не казался ни страшным, ни быстрым. От довольно неуклюжего удара кулака размером с мою голову я просто увернулся, тут же засадив костяшками ответку по корпусу в незащищённую область прямо под низом стального нагрудника.

Громыхнул взрыв, и из-под моего кулака разлетелись ошмётки разорванной плоти. Монстр взревел и попытался приложить меня краем своего импровизированного щита, но я быстро отскочил в сторону, совершенно не желая проверять предел своей удачи. Ведь, несмотря на буквально затопившую меня ярость, я до сих пор, как оказалось, прекрасно помнил уроки прошлого года и знал, как управиться с этим состоянием.

На мгновение я даже усмехнулся иронии происходящего… Что бы там ни сделала со мной Хозяйка, уменьшив или откатив моё тело и возраст, а заодно лишив живицы, знала ли она, что это возьмёт, да и вернёт моё аномальное взрывное эго? Ведь по идее у меня сейчас должны были быть неразвитые каналы и медианы, а также два противоборствующих ядра под общей сверхплотной оболочкой.

Вот только это означало ещё и то, что этот бой я должен был закончить как можно быстрее. Пусть я и мог контролировать свою ярость, а она заглушала страх перед тварью, который так никуда и не делся, я всё ещё помнил, какие проблемы у меня возникали при использовании эго. Особенно поначалу, когда я ещё только начал обучаться в новой школе.

Тварь, размахнувшись, запустила в меня свой щит, который на огромной скорости, бешено вращаясь, со свистом вспорол воздух, и тут же сама побежала следом. Я тоже рванул вперёд, прямо на приближающуюся бронеплиту, в последний момент почти завалившись на спину, как когда-то под самим Валялой, проскользил под ним, вскочив на ноги прямо перед раскинувшим в разные стороны руки, явно желающим схватить меня и заломать монстром, и, максимально сконцентрировавшись на своей ярости, нанёс один-единственный удар здоровой рукой.

Выбирать не приходилось, я бил как получится, а проще всего это было сделать, врезав по широкой кирасе… и мгновение, казалось, застыло. Я, уже приготовившийся вновь ощутить сильнейшую боль, потому как ярость, как и красную пелену, будто смыло. Чудовище, замершее прямо во время очередного шага, всё ещё летящий за моей спиной щит и брызги грязи вместе с ошмётками мусора, поднятые в воздух нашими ногам.

А затем громыхнул жуткий взрыв, словно тряпичную куклу, отшвырнувший меня прочь. Монстр, как мне показалось, просто испарился, а я, кубарем прокатившись по всей площади прямо к ногам замершей в ужасе толпы бандюков, только и успел заметить изодранные лохмотья кровоточащей плоти на месте своей правой руки, прежде чем сознание окончательно покинуло меня.

* * *

Хердвиг умирал, бессмысленно глядя на далёкие точки звёзд, лёжа на площади посреди целого моря человеческих трупов, а над ним мерно мерцала арка «Кольца Альвов». Его тело уже практически сгнило и разложилось, и он знал, что всё не просто пошло не так, как должно быть, а он чуть ли не изначально был обречён на поражение, позволив событиям зайти так далеко по уже проторенным рельсам.

Он собирался вновь отнять силу у Аватары Света и уже тогда с её помощью своими добытыми потом и кровью знаниями спасти Хёльмгарёр и его обитателей от повторения той страшной трагедии. Что ж… он был эффектно наказан как за гордыню, так и за то, что не пожелал просчитывать свои действия на два-три шага вперёд.

В прошлый раз, испугавшись появившегося монстра, он убежал и большую часть времени прятался, чтобы уже почти под утро к его жалкому убежищу пришла уже смертельно раненая, но ещё живая Аватара. Она бы его, конечно, убила и сожрала, если бы он, борясь со схватившим его чудовищем, не укусил её и не наглотался её крови с живицей, обильно хлеставшей из отрытых ран. А как он тогда сумел вырвался, когда вокруг полыхнуло целое огненное торнадо изумрудного цвета, а потом забить уже страшно обожжённую могущественную тварь обычным куском бетона, вообще другая история. Но, что самое главное, его ядро очень быстро среагировало с силой чудовища и в значительной степени расширилось, что и позволило ему совершить этот подвиг до того, как он упал, потеряв сознание.

Да, именно подвиг! И никто из знавших, что, собственно, произошло на самом деле, никогда этого не отрицал. А потому сегодня на открытии «Кольца Альвов» он был в первых рядах, терпеливо дожидаясь того момента, когда «великий человек» начнёт преображаться в образ захватившей его Аватары. Способ пустить всё ещё не освоившейся в новом теле твари кровь у него также имелся. Так что, когда чародеи, запитавшие кольцо своей живицей, вдруг попадали замертво, будучи полностью иссушёнными «Кольцом», а на площади среди простецов началась паника, в прошлом помешавшая чародеям немедленно отреагировать на угрозу…

Хердвиг столкнулся нос у носу не с Аватарой Света, а с Аватарой Смерти, с которой вообще непонятно было что делать. Ведь убить эту тварь было просто-напросто невозможно. Зато ей нужно было только слегка коснуться человека, чтобы тот буквально на глазах начал заживо разлагаться. Особенно такой слабый живицей одарённый, каким когда-то был нынешний князь хёльмгарёрской ипокатастимы.

Грустно усмехнувшись, умирающий вновь посмотрел на далёкие звёзды. Почти беззвучно попрощался с оставшейся где-то там сестрой и закрыл глаза.

* * *

Абызбика в ужасе смотрела на старшего брата, с ухмылкой приближавшегося к ней с ножом, очень похожим на тот, которым до этого она безжалостно зарезала пьяного Камиля Бажанова, который должен был послужить спусковым крючком в событиях этой ночи. Нет, ей не поймали на мете преступления. Более того, хитрая и властная стерва, а также настоящая сихерче, а ныне пятилетняя девочка, она сумела обернуть всё так, будто это дело рук гостей Бажобановых.

Вот только в итоге всё стало ещё хуже! Для неё – хуже! Возмущённые хозяева быстро и практически без потерь перебили не готовых к такому повороту событий вероломных гостей, основные ударные силы которых так и не получили оговоренного условного сигнала. И всё, казалось, закончилось хорошо… вот только почему Агзам сейчас собирается её убить, как её отца и второго брата, над телами которых с окровавленным ножом в руке она только что обнаружила их, зайдя в родительские покои?

Отступая к стене перед надвигающимся на неё мужчиной, Абызбика на самом деле вдруг почувствовала себя маленькой пятилетней девочкой, а её жёсткий аналитический ум словно отключился, парализованный ужасом. В противном случае она бы уже давно из своих воспоминаний и происходящего сделала вывод о том, кто, собственно, на самом деле стоит за