— Знал, — кивнул он. — Знал, да! Мне брат сказал!

— А кто брату сказал?

— Сука! Сука! Сука! — выпалил он. — Зачем показал лицо⁈ Я не знаю! Он сказал, поедем, нужно девчонку взять, познакомиться.

— Кто брату сказал? — повторил я.

— Грузин ему сказал, кто ещё, — скривился Паша. — Саид, что такого он тебе пообещал, что ты его выгораживаешь? А? Может он тебя шпилит под шумок, а?

— Ты рот закрой, Паша, — дёрнулся Саид. — Я не знаю, кто ему сказал! Что мне сделать теперь?

— Просто ответь, это Давид сообщил вам с братом, где мы будем? Ты же видел, что я сделал с твоим Нуриком? Говори, пожалуйста, не доводи до греха.

— Знаешь, как будет стыдно твоим родственникам, — заржал Крапивин, — когда они тебя найдут, привязанным в притоне старой проститутки и сутенёрши? Что будут говорить о твоих родителях, о дедушке? Ты подумал об этом?

Неожиданно я заметил в руке у Паши пистолет. Он достал его из-под куртки и с деловым независимым видом начал накручивать на ствол глушитель. Вероятно оружие было подготовлено в машине.

— Смотри, Саид, — сказал он и, подойдя вплотную к пленнику попытался всунуть ствол ему в рот. — Да открой ты пасть… Вот представь, я сейчас забью глушак тебе в глотку и нажму на крючок. Как думаешь, откуда пулька вылетит? А? Могу и наоборот, с той стороны стрельнуть. Выбирай.

Паша засмеялся и начал обходить узника, как бы примериваясь, куда ему выстрелить.

— Саид, — продолжил я, — о чём вы договорились с Давидом? Что вы должны были сделать с Ангелиной?

— Оттарабанить и продать кому-нибудь, — ухмыльнулся Крапивин. — Хотя нет, живой её оставлять было нельзя. И тебя тоже. Серьёзный шаг, надо сказать. Такой, после которого нет возврата. И что потом? Аллё, Саид. Для чего это Давиду? И почему вы на это согласились?

— Чтобы Ширяй коньки откинул? Или что?

— Эх… — вздохнул мой напарник. — Как же долго я мечтал об этом.

Он поднял руку с пистолетом и выстрелил в колено Саиду. Тот даже не сразу заорал. Он дёрнулся всем телом и задохнулся, открыл рот и только после этого завопил.

— Ты чё творишь! — воскликнул я. — Паша! Убери ствол нахрен!

— Тебе что, эту мразь жалко? — удивился он. — Ты посмотри на него. Ему никого не жалко. Наоборот, он кайфует, когда другие страдают. Я тебе не вру. Чистую правду говорю. Эй, болезный! Подтверди!

В дверь позвонили, и Саид попытался закричать снова, но Паша вогнал ему в рот круглый мячик, как в фильме «Бульварное чтиво». А охранники почувствовали, похоже, что сеанс пошёл с перебором и начали долбить в дверь. Паша вышел из комнаты и сказал что-то Иде. Та бегом помчалась к входной двери и велела не мешать.

— Не лезьте! — крикнула она через дверь. — У нас всё нормально!

— Саид, он тебе мозги вышибет за то, что ты сделал, — проговорил я. — Не врубаешься, борода? Я твоя единственная надежда. Скажи, что мне нужно, и я гарантирую тебе жизнь. Слышишь ты меня?

Он закивал головой.

— Да… да… да… — застонал он. — Это Давид. Давид заказал… Давид.

— Зачем? Для чего? И почему вы согласились? Это не вашего уровня задание.

— Они с братом девок любят терзать, чё непонятно? — пояснил Крапивин, возвращаясь в комнату. — А тут внучка Ширяя. Вот это приз, правда? Эй, бармалей, правильно я говорю?

— Кто гарантировал безопасность? — спросил я. — Ширяй бы вас быстро вычислил. Моментально. Он бы из вас чучела сделал.

— Это Нурик… — простонал Саид. — Отвезите меня к Нурику… Или…

В дверь забарабанили сильнее. Забарабанили и закричали. Паша снова вышел из комнаты.

— Зачем, Саид? — повторил я. — Для чего⁈

— Очень больно… — прошептал он. — Мне нужно в больницу. Скажи ему…

— Времени нет, Саид. Дай мне что-то, чтобы оставить тебе жизнь. Быстрее! Быстрее, Саид! Говори!

— Да, да… — застонал он. — Я скажу. Ладно. Отстегни меня… Давид… да, он позвонил и сказал, где вы будете. Времени мало было… очень мало…

— Что он предложил взамен?

— Времени мало…

— Что Давид предложил взамен?

— У нас была… У нас… был договор… план… А тут всё само…

— Какой план?

— Мы забираем девчонку… и тебя тоже… А он…

В комнату влетел Крапивин.

— Надо уходить! — резко воскликнул он. — Уходим быстро! Бегом!

Я предостерегающе выставил руку, чтобы он заткнулся.

— Давай-давай, Саид, свобода близка! Говори!

— Он ничего не скажет! — воскликнул Паша, резко поднял руку и нажал на спусковой крючок. — Я эту мразь знаю! Время тянет.

Громко лязгнули механические части пистолета. Выстрел в комнате прозвучал довольно громко, но за пределы квартиры, наверное не вышел. Один, второй, третий щелчок… Саид дёрнулся и затих.

— Твою мать! — заорал я. — Ты чё творишь!

— Надо уходить! — спокойно ответил Крапивин, пожав плечами.

— Зачем ты это сделал?

— Да… — махнул он рукой. — Плохой человек, не жалей о нём. Я мечтал, что буду его по кусочкам резать и скармливать псам. Не вышло. Вся жизнь складывается из компромиссов. Это нужно признать, братан. Но вообще-то нужно пошевеливаться. Если не хочешь участвовать в перестрелке. Сейчас начнётся. И менты приедут стопудово. Так что давай.

— Где Ида?

— Смылась, сучка.

— Охрененный был план, Паша, — кивнул я, жалея, что дал увлечь себя возможностью допросить Саида. — Куда она смылась?

— Давай, погнали!

Дверь сотрясалась под ударами телохранителей. Раздался выстрел. Похоже, стреляли в замок.

— Вот, блин! Говорил ей, ставь железную.

— Есть ещё ствол? — спросил я.

Сердце билось часто, и адреналина было в крови немало, но чувствовал я, по большей части лишь раздражение и злость. По двери снова ударили и до нас донёсся треск.

— В кухню, в кухню! — воскликнул Паша.

— Надо их встретить здесь!

— В чулан! Там выход!

Мы бросились в каморку, в которой уже были сегодня. Стеллаж у стены был сдвинут и за ним виднелась маленькая дверь.

— Туда! — кивнул напарник.

Я прошёл и оказался в таком же чулане, точно с