льва Ароновича, это личная просьба Старостина.

Радим кивнул и, подняв керосиновую лампу, направился к месту, где свалили наиболее ценные для прокачки плашки.

Следующие двадцать минут он изучал трофеи. Стихийные руны были ему не особо интересны, как и руны пути, коих нашлось одиннадцать. Это значило, что отдел скоро прирастет ходоками, он станет куда мобильней. Вяземского же интересовали только редкие, которые могут усилить его. Нет, конечно, можно поглотить все огненные и его пламя станет куда мощнее, но сейчас ему было это не нужно. В итоге, он забрал себе три ментальные, усилить защиту и атаку, жаль, ими демоническую не прокачать, только те, что относились к кругу. Но все же, полностью забирать не стал, и пять осталось для отдельских. Тут его взгляд наткнулся на руну щита, очень мощную руну, он поднял ее там, где завалил тень, которая прикрывала магов.

— Я щит заберу, — поставил он Матвея перед фактом. — Думаю, это будет хорошее прикрытие. Вообще, надо придумать, как щиты прокачивать, они в круге слабые, почти низшие.

— Тебе морозного мало, с королевы пауков? — поинтересовался Матвей, только что отправивший в пенал кучу плашек с резервом.

— Не мало. Но если это позволит усилить наши обычные, будет очень хорошо, уж больно морозный жрет серьезно.

— Не боишься, что после прокачки у тебя обычный, пусть и усиленный, станет жрать резерв, как не в себя?

— Есть такая вероятность, но пусть лучше будет так, но он окажется мощнее и сможет пережить не один огнешар или молнию, а десяток. Помнишь, чего мне стоило его пробить?

— Да уж, — хмыкнул напарник, — черная молния — это сила. Эх, где бы нам еще десяток демонов тут найти, мне бы тоже такая не помешала. Еще что интересное нашел?

— Ну, заберу тройку сильных ментальных, — отозвался Радим, — больше для меня ничего путного нет. Хотя, постой, тут пара сильных плашек с телекинезом имеются, вот чего бы мне улучшить не помешало.

— Ну, я не против. Вообще, это в большинстве случаев твои трофеи, ты их просто с барского плеча нам отдаешь. Кстати, есть тут одна руна, которую ты не видел, мы ее с той летающей редиски подняли, что в нас из невидимости кидалась вспышками. Там упал сильный огонь, невидимость, которой у нас в круге нет, и левитация, мощная руна, очень ярко светится. У нас она очень неудачная, поскольку только предметная, и годится исключительно для артефактов, несмотря на то, что близка к высшим. А эта…

— Ты думаешь, с помощью нее можно будет подниматься в воздух? — поняв, куда клонит напарник, предположил Радим. — С чего ты взял, что она не вольется в предметную без всякой отдачи? Просто, например, станет сильнее, если ее начертить на соответствующем артефакте.

— Возможно, — нехотя признал Матвей, — и тогда, по идее, эта плашка имеет ценность непосредственно для артефактов.

— Но я бы хотел проверить, — наконец, произнес Радим. — Невелика потеря для отдела, если она усилит предметную. Кстати, вот, что интересно, в круге,