видел, самый хреновый был на высоте двух метров, прямо на краю острова, а перед ним стенка высотой в полтора человеческих роста, там между обрывом и ней всего сантиметров пятьдесят, чуть в полет не отправился. Шел боком, прижимаясь спиной к кирпичам. Ладно, давай выбираться, только смотри в оба, не нравится мне этот остров, что-то с ним не так.

— Смотри, — указывая чуть в сторону, бросил Матвей. — Там вроде как рюкзак лежит, до него метров двадцать, куст мешает. Проверим?

— Давай, но быстро, в этом болоте нормально воевать проблематично.

Выбирая кочки, они кое-как доскакали до развесистых кустов. Ну, что сказать? Шаров не ошибся, большой черный рюкзак с красными вставками, рядом с ним владелец, вернее то, что от него осталось. Он тоже попался засаднику, об этом говорили прожженные шмотки и обугленная грудь. Покойник был свежий, максимум пару дней, тварь, что его убила, поглотила только небольшую часть.

— Странно, что тел так мало, — прокомментировал Матвей, оглядываясь и выискивая останки тех кому не повезло. — Место для засады шикарное, местные в большинстве для подобной твари добыча. Но тут пусто, я, во всяком случае, больше ничего не вижу.

Радим согласно кинул.

— Согласен, возможно, тварь села в засаду совсем недавно, и неудачник оказался только один. Давай шмонай его котомку, и сваливаем.

— Тяжелый, — взвесив в руке рюкзак, отозвался Ворот. — Может, он бродяга, все свое ношу с собой?

— А может, мародер, — вертя башкой и предчувствуя надвигающиеся неприятности, буркнул Радим, — прогулялся по островам, собрал с погибших железа и не донес.

— Забьемся? — заглядывая внутрь, предложил Матвей.

— Ага, сейчас, держи карман шире. Если бы я был прав, ты бы не предложил.

— Правильно, тут шмотки скрученные, спальник, несколько пар носков, запас воды и консервов. Пара железяк, но миродиту в них немного, нам такое даром не нужно.

— Плашки есть, или тебе его носки нужны? — поинтересовался Вяземский. — Если второе, то так себе трофей. Я тебе дома хорошие, дорогие подарю.

— На хрен мне его носки? Они драные. А плашки есть, но немного, десяток, обычные — сила, ловкость, выносливость. Один свет и резерв, но он мощный, пять или шесть слито. Уж больно ярко руна на плашке сияет.

— Тогда хватай, что нам надо, и левитацией наверх, — скомандовал Вяземский. — Не хочу по дну идти, тут всего метра четыре, наши артефакты справятся.

Матвей согласно кивнул и, сунув трофеи в свою сумку на боку, взмыл в воздух, плавно опустившись на край оврага. Радим последовал его примеру.

— Б…., — коротко выдал он, обозрев окрестности. — Это надо умудриться в такую жопу попасть.

— Точно, командир, — согласился Матвей.

Остров был огромным, не меньше пяти километров, таких Радим видел всего пару. Хуже всего, что это свалка каких-то отходов, все перед ними было завалено какими-то бочками, окруженными забором из колючей проволоки, на котором, покачиваясь от легкого ветерка, висели треугольные знаки с радиоактивной опасностью.

— Как думаешь, — разглядывая скорее всего фонящий радиацией лабиринт, спросил Матвей, — эта тварь, которая нас атаковала, так изменилась под воздействием радиации?

— Это было бы самое вероятное объяснение, — мрачно прокомментировал ситуацию Радим. — Но счетчик Гейгера тут работать не будет, так что черт его знает какой тут фон. Валить отсюда нужно, валить в любом направлении, лезть туда я совершенно не хочу. Если там еще есть твари, как та, что на нас наскочила, они нас положат.

Тварь возникла сбоку от Радима, буквально в полуметре, и тут же наотмашь ударила лапой с внушительными когтями. Вяземский за секунду до появления противника перешел в боевой транс, так что среагировал почти мгновенно. Резко развернувшись, он встретил летящую в его грудь лапищу встречным ударом кукри. Демоническая сталь срезала кисть, словно бритвой. Обрубок, распадаясь в полете, саданул Матвея, который только начал поворачиваться, в голову. Радим же быстрым ударом добил тварь.

— Б… — коротко выдал Матвей, стирая с лица следы жирного черного пепла — все, что осталось от кисти противника.

— Точно, — согласился Вяземский. — Тут две руны, — убирая их в пакет и кидая Шарову, подвел он итог — телепорт и мощный резерв. Если бы не радиация, я бы на этом островке остался, интересные тут можно плашки поднимать.

— Ага, — хмыкнул Ворот, — как бы они с нас что не подняли. Валим.

— Валим, — согласился с напарником Дикий. — Давай вдоль забора, тут примерно километр, может, найдется переход.

Переход нашелся через четыреста метров, почти вплотную к забору. Это расстояние пара зеркальщиков пролетела на одном рывке. К счастью, больше их никто не атаковал. Пока Радим стоял на стреме, Матвей проверил, куда портал ведет…

— Не туда, куда надо, нужный нам остров будет в одиннадцати скачках.

— Плевать, — вертя башкой, выдал Радим, — переходим, куда угодно. Что там?

— Какой-то завод, — ответил Матвей и первым прошел на ту сторону. — Хлопушку за спину, — бросая в плотную группу теней свою новую магическую гранату, выкрикнул Матвей.

Радим, который только вывалился из перехода, рванул подсумок на боку и, вытащив картонный цилиндр и развернувшись на сто восемьдесят градусов, разрядил солевой заряд в трех черных, которые атаковали Шарова в тыл, но нарвались на Дикого. Сработало куда хуже, чем тогда, в подъезде, но эту шуструю троицу растворили. Но это было только начало, твари и тут были с сюрпризом, может, сами прокачались, может, с того острова с радиацией приперлись, но одно слово — засада. Переход, из которого зеркальщики вывалились, оказался не лучше предыдущего, до ближайшего строения почти тридцать метров, перевернутый товарный железнодорожный вагон, котельная с трубой метров в двадцать, глухие бетонные стены, какие-то цеха с выбитыми дверьми и окнами, частично заделанными фанерой, ржавый вилочный погрузчик. Короче, жопа.

Удар воздушного кулака опрокинул Матвея, тени оказались с талантами. Напарника спасла демоническая защита, которую тот выставил перед переходом. Да, она безбожно жрала резерв, но стихийные руны на нее почти не действовали. При соприкосновении с ней заклятия становились не опасны. Вместо того, чтобы отправиться в полет метров на пять и переломать все кости, Шаров оказался просто на земле, но этого хватило, чтобы несколько шустрых теней перешли в атаку. Радим, заметив бедственное положение напарника, резко развернулся и послал в них россыпь соли, зажатой в кулаке. Попал удачно, и распластавшиеся в