class="p1">— Достаточно зол, чтобы...?

— Нет, Адриан. Простая деловая сделка, которая сорвалась, не разозлит меня настолько, чтобы сделать это.

— А если бы я сказал тебе, что у меня есть доказательства обратного?

— Я бы попросил их показать. — Он кивает на стакан передо мной. — Пей.

— Сначала ответь.

— Я даю тебе ответ. Пей.

Мы снова смотрим друг на друга, отпивая по стакану.

Киллиан хрустит шеей.

— Ладно. Что это за предполагаемые улики?

— Двое мужчин, которые пришли за ними. У тебя с ними что-то общее.

Он выгибает бровь.

— Просвети меня.

— Особый вкус к боди-арту.

Он нахмуривает брови, прислонившись к задней стойке, барабанит пальцами по ней, холодно глядя на меня. Огонек сигареты отбрасывает темные тени на его лицо.

— Сложно.

— У них на боку был вытатуирован знак Красной Правой Руки. Это были твои люди, Киллиан.

Я беру биту с того места, где я прислонил ее к своей стороне бара, и медленно кручу ее в руке.

— Ты видишь, почему у меня могут быть... подозрения.

Он медленно кивает.

— Я вижу, вижу. У этих людей есть имена?

— Ну, у них больше нет возможности дышать, так что, боюсь, уже слишком поздно их спрашивать.

Его губы скривились.

— Хм.

— И это все, что ты можешь сказать?

Киллиан вздохнул.

— Адриан, я веду бизнес. У меня есть сотрудники, которые приходят, и сотрудники, которые уходят. Но если ты позволишь мне увидеть тела, — пожимает он плечами, — я, возможно, смогу тебе помочь.

Я смотрю на него.

— Киллиан...

— Клянусь гребаным Богом, это был не я, Кросс. Клянусь Богом, это не я.

— Найди что-нибудь другое, чем можно поклясться, потому что мы с Богом не разговариваем.

Он пожимает плечами.

— Тогда что для тебя свято, Адриан?

— Ничего.

Его губы кривятся в мрачной улыбке.

— Ну, я знаю кое-что, что, по крайней мере, когда-то было.

Он усмехается.

— Твоя жена, Адриан. Как насчет того, чтобы я поклялся Селестой?

Насилие затуманивает мое зрение.

— Осторожно... — шиплю я.

Он не говорит ни слова, наливает еще две рюмки и кивает мне. На этот раз ему не нужно подсказывать мне, прежде чем я опрокину их обратно вместе с ним.

— Значит, она снова твоя?

— Она под моей защитой.

— Я не об этом спрашиваю. Она твоя?

— Нет, — шиплю я, лгу сквозь зубы.

— Тогда, Адриан, позволь мне спросить тебя кое о чем. — Он пожимает плечами. — Если она не твоя, почему ты вообще здесь? И какого хрена мы ведем этот разговор?

Это ни к чему не приведет. К тому же, думаю, можно с уверенностью сказать, что я получил то, зачем сюда пришел. Я могу читать людей, как книги, и я пришел сюда, чтобы взглянуть Киллиану в глаза в ожидании, что он мне солжет.

Но он не солгал. Если те двое головорезов были его людьми, я могу сказать, что он искренне не знал об их покушении на жизнь Селесты.

Так кто же был в курсе?

В любом случае, пора уходить.

Я стучу костяшками пальцев по барной стойке и поворачиваюсь, чтобы уйти, насилие, алкоголь и вопросы бурлят в моих венах.

— Раз она не твоя...

Я застываю, оборачиваясь, чтобы холодно посмотреть на Киллиана.

Он мрачно усмехается.

— Я имею в виду, мне бы не хотелось злить еще больше. Но если она не твоя, я не против сказать тебе это...

— Что сказать? — рычу я.

— Как я уже сказал, Адриан, я делаю свою домашнюю работу так же хорошо, как и ты. И с этой девушкой связано больше, чем ты думаешь.

— Я прекрасно знаю о ее прошлом...

— А вот с ее настоящим, боюсь, ты можешь быть не так хорошо знаком. Ты знаешь, что за ней кто-то охотится?

— Конечно, знаю.

— И я уверен, что ты знаешь об Амире и Нэссере Эль-Сайеде?

— Ничто из этого не удивляет меня, Киллиан.

Его улыбка становится шире.

— Хммм... А что если я скажу тебе, что на днях у Селесты была встреча с МИ-6?

Я напрягся. В ушах раздается звон.

Что?

Я не отвечаю, но мое отсутствие ответа говорит ему все, что ему нужно знать. Киллиан улыбается, медленно затягиваясь своим дымом и наливая себе еще один бокал.

— Ах, наконец-то я завел тебя в тупик.

Я скрежещу зубами.

— Говорят, что МИ-6 проявляет к тебе повышенный интерес, мой друг.

— Мы не друзья, Киллиан.

Он усмехается, сжимая сердце в своей рубашке, сшитой на заказ.

— Ты чертовски ранил меня, ты знаешь это?

— Нет, не знаю.

— Ты прав, не знаешь. Но это так. Это все, что я знаю. Делай с этим, что хочешь.

Он оглядел помещение.

— Хотя, если мы уже закончили, я бы хотел, чтобы ты убрался из моего бара, прежде чем сломаешь что-нибудь еще. И поверь мне, я пришлю тебе счет.

ГЛАВА 21

Сначала я понятия не имею, почему я проснулась.

Темно, в доме полная тишина, и я одна. Я щурюсь в темноту и с трудом нащупываю телефон на прикроватной тумбочке.

Сейчас два часа ночи.

Я протираю глаза, снова кладу телефон лицом вниз и снова погружаюсь в подушки. Возможно, это был пустяк — автомобильный гудок снаружи, а может быть, кошмар Адель или Далии в коридоре.

Мои глаза снова закрываются, и я уже собираюсь снова погрузиться в сон, когда снова слышу стук, доносящийся снизу. Я резко выпрямляюсь в постели.

Раздается звук захлопывающейся двери. Затем раздается грохот. Моя кровь превращается в лед, и на мгновение все, что я знаю, — это страх.

Они нашли меня.

Тот, кто убил Амира и его отца, нашел меня здесь, в доме Адриана. И охранники или нет...

Я хмурюсь. Нет, это невозможно. Хотя они всегда на виду, у меня нет иллюзий, что дом Адриана не охраняется как крепость. Никто такой громкий и неуклюжий не может случайно забрести ночью через заднюю дверь.

В связи с этим возникает вопрос: что, черт возьми, происходит внизу?

Я соскальзываю с кровати, натягиваю толстовку поверх майки и шорт для сна, прежде чем открыть дверь спальни. Я оглядываю коридор, на мгновение снова думая, что, возможно, это Адель — или, возможно, это как-то связано с Далией, и ей нужна моя помощь. Но их дверь закрыта.

Снизу снова доносится шаркающий звук, и я напрягаюсь. Дрожа, я на цыпочках пробираюсь по коридору к черной лестнице, ведущей на кухню. Как можно тише я спускаюсь вниз, делаю большой вдох и заглядываю за угол.

На